Игра Богов (СИ)

— Можешь идти, Лебедев — равнодушно ответил он. — Но не думай, что ты так просто отделался.
Сказав это, полковник будто забыл о моем существовании и вернулся к своим бумагам.
На выходе из участка меня ждали Шевцов, Вадим и Мирк.
— Не знаю, что ты там наговорил, Стас, но Кондратенко в бешенстве — сказал майор, затягиваясь сигаретой. — Только что позвонил мне и приказал снять с тебя татуировку и наблюдение.
— А за мной было наблюдение? — удивился я.
— Так…..исключительно по моей просьбе.
— Понятно. Что полиция решила насчет кланов и Кима?
— Отказано и тем, и тем.
Я нервно рассмеялся.
— Иными словами, вы начали войну со всеми. Причем и кланы, и Ким думают, что я работаю на вас. И после всего этого вы оставляете меня без защиты? Как это можно назвать, Василий Петрович?
— Ни одного приличного слова в голове не возникает — ответил вместо него Мирк. — Стас, дай сюда руку.
Я решил не противиться и подошел к нему. Но орк, совершив несколько манипуляций, просто изменил татуировку, поменяв медведя на сокола.
— Теперь, если будет нужна помощь, зови — серьезным голосом произнес он. — У орков так дела не делаются. Я вижу, что парень ты хороший, а мне этого достаточно. Будем считать, что ты оплатил мои услуги вчерашним боем. Ладно, бывай.
Хохотнув, он попрощался со всеми и скрылся в портале.
— Не ожидал от него. Но это даже к лучшему. А теперь расскажи, какая кошка пробежала между вами с полковником?
— Он считает, что я засланный казачок.
— Чего? — Шевцов от удивления чуть сигарету не выронил, а Вадим лишь криво ухмыльнулся.
— Да без разницы уже, Василий Петрович. Мы пойдем, хорошо? Если вам лично понадобится моя помощь, звоните. Но больше никаких совместных операций с полицией.
— Я тебя услышал, Стас. Без обид только, хорошо? Рад был поработать вместе.
Через несколько часов мы с Вадимом сидели у меня и пытались распланировать ближайшее будущее.
— Ты чем вообще собираешься заниматься? — спросил я, нарезая бутерброды.
Катька убежала на свидание со Слоном, так что мне пришлось, впервые за долгое время, самому готовить себе еду. Как-то я отвык от этого.
— Теперь уже никаких планов. Если честно, планировал поработать с вами, выйти на Кима и не спеша, с наслаждением, выбить ему все жизни. Раньше было как-то проще, нужно было один раз найти и один раз убить. А теперь прям заморочиться требуется.
— Что значит раньше? Ты уже такое делал? — напрягся я.
— Да я же условно говорю, о чем ты — отмахнулся он. — В любом случае план необходимо менять. Вы с Шевцовым успели обговорить то, как будете действовать дальше? Ты в их команде на ИГРУ остаешься или будем собирать свою?
— Что-то об это я совсем не подумал, если честно. Да и когда мы успели бы? Ты же со мной все время находился.
— Ладно, решай. А я пока что пойду, посплю у тебя я на диване пару часов, ты не против? Всю ночь с сестрой разговаривал, глаз не сомкнул.
— Давай, я тебя разбужу, если что.
Что у нас там в сети.
" Кланы "Отверженные" и "Дети Ночи" обвиняют полицейское управление в сокрытии информации и помехе игровому процессу. Ситуацию усугубило то, что значительное количество сотрудников молодого возраста бросили службу и решили акцентировать внимание на собственной раскачке. Следите за дальнейшими новостями."
А как они собираются вообще с полицией воевать?
— Тисса, привет. Появишься?
— Здравствуй, Стас.
Орчиха была в очень соблазнительном черном платье, особо подчеркивающим все ее достоинства.
— Ого — удивился я. — Это ты на работу так нарядилась?
— Нет. У меня сегодня вообще-то отгул, и я тебя об этом предупреждала. Ты что-то хотел спросить?
— Черт, а действительно. Извини, из головы вылетело. Можешь подсказать, почему кланы не боятся воевать с полицией? Они же себе Гражданские уровни в минус мгновенно загонят.
— Если они официально прислали бумагу в ваше ведомство об объявлении войны, то нет. Гражданские уровни отнимаются только за неожиданные, подлые убийства. А война есть война. Игровой процесс, не более.
 
— Но окончательное убийство все равно будет караться?
— Да. Но и без этого можно очень сильно испортить жизнь.
— Я бы на месте полиции вообще бы работал на отметке одна жизнь. Тогда и преступники не устраивали бы магическую битву во время задержания, из страха попасть на Критос. Подозреваю, что сидеть в нашей тюрьме куда приятнее, чем там.
— Соглашусь, но только насчет того, где сидеть. А в остальном ты сейчас сильную глупость сморозил. Ты представь, насколько морально тяжело ходить с одной жизнью, когда у тебя их может быть намного больше? Да и во время задержания преступник может психануть и ударить чем-нибудь помощнее. Он то сядет, но вот полицейский умрет. Окончательно. Ты сам вспомни момент, когда у тебя семь жизней оставалось. Не одна, а целых семь. И то, наверняка, ты себя очень уязвимым чувствовал, верно?
— Да, так и есть — сделал я пометку у себя в голове. — Тисс, а у вас сильно популярны арены и бойцовский клубы? А то думаю попробовать себя на этом поприще.
— Очень. Они популярны в любом мире. А уникальные классы обычно далеко выбиваются. Можешь и попробовать, вдруг получится.
— Спасибо за совет. А теперь расскажи, как другу, куда собралась-то в таком виде? — я улыбнулся и откинулся на спину стула.
— На свидание — недовольно буркнула она.
— Ты же говорила, что у вас нет свиданий? — удивился я. — Да и почему такая недовольная? Если не хочешь, то можно просто не идти.
— Свидание — это просто наиболее подходящее слово в вашем языке. На деле, я просто иду потусить со старым знакомым, а после мы поедем к нему. Отец ругается, говорит, что я из общества выбиваюсь, не ходя на встречи. Вдруг будущий муж узнает об этом и решит, что я какая-то дефективная, раз мужики меня на спину уложить не хотят.
— Будущий муж? А у тебя уже кандидат есть?
— Не у меня, а у отца.
— Как у вас все серьезно. И когда планируется свадьба?
— Еще очень не скоро. Кандидат есть, талантливый и сильный. Но сначала он должен во всей красе показать себя. В нашу семью просто так не попасть.
— Так это, погоди, получается, у тебя сегодня будет ночь любви? — у меня поднялось настроение, от чего захотелось немножко поглумиться над орчихой, которую эта тема явно смущала. — Ну, меня с Милой ты наверняка уже видела, может и мне на тебя посмотреть?
— Чтоб посмотреть на меня, тебе надо было только попросить — с вызовом сказала она. — а теперь это тебя не касается. Пока.
И исчезла, оставив охреневшего меня думать над тем, что это вообще было.
Вечером мы появились в ИГРЕ немного изменившимся составом. Вместо Шевцова, сославшегося на сильную занятость, с нами был Вадим.
Народ вообще довольно напряженно отреагировал на сложившуюся ситуацию. Андрей будто чувствовал себя виноватым за всю полицию. Алиса, в принципе, не любила негатива вокруг. Один Шак старался всех растормошить:
— Ребят, соберитесь. У нас впереди потрясное будущее! Мы молоды, сильны…не знаю, как вы, но я еще и красив. Чего грустить-то?
— Полностью согласен с предыдущим оратором. — поддержал его Вадим, выбирая себе кастеты на предстоящий бой.
— Ладно, давайте сейчас сосредоточимся на ИГРЕ? Так как сегодня с нами не будет Василия Петровича, попытаюсь взять сковывающие заклинания на себя. Попробую как можно больше людей заточить в кокон, а вы добивайте. Андрей, снимай с меня агро, Алиска, следи за тем, чтоб я не умер раньше времени. Шак, Вадим, убивайте все, что движется. А что не движется, двигайте и убивайте.
 
— Есть, командир — отслютовала взбодрившаяся Алиса.
Но в состоявшемся бою нам сильно не повезло, ибо мы появились рядом с группой гномов 44-49х уровней. В общем, нас довольно быстро смели, дольше всего провозившись с Андреем и Вадимом.