Приподнявшие завесу. Карельский инцидент
– Так! – активизировался Влад. – Звони сейчас старику, скажи, чтобы и носа своего туда больше не совал! Сегодня этот человек вряд ли вернется, но прошляпить мы не можем. В ночь, на квартире подежурит Леха, найдем ему кого-нибудь в помощь. А ты, если ничего не произойдет, готовься на завтра. Там на квартире что-то есть, и он вернется обязательно! Мы возьмем его Игорек!
– Не сумневаюсь шеф…
– Не юродствуй. Давай, до связи.
Влад быстро организовал дежурство на квартире Цейганоава, но, как и предполагал, ночь прошла спокойно. Никто не пытался проникнуть в квартиру, вплоть до полудня нового дня.
Следующие сутки дежурить предстояло Игорю. Помимо дежурившей на улице группы захвата, для усиления в помощь ему направили местного участкового и старого приятеля ребят Василия Корнелюка…
* * *
– …говорю тебе балда, Джонс его сделает!
– Может и так, да только Федор все равно лучший и все тут…
– Ты хоть смотрел его бои вообще, а?
– Да мне и смотреть не надо, я тебе дело говорю: и дело это говорит о том, что ты сам балда!
Вот уже несколько часов, два приятеля, ожесточенно выясняли, кто же из них лучше разбирается в боях без правил. Каждый, как это водиться у мужиков, преподносил себя специалистом, хотя оба обладали знаниями в этой области, на уровне просмотра телевизора под баночку пива.
– Да ты послушай меня Игорек, – начал заводиться Василий. – Джонс – это боец совершенно другого формата! Бойцы UFC – элита мирового миксфайта!
– П-ф-ф… Элита! Да ты вспомни, как Федор в свое время остановил Мирко… А Ногейра? Порвал, как тот тузик грелочку! А ведь это были тогдашние чемпионы. Ну и где же после этого твоя элита? Да в заднице!
От такой наглости, Василий разозлился еще больше. Он запыхтел, как паровоз, идущий в гору, вобрав побольше воздуха, в могучие легкие своего грузного тела и злобно уставился на Игоря. Комичности добавляло два момента: во-первых, у Василия, несмотря на богатырское сложение, было пухленькое, по-детски миловидное лицо, добродушие которого не могла испортить даже самая устрашающая гримаса. А во-вторых, друзья находились в полумраке и разговаривали шепотом, отчего и гневная физиономия и голос здоровяка, из-за приглушенности совсем не страшный, казались особенно смешными. И Василий это понял.
– Сам ты в заднице! – обиженно огрызнулся он. – Ты мне скажи, отчего тогда твой Федор, и все наши, не выступают в штатах, если они так хороши?
– А ты сам посуди, – безнадежно цокнул Игорь. – Мы им нужны, как ежу футболка! Да выдай их промоутеры, контракты нашим, и все! Групповое «мочилово», говоря нашим языком.
Уверенность в собственных познаниях у Василия пошатнулась, но он, как подлинный упрямец, продолжал нахраписто гнуть свое: пусть он выглядит смешно, но этому салаге его не переспорить.
– Да иди ты, – Игорь скорее ощутил чем увидел, как Василий отмахивается в темноте. – В конце ноября пройдет очередной «Bellator», там выступают несколько наших, тогда и поглядим. Может по пивку? – Грустно добавил участковый, разминая затекшую шею. Надоело уже тут тухнуть!
Игорь закатил глаза и постучал по остаткам обуглившегося подоконника. Поскольку в квартире стоял непереносимый запах гари, друзья расположились возле окошка, приоткрыв форточку.
– Ты что тю-тю, – покрутил он у виска. – Влад сказал никакой самодеятельности! Хочешь спугнуть клиента?
– Да знаю я, просто тягомотина эта, уже всю душу измотала. Кто сюда вообще может припереться, здесь же все сгорело, а? Может он сегодня и не придет?
– Может и не придет.
– А дома хоккей…
– А дома хоккей, – передразнил Игорь, – и жена в постели.
– Представь себе малыш…
– … с мужиком!
– Что?!
Огромная лапа, скрутила шею наглеца, и бугай стал добродушно ворошить волосы Игоря, называя его при этом мелким засранцем. Внезапно оба замерли, одновременно услышав слабый металлический скрип. Кто-то возился с замком на входной двери, который предусмотрительно навесил Леха, сдавая дежурство. Молодые люди аккуратно, стараясь не шуметь, переместились в самый темный угол комнаты, и спрятались за почернелым и искореженным остовом металлического стеллажа для цветов.
Еще несколько минут продолжался осторожный скрежет, затем на секунду, квартиру осветила полоска света, и дверь тихо прикрыли. В прихожей послышался легкий шорох. Друзья из своего укрытия разглядели силуэт человека, который несколько секунд стоял замерев, и видимо осматривался. Затем, включив фонарик, человек прошел в помещение кухни.
– Пусть сделает то, зачем пришел. Возьмем его, когда будет выходить обратно, – шепнул приятелю Игорь, аккуратно открывая заклепку висевшей на боку кобуру и вытаскивая пистолет.
Осторожно выглянув, молодой следователь разглядел, что они имеют дело с высоким мужчиной. Присев на корточки, в дальнем углу кухни, тот зажал свой фонарь во рту, и теперь пытался сдвинуть или зацепить что-то. Игорь не видел что именно, но после того, как незнакомец, повернувшись вполоборота, положил подле себя кусок какой-то плитки, гулко стукнувшей о пол, он догадался, что там оборудован тайник. Затем мужчина, нагнувшись еще ниже, запустил в темноту руки, и, достав что-то, сунул полученный предмет себе во внутренний карман куртки. Поднявшись, он отряхнулся и направился к выходу.
В этот момент, два луча полицейских фонариков, осветили его возбужденное лицо.
– Стоять! Руки за голову! – отчетливо проговорил Игорь, не выкрикивая, но достаточно громко и веско, как человек знающий цену подобным высказываниям. – Не делайте пожалуйста резких движений.
Мужчина, оказавшийся молодым человеком лет тридцати, не выглядел напуганным. Он спокойно скрестил на затылке ладони, и, не произнося ни слова, встал в ожидании. Лишь по выражению его красивого лица, можно было прочесть какой-то внутренний надлом, безысходность, тенью заслонившую смелый взгляд.
Игорь, под прикрытием напарника, осторожно приблизился, ловко набросил ему наручники, и, развернув к стенке, стал обыскивать.
– Так, так. Что тут у нас… – комментировал он, начав ощупывать карманы. – Опа! Вась, ты только взгляни, полицейская «ксива»! А это что? Раз, два, три паспорта! Кажется, мы взяли самого Бонда… А вот и нож, и травматическая хлопушка, в общем, полный набор джентльмена. – Чего молчишь парень? Ты кто? Имя назовешь или выбирать из этого? Молчит… Ладно, а там что?
Молодой сыщик, откинул край куртки обыскиваемого, и вытащил из внутреннего кармана его куртки вытянутую, закупоренную необычным механизмом колбочку, из тусклого металла. Ряд непонятных букв и цифр, видимо составляющих какую-то кодировку, был нанесен по всей ее длине.
Парень досадливо одернул плечо, и Василий, мгновенно отреагировав, с силой прижал его к стене, ухватив за шиворот.
– Не дергайся!