Дом в лазурном море

– Нехорошо. Я обещала сделать все возможное, чтобы подобного не повторилось снова.
– Ты уже много сделала, – заверил ее Линус. – Нужно время.
Перемен хотели не все. С того дня как Хелен впервые посетила остров и увидела все своими глазами, она поставила перед собой задачу сделать деревню безопасным местом для всех. Сначала исчезли плакаты «Увидел что-нибудь, скажи что-нибудь». Против этого никто не возражал. Зато возникли недовольства, когда она объявила о своем намерении рекламировать деревню Марсий как место отдыха и для людей, и для магических существ. Ей пришлось напомнить владельцам кафе и магазинов, что увеличение числа гостей в деревне благоприятно скажется на выручке. После этого ворчание поутихло. Забавно было видеть, как предрассудки отступают перед мыслями о прибыли, тем более учитывая, что выплаты, которые получала деревня за молчание об острове, существенно уменьшились. Линус воспринял как победу, когда Совет деревни проголосовал за предложение Хелен.
Начало было положено.
А потом, после Рождества, Департамент по делам магической молодежи внезапно объявил, что Чрезвычайно Высокое Руководство в полном составе подало в отставку после государственного расследования, выявившего в их спецшколах дискриминацию. Расследование было инициировано анонимным письмом, автор которого описал сомнительные методы работы с магической молодежью и привел конкретные примеры случаев, когда с магическими детьми обращались как с людьми второго сорта. Был назначен новый Совет Управляющих Департаментом, и, хотя поговаривали о радикальных переменах, колеса бюрократии крутились медленно, особенно когда встречали яростное сопротивление. Невозможно за несколько дней преодолеть десятилетия предубеждений против магических существ. Но надо было с чего-то начинать. Возможно, последуют изменения и в других Департаментах, имеющих дело с магическими существами.
В феврале на остров приехала журналистка, по видимости, прослышав о драматическом уходе Линуса из Департамента. Она спросила, знает ли он что-нибудь об анонимном письме, вызвавшем такие перестановки.
– Автор письма отлично осведомлен о работе Департамента по делам магической молодежи, – сказала она.
Линус нервно засмеялся:
– Я похож на человека, способного устроить переполох?
– Я научилась не судить о том, кто на что способен, только по внешности. И я бы сохранила вашу анонимность.
– Неужели?
– Даю слово. Я всегда защищаю свои источники.
Линус подумал о других детях в приютах, подобных Марсию. О тех, кого он встречал на своем пути, и о тысячах других, которых он никогда не имел чести видеть, хотя читал о многих из них в украденных отчетах. Возможно, его признание поможет огню разгореться ярче. Тихий человек со смиренным сердцем, Линус вызвал в памяти образ феникса, расправлявшего крылья в темном подвале, а затем – на причале, где люди могли их увидеть. Если эта журналистка смогла его найти, то, скорее всего, найдут и другие. И незачем больше прятаться в тени.
– Тогда слушайте внимательно, потому что история, которую я должен вам рассказать, будет непохожа на те, что вы слышали раньше.
Журналистка улыбнулась.
Пять часов спустя она уходила с горящими глазами. Она сказала, что ей хватит информации на целую серию материалов и она сообщит им, когда статьи будут опубликованы, – видимо, к лету.
– Вы знаете, какой это произведет эффект? – спросила она их, стоя перед домом. – Вы хоть представляете, что это будет значить?
– Больше, чем вы думаете, – сказал Артур.
– Последний вопрос. – Она смотрела только на Артура. – Я слышала от своего источника, что один человек, не похожий на других, согласился дать показания о том, что он сам пережил под властью Департамента по делам магической молодежи. Знаете что-нибудь об этом?
– Человек, не похожий на других… – сказал Артур. – Любопытно.
– Это правда?
– Думаю, время покажет.
Она покачала головой:
– Я должна оставаться объективной. Моя работа – сообщать факты и не более того…
– Но? – спросил Артур.
– Но теперь, увидев в темноте проблески света, я надеюсь, что этот человек знает: его слова принесут изменения, в которых наш мир нуждается отчаянно. Хорошего вам дня.
И она уехала.
Они стояли на крыльце, держась за руки.
– Я же тебе говорил, – сказал Линус.
Артур улыбнулся:
– Возможно, ты все-таки был прав. Ты правда веришь, что они прислушаются?
Далеко не глупец, Линус понимал, что Департамент, скорее всего, следит за ним, как и за другими жителями острова. Сам он не владел магией ни в малейшей степени, однако он ушел из Департамента и поселился в месте, которое по-прежнему относилось к высокому уровню секретности. Правда, сейчас мысль о секретности казалась смешной. Дети больше не прятались. И хотя они все еще иногда встречали недружелюбный прием, в целом они были желанными гостями в деревне. Хелен об этом позаботилась.
Линус и не ожидал, что так будет повсюду. Он все еще видел, с какими гневом и злобой магические существа сталкивались в крупных городах. Там проходили митинги и марши в пользу регистрации, но, что вселяло в него надежду на скорые изменения, были и противоположные протесты, причем все чаще и чаще. В них принимали участие в основном молодые люди, магические и обычные, и поэтому Линус знал, что старому порядку приходит конец.
– Да, – сказал он. – Рано или поздно прислушаются.
Артур кивнул:
– Ты веришь в меня.
– Конечно. Я верю в вас всех. Но ты феникс, Артур, ты знаешь огонь. Пора все сжечь и посмотреть, что может взойти из пепла.
– Переполох, – усмехнулся Артур. – Они еще не знают, на что мы способны.
– Узнают, – с улыбкой ответил Линус.

Он ожидал, что Департамент пришлет на остров нового инспектора, особенно после ходатайства, недавно поданного Артуром. Но до сих пор об этом ничего не было слышно, а теперь вот явилась Хелен. Возможно, она что-то узнала и приехала их предупредить.
– Я не успокоюсь, пока не сделаю деревню полностью безопасным местом, – сказала Хелен Линусу.
Он мягко ей улыбнулся:
– И мы вам очень благодарны.
Они прошли в дом, наполненный веселым шумом. Из-под дивана торчал кончик хвоста, радостно постукивающий об пол. Поднявшись по лестнице, они услышали стрекотание пишущей машинки. Из комнаты Чонси доносилось «Как поживаете?» – он репетировал усердно, потому что хозяин деревенской гостиницы спросил его, не хочет ли он один день в месяц работать вместе с их коридорным. Человек, подаривший Чонси фуражку, был уже немолод и собирался на пенсию. От счастья Чонси рухнул на землю и растекся булькающей лужей – Линус и Артур даже не знали, что он на такое способен. Придя в себя, Чонси со слезами на глазах принял приглашение. В эту субботу ему предстоял первый выход на работу.