Мое чужое сердце
Красиво… Если слушать и смотреть сквозь розовые очки. И жестоко… Когда теряешь близких, убиваешься на их могилах от душевных мук и даешь клятву мести.
Криминал везде. В поддельных лекарствах, когда родные отдают последние деньги на спасительный укол или таблетку, а вместо неё получает чистую воду или самый обыкновенный мел. Криминал в суде. В липовых документах и откатах. Во взятках и халтурности. Даже среди пищевой промышленности. Почему так? Почему только такие как он относятся к подобной категории? Ведь их много. Они везде.
Варланов не мог предположить, что Влад даже в самом худшем кошмаре не собирался жениться. Что не планировал связывать себя брачными узами, с кем бы то ни было. Брать на свои плечи такую ответственность после всего пережитого? Нет уж, спасибо. Вот только судьбе было далеко наплевать на его постулаты. Ворвалась вихрем, закружила и поставила на голову, вручив в руки нежное и хрупкое создание. Только не понятно, наказали его этим подарком или наградили.
— Теперь, — нарушил задумчивость Роман Викторович и взгляд Шамрова стал осмысленным, вернувшись в реальность, — всё в наших руках. Кто первым найдет Руставского, тому, так сказать, и флаг в руки. Тот и станет владельцем его состояния. Ты готов к подобному?
— Не пристало делить шкуру ещё не убитого мамонта, — холодно заметил мужчина. — Мне его наследство и нахрен не нужно. — Внешнее спокойствие не смогло скрыть презрение в голосе. — Уж чего-чего, а перенимать на себя бизнес не собираюсь. Решите с Филоновым, кто из "счастливчиков" займет его место. Но им точно буду не я.
Варланов одобряюще крякнул. Именно такого ответа и ожидал.
— Ты правильно подметил о шкуре и мамонте. Только скажу тебе такую штуку: не важно кто убьет Руставского первым — ты, или я, или кто-то ещё. Важно, что мы едины. Послушай, Влад, сегодня я позвал тебя на встречу не просто так. Ты сам всё слышал: грядут перемены и весьма масштабные. Идет передел территории и, следовательно, власти. Я хочу, что бы дела Сергея перешли под тебя, и буду продвигать твою кандидатуру, не зависимо от результата. Ты ведь понимаешь? Надеюсь что да, потому что я не могу их доверить кому бы то ни было. Тема привычная — будешь «крышевать» точки и собирать дань. При чем не хилую.
Влад не повелся. У него и так хватало объектов для подобной деятельности. Иногда даже нормально поесть не мог. Почему-то именно в этот момент вспомнилось, что «Плазма» и торговый дом «Скифия» Руставского.
— Заманчиво. Но, нет! При всём уважении — нет. — Сверился со временем. Достаточно поздно. В любой момент могла позвонить Стася, от этого нетерпеливо забарабанил пальцами по колену.
Видя, что Шамров непоколебим, Варлан решил предъявить козырь, припрятанный на особый случай.
— А что ты скажешь относительно зачистки его территории от наркоты? — ага, вот такого реакции он и ожидал. Влад сразу напрягся, собрался всеми группами мышц, глаза снова загорелись прежним огнем. — Разве не с этим ты боролся в прошлом? — наклонился к нему и приступил к самому важному. — Сынок, убить человека проще простого. Ты и сам это знаешь. А вот отбелить себя после этого весьма сложно.
— Если вы думаете, что меня мучает совесть после всего, то глубоко ошибаетесь.
— И правильно. Совесть не самый лучший советчик в вопросах мести. Знаешь, я никак не могу понять, почему в Библии говорится: «зуб за зуб, око за око», а Иисус проповедовал: «если ударили по одной щеке — подставь другую»? Как ужиться с подобным? Где черта, переступив которую ты становишься плохим?
Влад догадался, к чему он клонил. Тоже считал, что ни один удар, кроме солнечного, не должен оставаться без ответа. Не стал таиться, выдал то, что от него хотели, потому что и сам придерживался подобного:
— Нужно найти равновесие. Всё не может быть только чёрным или белым. Если я убью Руставского, то не просто так. На его счету жизнь Алёны. Я всего лишь накажу того, кто уже давно должен быть мертв. И если возьмусь за зачистку, то не ради отбеливания или галочки наверху, а потому, что так не должно быть. Буду калечить любого, кто осмелится пронести подобную гадость.
— И?.. Твое решение? — Варлан замер, вбирая в себя задумчивость Шамрова. Хотел именно ему поручить это дело. Верил, что сможет. Что выстоит. У него в крови стремление к подобному. Он не создан для спокойного существования, стоя у токарного станка или работая на стройке; сверля отверстия в деталях или занимаясь сваркой. Он уже слишком далеко зашел и даже если бы захотел сдать назад — не получилось бы. Заблудился настолько, что запетлявшая дорожка скрылась из виду, стерлась и поросла густым сорняком. И ему так было хорошо, удобно и надежно. Никто не мог достать, надавить на больной мозоль.
Влад потер подбородок, потом скользнул взглядом по кольцу на безымянном пальце. Тут было над чем подумать. И он думал. Взвешивал все «за» и «против». Выстраивал в голове планы осуществления подобной задумки. Это было его любимым занятием.
— Я согласен, — произнес в итоге, и Варлан протянул руку для рукопожатия, которую с силой сжали.
— Правильное решение. Теперь у нас с тобой много дел. И первое, что предстоит сделать — выяснить, кто нам друг, а кто — враг.
— Считай, что Руставский у тебя в руках, — заверил по телефону Лёшка. Влад даже не сомневался в способностях друга. Позвонил, предупредил, поставил в известность и дал приблизительные координаты. — Только, — добавил Гончаров, — на этот раз понадобиться больше ресурсов.
— Без проблем. Ты делай свою работу. За мной не заржавеет и ещё, ребят потолковей прихвати. Чтобы не светились. Учить не буду, сам всё знаешь.
— Да понятное дело. Не переживай, выследим. Тут уже дело принципа. А я слишком принципиальный.
Шамрова улыбнулся. Это хорошо, когда люди принципиальны. Иногда это в тягость, а иногда служит отличным толчком.
После разговора с Алексеем ещё раз посмотрел на часы. Что-то загуляла его женушка. Так дело не пойдет. Пора ехать и забирать домой. Только подумал об этом, как Стася сама объявилась. С облегчением поднял трубку:
— Ты уже всё, отвела душу? — с ответом явно не спешили. — Алло, Настя?!
Неприятный холодок пробежал между лопаток.
— Влад, мне плохо… Приезжай поскорее.
Твою ж мать… Бросила пару слов и отключилась. Грязно выругался. В голове зашумело. Перенабрал. С трудом дождался соединения.