Я приду с дождём
– Ну вот и гость, – напряженно прохрипел Хён, отдирая от себя девушку. – Держись крепче, ладно?
– Зачем?
Хён ударил по педали газа, а автомобиль так резко рванул вперед, что Минна упала между сидений. Едва она забралась на подушки, парень дал задний ход, и совершал этот маневр, пока что-то аморфное не отлетело вперед и шмякнулось в пяти метрах от бампера.
Затаив дыхание Минна выглянула из-за подголовника кресла. В колее, среди клочков тумана и дорожной пыли, сверкнула пара желтых огоньков. Некто в джинсах и серой толстовке с капюшоном ломаными движениями пытался подняться на ноги.
– Вызовем полицию! – Минна подергала парня за рукав, но он чего-то ждал, сопровождая незнакомца стеклянным взглядом. Как только тот поднялся с колен и поковылял в их сторону, айдол со всей мощью вмял педаль в пол и протаранил его.
– Ты убьешь его!
– Если бы это было так легко! – ухмыльнулся блондин, высматривая расположение тела в зеркале заднего вида.
– Что? Опомнись!
Обнаружив бултыхающуюся в луже грязи тушу, Хён несколько раз переехал ее туда-обратно. Автомобиль ударялся дном обо что-то плотное и прессовал «это» до хруста. В полном оцепенении Минна прижалась к дверце и лишилась голоса, как обычно бывает в ее ночных кошмарах.
– Запрись изнутри. Я проверю, дышит ли он, – сказал Хён и вышел. Он осторожно приблизился к телу и склонился над ним, потянувшись к капюшону, чтобы разглядеть нападавшего получше. В миг, когда складки ткани сползли по волосам преступника, лицо Хёна стало ошарашенно-удивленным. Минна понятия не имела, что происходит, но руки сами невольно нащупали зонт – единственное, чем бы она могла отбиться.
Хён присел на корточки возле тела и внимательно изучал каждую черту. Вдруг неестественно вывернутая, скрюченная рука дрогнула и ухватила парня за горло, отбросив его в сторону. Он скользнул спиной по багажнику и выбил плечом стекло.
Минуту назад Хён казался Минне полным психопатом. А сейчас она очень хотела позвать на помощь, но вряд ли местные жители защитили бы ее от существа, которое выжило после многократной прессовки протекторами. И это чудовище в человеческом обличии впечатывало Хёна в бампер, пока тот не потерял сознание.
Побоявшись даже пикнуть, Минна затаилась между сидений и зажала рот ладонью, следуя взглядом за черной фигурой, обходящей автомобиль по кругу. Сдерживая слезы, она с надеждой смотрела на измазанное кровью лицо Ли Хёна, но светлые ресницы оставались неподвижны. Около задней двери неизвестный остановился и нагнулся, заглянув в окошко, прямо в глаза Минне. Одним ударом он выбил стекло и наполовину просочился в салон, будто бескостная рептилия.
Впервые Минна видела, как длинные черные когти прорастают из пальцев, а из-под кожи прорезается чешуя. Существо с мордой змеи потянулось к ней, и девушка что есть сил заколотила локтями в дверцу, пытаясь выбить ее. Когда серая корявая конечность почти коснулась ее колена, Минна заслонила себя зонтом, раскрыла его и пронзила металлической пикой глазницу чудовища.
– Помогите, пожалуйста! Кто-нибудь! – просипела она и зажмурилась, однако не последовало ничего, кроме щелчка и глухого удара о землю.
Минна открыла глаза и медленно опустила зонт. Капот, где лежал Ли Хён, был пуст и сплошь исполосован дорожками крови. Решив, что монстр еще бродит поблизости, она дотянулась до сумки, завалившейся между сиденьями во время тряски, и достала телефон.
– Скажешь им, что монстр напал? – раздался знакомый глубокий голос за спиной, и дверца, на которую облокачивалась Минна, открылась. Мистер Совершенство поймал ее в двадцати сантиметрах от лужи. – Никогда не опирайся на то, что заведомо обречено на провал. Разве юристов этому не учат?
– Я не подумала об этом, – сглотнула она и вылезла из машины.
Тело преступника лежало возле автомобиля и постепенно сгорало в синем пламени. Бурая чешуя слилась с землёй и иссыхала, пока не стала тряпкой, покрывающей кости, да и те рассыпались в порошок.
– Что… это такое? – запинаясь, пролепетала Минна, заглянув в глаза своему спасителю.
– Позже объясню. Идти можешь? – спросил Юнхо, но, заметив ссадины на ногах девушки, перенес ее в черный джип и усадил на переднее сиденье, а сам завел машину. – Где ты, там и проблемы.
– Хён! – воскликнула Минна, оглянувшись на айдола, который лежал сзади и не подавал призраков жизни.
– Для тебя он уже просто Хён?
– Срочно отвези его в клинику! Он весь в крови!
– Скоро очнется, успокойся. Ты тоже поранилась. – Юнхо вытер салфеткой алую каплю, которая сочилась из разбитой губы Минны, а потом отвернулся, решив, что слишком учтив. – Обычно повреждения на теле Хёна заживают мгновенно. Но теперь это займет больше времени.
– Как ты нас нашел? Следил?
– Да. Поблагодари и перестань «тыкать». Брат объяснил, зачем околачивается рядом? Дело в драконьем жемчуге. Он был в теле Хёна, пока в клинике ты не коснулась его руки, – оттуда и шрам. Жемчужина выбрала тебя как надежный сосуд.
– Один из нас точно сумасшедший…
Минна принялась дергать ручку дверцы, но Юнхо заблокировал замки.
– С первой встречи с Хёном ты страдаешь необычной аллергией. Во дворе расцвел гибискус, и чудным образом к тебе возвращаются деньги. Это энергия драконьей жемчужины.
– Жемчужина – что-то вроде личинки-паразита? Или глистов? Говоришь, будто она живая. Мне показаться хирургу?
– Она живая. Это скопление природной силы. На твоих глазах я испепелил существо со змеиной кожей, и ты продолжаешь мыслить рационально?
– Я очень испугалась и начала думать о побочных эффектах расслабляющих таблеток. Странно это все…
– Людям многого не следует знать. Жемчужина ищет чистую душу и предлагает воспользоваться всеми благами, испытывая на жадность. Пожелаешь слишком многого – заплатишь большую цену.
– Хён упомянул другой мир. Что он подразумевал?
– Мир, где обитают божества, гоблины, призраки… Драконы вроде меня и Хёна.
– Ты д-дракон? Меняешь облик? И кости, как в кино, трансформируются? Спокойно, Минна, дыши…Тот факт, что рядом огромная усатая ящерица, принять чуть легче, чем мамин переезд в Сеул.
– Не ящерица, а дракон!
– А существо, которое напало на нас?
– Опщин [12]. Они оберегают дома и храмы, приносят благополучие. Если дом сгорит – опщин может обозлиться и стать демоном.
– В год, когда ушел отец, горел храм. А вообще здесь часто случаются пожары.
– Мы с Хёном росли на Небесах. Тетя ограждала нас от контактов с другими духами. Поэтому у меня довольно скудные знания о людях и существах, обитающих в мире смертных.
– А что за фокус со временем? И звонками?
– Наш сосед-шаман продал Хёну опасный амулет.
– Господин Ён Сихван, на которого работает мой брат? Он правда шаман?
– Да.
– И что за штуку он продал Хёну?
– Амулет, скрывающий местоположение. У него есть побочный эффект вроде «застревания». Если объяснять на пальцах, существует несколько измерений. Известные мне: Небеса, Преисподняя и мир смертных. Но еще есть Пустошь, расположенная на стыке. Там обитают «застрявшие» души, где время застыло навсегда. Амулет затягивает в Карманы Пустоши – места, где грань между мирами очень тонкая. Людям это грозит лишь сбоем работы приборов, но ты теперь… не совсем человек.
– Моя жизнь в опасности? Верный вывод?
– Не паникуй, я найду способ вернуть жемчуг Хёну.
– И репутацию. Его разыскивает весь Сеул.
– Раны Хёна зафиксируют и сольют в сеть. Пресса нуждается в новой жвачке. Завтра-послезавтра выйдет свежая статья про айдола, посетившего Лисьи Норы с целью благотворительности и попавшего в передрягу. Исходя из его мыслей…
– Вы можете слышать мысли друг друга? Мои тоже?
– Только духов. И то не всех. Но из-за жемчужины я чувствую твой страх или радость.
– Тогда ты уже знаешь, что мне пришло странное сообщение от Тэхёна, но он утверждает, что ничего не писал. Ты выяснишь, кто заманил нас сюда?