Грешник (ЛП)

Конечно, мэм, мы отправим кого-нибудь с фонариком для осмотра периметра. Все пострадавшие в автокатастрофах с пьяными водителями и жертвы других преступлений могут подождать.
Выйдя в гостиную, она прошла до главной двери своей квартиры и обратно к окну. Несмотря на то, что было за полночь, она была полностью одета и в куртке на плечах. Она зашнуровывала свои, как она их называла, бутсы, когда услышала тихий шум.
Ее рюкзак стоял у выхода. И, хэй, в нем был фонарик.
И пистолет.
— Да пошло оно на хрен, — прошептала она.
Подойдя к двери, Джо накинула рюкзак на плечи и, выходя, заперла квартиру. У парадного входа, рядом с почтовыми ящиками она снова помедлила, пытаясь разглядеть что-то в ночной тени за светом фонарей, и от ее дыхания запотело стекло.
Несмотря на глобальную паранойю Джо все равно планировала выйти. Несмотря на усталость, она была взвинчена, и никакие даже самые интересные сериалы на «Нетфликс» не могли ее успокоить. Словно она — автомобиль, водитель которого одновременно жмет и на газ, и на тормоз. Поэтому она уже определилась с местом назначения, когда услышала шум за окнами спальни.
Без сомнения, ей лучше в это не вникать. Нужно придерживаться своего плана, который не включал в себя радушную встречу с киллером, которого отправили за ней гангстеры Колдвелла.
Снова выругавшись, Джо толкнула дверь, пригнулась и стала пробираться к своей машине, размышляя, не должна ли она пересечь газон зигзагообразно, для того, чтоб стать более сложной мишенью. Когда она добралась до водительской стороны, ее тело дрожало.
И все же она остановилась.
Оглядываясь через плечо, она всмотрелась в темноту возле своего здания.
— Син?
Пусть это будет Син, подумала Джо. Иначе она была идеальной мишенью для…
— Я не преследую тебя, — раздался знакомый голос из тени. — Клянусь.
— О, слава Богу, это ты. — Джо прислонилась к своей машине. — Я… ладно, не бери в голову.
И, на самом деле, она ждала его раньше. Она думала, что он снова будет ждать ее на парковке редакции. Затем, после того как вернулась домой, она ждала звонка в дверь, в любой момент: после душа, во время ужина — «Слим Джим» и M&Ms, м-м вкусняшка — во время дебатов о том, ложиться ли в кровать или выйти из квартиры.
И вот он здесь.
Син шагнул вперед, выходя на свет фонаря, что был установлен на углу здания. Когда он подошел к ней, ее глаза были жадными, как и ее руки. Она потворствовала первому. Последнее удержала при себе.
— Привет, — сказала Джо, посмотрев на него.
— Привет.
Последовала долгая пауза. А потом она схватила его за руку и встряхнула.
— Прежде чем мы скажем что-нибудь еще, назови свой номер телефона? И я обещаю, на этот раз я запомню его.
Син так и не начал диктовать цифры, она нахмурилась. Затем закрыла глаза.
— Ясно, — сказала Джо, сдаваясь. — Значит, ты пришел сказать мне, что прошлая ночь была ошибкой, этого не должно было случиться, потому что ты женат.
— Что?
— Мне пора, — Она развернулась к машинной двери. — Береги себя…
В это раз он задержал ее, его большая ладонь приземлилась на ее плечо.
— Куда ты? Уже поздно…
— Почему тебя это беспокоит? — Джо посмотрела на него. — Я не собираюсь навязываться. Я провела весь день в мыслях о том, что между нами было, а чего не произошло. Забавно, как порой вина приглушает значение мужских поступков, и ты явно не желаешь общаться со мной.
Он покачал головой, словно она переключилась на другой язык.
— Я не понимаю, что ты…
— Ты лгал мне, не так ли? У тебя кто-то есть.
— Нет. Я ни с кем не связан.
Джо закатила глаза и сбросила его руку со своего плеча.
— Я про то, что ты женат. Не важно…
— Куда ты собралась?
— Я не обязана отвечать на этот вопрос. Если ты не можешь быть честным со мной относительно того, где ты живешь, чем зарабатываешь на жизнь, кем ты на самом деле являешься и с кем спишь? Я не обязана рассказывать ни черта о себе…
— Я не хочу, чтобы ты знала правду обо мне.
Джо застыла на месте. Затем моргнула.
 
— Итак, я был права. И, боюсь, мне пора. У меня нет сил для этого, и особенно я не собираюсь становиться чьей-то интрижкой на стороне…
— Я ни с кем не связан, — Син положил руку на дверь, не позволяя Джо открыть ее. — И ты в опасности…
Она ткнула указательным пальцем прямо ему в лицо.
— В который раз слышу эту фразу от мужчин сегодня вечером, надоело.
Морщина мгновенно прорезала его лоб.
— Кто еще тебе это говорил?
— Это не важно…
— Ты ответишь мне прямо сейчас.
— Что, прости? — Она подошла очень близко. — Не смей разговаривать со мной в таком тоне. Никогда. И ты можешь засунуть свое требование себе в задницу.
Его глаза вспыхнули злостью.
— Ты думаешь, это шутка?
— Нет. Думаю, что ты издеваешься.
Син не двигался. Она тоже. И совсем не сексуальное напряжение нарастало сейчас между ними.
Внезапно головная боль вернулась, и она застонала, поднося руку к виску.
— Просто оставь меня в покое, хорошо.
— Ты не должна ехать туда одна, — сказал он отстраненно.
— Что?
Син отвел взгляд.
— Это полный бардак.
Прежде чем она смогла толкнуть его еще раз, Син отпустил ее дверь.
— Позволь мне поехать с тобой. Если ты разрешишь… поехать, я тебе все расскажу. Все.
Джо скрестила руки на груди.
— Откуда я узнаю?
— Что я с тобой?
Как будто это не очевидно? — подумала Джо.
— Что ты говоришь мне правду, — сказала она скучающим тоном.
— Я дам тебе слово.
Отлично, чего бы оно ни стоило.
— Если ты обманешь меня, я узнаю. — Она уставилась на него. — Я — репортер. Я выясню, что происходит с тобой так или иначе, и если ты солжешь мне сегодня вечером? Больше можешь ко мне не подходить. Помнишь, как учил меня, куда лучше стрелять?
— Да, — серьезно сказал он.
— Хорошо. — Джо открыла дверь со стороны водителя. — Потому что благодаря тебе я научилась убивать.
Господи, в данный момент это звучало как отличная идея.
  
Глава 33
 
— Рассказывай.
Скомандовала Джо, и Син оттянул ремень безопасности, а потом позволил эластичной лямке вновь войти в контакт с его грудной клеткой.
Они как раз остановились на красный свет, это казалось уместным.
Когда светофор снова загорелся зеленым, она не стала жать на газ.
— Ну.
— Я не знаю, с чего начать.
— Выбери что-нибудь наобум… например, начни с детства, — сказала она сухо.
— Я боюсь того, что ты можешь узнать обо мне. — Син посмотрел в боковое окно. — К сожалению, я не могу рассказать тебе ничего хорошего.
Автомобильный гудок, раздавшийся позади, заставил ее двигаться вперед.
— Мы все хотим лучшей истории. Но это маркетинг, а не реальность.
Син подумал о хижине, в которой жил со своим отцом, той, которую он сжег. Подумал о том, что десять лет спал рядом с мертвым телом своей мамэн, которое сгнило с ужасным зловонием за три месяца. О пьяном, слюнявом, злобном мучителе, которого он вынужден был терпеть, пока не разрубил его на куски и не позволил солнцу испепелить останки.
Наверное, лучше начать с настоящего, решил он.
— Я — солдат. В этом ты права. — Син смотрел на магазины, мимо которых они проезжали, с мыслью, что предпочел бы подробно описать жизнь, в которой поход в супермаркет и выбор подарков, бутылки вина или сорта сыра являлся бы самым сложным решением и следствием, с которым приходилось бы столкнуться. — Я солдат и некоторыми вещами не горжусь.
— Быть военным, безусловно, уже повод для гордости.
— Я не за действия свои стыжусь. — Он глубоко вздохнул. — Я телохранитель, это правда. Очень могущественного вам… мужчины. Выдающегося, у которого много врагов.
 
— Теперь понятно, почему ты так обошелся с курьером.
— Это моя природа. И годы тренировок. Иногда… — Он прокашлялся. — Порой они сливаются воедино, чтобы выдать лучшее, на что я способен.