#Вирус
Леся: Мне страшно (плачет).
Игорь сосед: Мне тоже, Лесь… Будем беречься. У меня сегодня в пекарне проверка была, оштрафовали. Мои не измерили температуру сотрудников и не записали в журнал. Надо ехать, организовать работу.
Леся: А разве не закрыт общепит?
Игорь сосед: Частично. На вынос можно работать, но с жесткими ограничениями. У меня два повара отказались выходить – боятся, а два работают. Выручки упали, разумеется, так что пока и двое справляются. Зал мы закрыли, через окошко выдаем заказы.
Леся: Дела совсем плохо идут?
Игорь сосед: Практически в ноль. Я не знаю, что думать: или меня обманывают, или действительно кризис. Людей нет на улицах. Сложно санитайзеры купить. Ну, ты знаешь. Экономим те, что есть. А редкие посетители еще так старательно его используют. Впрочем, это и правильно.
Леся: Жаль, что я тебя раньше не знала. Своя пекарня – это же так интересно! Я вот очень люблю печь и есть выпечку тоже. Мне даже не верится, что мужчина может этим интересоваться (шлет сердечко).
Игорь сосед: Моей заслуги в этом нет никакой – просто один их инвестиционных проектов.
Леся: Инвестиционный – это как (задумалась)?
Игорь сосед: Хм… как бы тебе объяснить… ты про инвестиции совсем ничего не знаешь?
Леся: (задумалась).
Игорь сосед: Ау. Ты куда пропала?
Леся: Здесь, шеф! Инвестиции – это вложение капитала с целью получения прибыли.
Игорь сосед: Браво! Ты сама ответила на свой вопрос!
Леся: Не я (покраснела). Википедия. Расскажи, плиз (умоляет)! Я ни разу не встречала живого человека, который инвестирует.
Игорь сосед: Ну да, ну да… мертвые явно этого не делают. Ок, слушай, да не перебивай (подмигивает). Значит, есть такое понятие – пассивный доход. Это когда вкладываешь деньги в некий проект – любой, будь то ценные бумаги, бизнес, недвижимость – и получаешь доход, не работая. Так вот, в идеале надо стараться так жить, чтобы пассивный доход превышал твои расходы. Это еще Роберт Киосаки сказал. Надо бы нам, кстати, поиграть в его игру «Денежный поток». Играла?
Леся: Не, мы с друзьями часто играем, но в разные другие игры. А эта интересная?
Игорь сосед: Конечно! Это тренажер финансового мышления. Весь мир играет.
Леся: Я тоже хочу! И про инвестиции хочу!
Игорь сосед: Если действительно хочешь, могу прислать тебе парочку уроков по финансовой грамотности для начинающих. Надо?
Леся: Давай! Люблю новенькое изучать.
Игорь сосед: Лови!
Леся не покривила душой – ее деятельный любопытный мозг и правда с удовольствием поглощал любые новые знания. А сейчас для нее тем более и мотивация была – Игорь сильно запал ей в душу. Леся чувствовала, что у мужчины иная жизнь, отличная от ее, и страстно хотела подтянуться до его уровня – хоть одним глазком подсмотреть, что там – у иных людей.
* * *
Игорю было несложно переслать девушке пару уроков для начинающих, странно, что они вообще у него сохранились в телефоне. Он был уверен, что Леся их не осилит – ну куда ей?
Женщины его круга разделялись на две категории: на красоток, которые даже и вникать не стали бы – зачем им напрягаться? – и леди – акул бизнеса, которым такая начальная информация ни к чему, и им он бы эти уроки и предлагать не стал, да и к ним самим как к женщинам не относился. Партнеры, хищницы, конкурентки – да. Леся в его системе не вписывалась ни в одну категорию, и Игорю было интересно, зайдет ли ей информация.
Что-то много времени он уделяет мыслям о соседке…
Накануне введения пропусков вечером они решили выбраться на прогулку. Леся попросилась в центр – так давно там не была, с самого начала карантина.
Встретились у подъезда Игоря. Леся с замиранием сердца забралась в белый кожаный салон «Порше». Она себя еле сдерживала, чтобы не прыгать, не охать и не ахать от восторга, не гладить и не трогать все вокруг.
Игорь заметил Лесино замешательство, и его умилила ее попытка скрыть эмоции – да только о глазах она забыла: они блестели и лучились радостью. И Игорь поддался этой радости и улыбнулся – белый салон вдруг расцвел, как белый свет распадается в радугу под солнечными лучами.
Москва совсем не напоминала прежний гудящий мегаполис – редкие машины, опустелые перекрестки, безлюдные тротуары будто перенесли в иной мир, иной город, наполненный тишиной, вязкой тоской и смирением.
Припарковались у Старого Арбата. Игорь вышел из машины и помог выйти Лесе.
Она подавила в себе вздох удивления и вышла довольная: получилось показать, что такой жест со стороны спутника для нее естественен. А с Вовой бы и в голову не пришло ждать, пока ей откроют дверцу.
Игорь же любовался – как девушка хороша в своем смущении и стремлении выглядеть лучше, чем она есть! Мила и неповторима. Приятно оказывать знаки внимания не потому, что так требует женщина и этикет, а просто так, чтобы порадовать.
Арбат встретил их пустотой и навязчивым ощущением нереальности – никогда еще Москва не казалась такой нежилой. Заходящее солнце вяло освещало серую брусчатку. Ни людей, ни велосипедистов, никаких концертов, закрытые кафешки – не за что зацепиться взгляду… Страх поселился везде, у каждой двери, за каждым окном и словно лишил город жизни.
Леся взяла Игоря за руку, и так они пошли по улице. Одни. Тишина угнетала, и разговаривать им не хотелось.
– Стой! – сказал Игорь. – Так неинтересно. Давай вернемся к машине, у меня есть электрический самокат, на нем прокатимся!
– Самокат? А это не страшно? – поежилась Леся.
– Не страшнее, чем то, что в мире происходит. Идем?
Через несколько минут Игорь устроил девушку впереди себя.
– Вот здесь держись за мои руки, да покрепче! – пошутил он, набирая скорость. – Едем!
– Ура! – завопила Леся. – Как же круто!
– Ура! – вторил ей Игорь, ощутив себя подростком.
Ее рыжие волосы разметало ветром по его лицу, он почти ничего не видел, угадывал, куда править, и это казалось ему веселым и необычным. К тому же от ее локонов исходил аромат какого-то травяного шампуня, а еще они пахли свежестью и чистотой, и этот запах выгодно отличался от результатов ароматических ухищрений его последней любовницы.
Самокат бодро вез пассажиров по Арбату до перехода, там они спешились и перешли на Манежную площадь, затем покатили на Никольскую. Никольская, всегда полная шума, историй, событий и музыки, встретила той же гнетущей тишиной…
Игорь ускорился. Леся визжала, но уже не от страха, а просто так. Своими криками и радостью молодые разбудили уныние, эхо их голосов устремилось вперед, назад, по бокам, расползлось по всей Никольской.