Монстр (ЛП)

— Наличными, — тут же ответила я.
— Семьдесят за ночь или пятнадцать за час.
Вдвойне противно.
Я даже не знала, что на самом деле существуют места с почасовой оплатой.
— Семьдесят, — сказала я, отсчитывая деньги и протягивая ему восемьдесят.
— Если тебе что-нибудь будет нужно, дорогая, всё что угодно… ты просто подойди сюда и скажи Бобу, хорошо?
Мне потребовались все силы, чтобы не поморщиться. — Спасибо, — сказала я, взяв десятку, которую он протягивал, убедившись, что наши пальцы даже не соприкоснулись, сунула деньги в сумку и скорее вышла.
Уроды были уродами, и уродами оставались.
Но Боб, который управлял мотелем с почасовой оплатой и использовал ключи (что означало, что, скорее всего, были дубликаты), и говорил о себе в третьем лице? Да, это было так… супер жутко.
Я направилась к комнате в конце коридора, остановилась у торгового автомата, чтобы взять закуски и напитки, затем схватила кучу выброшенных пивных бутылок с боку, прежде чем вставить ключ в замок и войти в свою комнату.
Все мотели были отвратительны. Не имело значения, где они были, они были отвратительными. Старые обои. Грязные ковры. Древние телевизоры. Покрывало и простыни, которые, вероятно, не стирали неделями.
Вонючее, жуткое место.
Но это был мой единственный выход. Поэтому я старалась не смотреть на облупившиеся коричневые обои. Я старалась не смотреть на испачканные ковры. И я даже близко не подошла к кровати. Я бросила все свои вещи на складной столик, который знавал лучшие времена, но выглядел относительно чистым, затем направилась в ванную, чтобы проверить раковину на наличие тараканов. К счастью, ни одного. Затем подошла к кровати, приподняла матрас и принялась искать постельных клопов. Опять же, никого. Но я все равно не собиралась рисковать.
Я схватила пустые бутылки со стола, подошла к двери, закрыла замок и цепочку, затем поставила одну на ручку, а остальные поставила на пол перед дверью. Там был ковер, так что бутылка на ручке не разбилась бы, если бы упала, но, если бы она упала и приземлилась на другие бутылки, я бы это услышала. Даже если бы у Жуткого Боба был ключ, он никак не мог проникнуть внутрь без моего ведома.
Я вымыла руки и принялась за еду, хотя у меня не было аппетита. Я подключила свой ноутбук и подключилась к незащищенной сети, которую предлагал мотель, проверяя все в даркнете.
Ничего от Джейшторм.
Ничего в сообщении о смерти Гленна.
Просто… ничего.
Я вздохнула, ввела название мотеля и посмотрела, где я нахожусь. Что было вокруг. Чтобы разобраться где я была, и куда мне идти. О чем, ну, я еще понятия не имела.
По-видимому, городской автобус останавливался прямо перед входом, он вез меня через весь город и мог высадить на вокзале, где я могла купить билет в любом направлении.
У Джейшторма был конкретный план.
Мне просто нужно было выполнить все необходимые действия.
Я вздохнула, выключила ноутбук и подтащила второй складной стул поближе, чтобы я могла поднять ноги. Я никогда не была одним из тех людей, которые «могут спать где угодно». Мне нужна была кровать, одеяло и подушка. Мне нужно было иметь возможность вытянуться. Но с нависшей угрозой Лекса, Жуткого Боба и очень возможной неизлечимой болезнью, которую я могла подхватить, оказавшись в трех футах от этой кровати, что ж, мне просто нужно было научиться спать сидя.
Дверь в соседнюю комнату открылась и захлопнулась. Я услышала смех, низкий мужской голос, высокий женский. Затем кровать громко скрипнула один раз. Затем, не прошло и двух минут, начала скрипеть быстро и неистово.
Очевидно, в шестом номере был гость с почасовой оплатой.
Прекрасно.
Я включила телевизор, позволив религиозному каналу без умолку вещать о грехе и прочем дерьме, которое ни хрена не значило в мотеле «спи и трахайся». Или в той жизни, в которой я жила в целом.
Пара в соседней комнате издавала мяукающие и стонущие звуки. Кровать перестала скрипеть. Послышалось шарканье. А потом дверь закрылась. Очевидно, все, что им было нужно — это двадцать минут.
 
Сон был неуловим, несмотря на мое ноющее тело.
Я решила, что это было связано, в значительной степени, с болью где-то в другом месте.
Такая боль, которая, казалось, никогда не перестанет болеть.
Одна из тех, что становилась только хуже от игнорирования ее.
Поэтому я опустила стену и позволила мыслям прийти.
Я думала о нем.
А потом я заплакала, пообещав себе, что это был первый и последний раз. Не потому, что я думала, что чудесным образом перестану страдать. А потому что я собиралась пережить все это прямо здесь и сейчас, а затем запереть все, что осталось, в сундуке где-то глубоко внутри с запиской, чтобы его никогда не открывали.
Я бы никогда этого не забыла. Не совсем.
Но я могла бы исчезнуть.
Начать новую жизнь.
Оставить все это позади.
Двигаться дальше.
Я надеялась.
Глава 19
Брейкер
Я не спал. Что было чертовски глупо. Мне нужно было быть в здравом рассудке. И здравом уме. Особенно с тех пор, как я не смог найти Алекс. Ни следа. Она исчезла как дым. А также потому, что я не смог найти способ попасть к Лексу до того, как он вернется, чтобы попытаться вытащить Шота.
Пиздец какая сложность.
Потому что мне все равно нужно было прийти.
Я должен был показать свое лицо.
И скормить ему какую-нибудь ложь о том, что Алекс нет со мной.
Черт, сказать ему, что я не смог ее привести. Что я избавился от нее, как он и говорил. Он бы разозлился, но я, скорее всего, все равно сохранил бы свою жизнь. Может быть, даже жизнь Шота тоже, если Лекс будет в достаточно хорошем настроении. Я думаю, все будет зависеть от того, как пройдет его встреча.
Дом Лекса, как и мой, располагался на холме. В отличие от моего, у него был обнесенный стеной периметр и охраняемые ворота, двое его головорезов сидели в будке и разговаривали, когда я подъехал.
— Грузовик остается здесь, — сказали они мне, и, поскольку у меня не было выбора, я схватил ключи и выскочил. А затем, как и ожидалось, меня обыскали и забрали два пистолета, которые были при мне. Тупые ублюдки не проверили мои ботинки. В каждом было по ножу. Не то чтобы они принесли бы мне слишком много пользы против его маленькой армии с впечатляющим ассортиментом оружия, но это было хоть что-то.
Ворота открылись, и я пошел по извилистой подъездной дорожке к дому.
И под «домом» я имел в виду «особняк», потому что Лекс жил богато. Площадью двенадцать тысяч квадратных футов. Гараж на три машины. Бесконечные окна (все пуленепробиваемые). Территория, которая включала теннисный корт, бассейн и конюшню. Лекс не играл в теннис, он никогда не учился плавать, и я подозревал, что он не отличит лошадь от немецкой овчарки.
Если бы вы присмотрелись повнимательнее, то увидели бы камеры видеонаблюдения. И тогда вы заметили бы притаившиеся тени, которые могли быть деревьями, но на самом деле были людьми. И это были люди с оружием за спиной.
Да. Был хороший шанс, что я не уйду отсюда, независимо от того, в каком настроении будет Лекс.
Но, в первый раз в жизни, я не мог заставить себя по-настоящему сбежать. Я просто хотел поскорее закончить с этой встречей.
Когда я повернул к входной двери, один из мужчин появился в поле зрения, дернув подбородком в мою сторону, прежде чем открыть дверь и впустить меня внутрь.
Дом был настолько роскошным и шикарным, насколько можно было ожидать от поместья в двенадцать тысяч футов. Темное дерево. Глубокие тона. Дорогая, очень профессионально расставленная мебель. Прямо впереди была лестница в форме подковы с белым (да… белым) ковровым покрытием. Под ней был коридор, который, казалось, вел в столовую. Слева от входной двери была гостиная с гигантским камином и книжными полками, полными тяжелых книг, я был уверен, что Лекс никогда даже не заглядывал в них. Справа была еще одна гостиная, но в ней стоял рояль, на стенах висели отвратительные, претенциозные картины, а вокруг стояли статуи.