Профессорская дочка
– Скажите, Завьялова, – мужчина говорит тихо, даже как будто вкрадчиво. – Вам, значит, нравится все запретное? Раз вы стали встречаться с преподавателем?
Мое дыхание перестает быть ровным, а в голове тяжелеет, потому что я слышу в его вопросе подтекст. Которого, скорее всего, нет. Но в моем разуме он есть, и я думаю в этот момент вовсе не о Диме. Мы смотрим друг на друга, не отрывая взгляда, я облизываю пересохшие губы, Гордеев кидает на них быстрый взгляд. Надо же что-то сказать, да? Только мысли все разбегаются.
– У вас шашлык еще не сгорел? – слышу веселый голос Марины и резко выдергиваю руку из нежного захвата, делая пару шагов в сторону.
– Вот как раз снимаем, – невозмутимо отвечает Роман Андреевич и добавляет: – Завьялова, миску верните.
Подхожу обратно, но больше глаз не поднимаю. Гордеев сгружает весь шашлык, я ставлю миску на покрывало, садясь рядом. Господи, что это вообще сейчас было? С чего он задавал такие вопросы, гладил мою руку? Что это значит? Вроде провокации? Но какова цель? Или это насмешка над тем, что я встречалась с преподавателем?
Вскоре все собираются, становится шумно, смех, разговоры, я старательно отмалчиваюсь, все еще пытаясь проанализировать произошедшее. День между тем катится к концу, вечереет, и становится прохладно.
Гордеевы рыбачат, мы вчетвером отправляемся прогуляться по лесу. Болтаю с Саввой, так что не сразу замечаю, что нашей сладкой парочки поблизости не наблюдается.
– Ну и где они? – спрашиваю Савву, он только пожимает плечами.
Зовем ребят, но они не откликаются. Вот черт, надеюсь, им не пришло в голову уединиться и заняться сексом, вряд ли Роман Андреевич это оценит.
Некоторое время мы блуждаем по лесу, ища их, пытаемся прозвониться, но телефон тут не ловит, как и в самой деревне. Вот же!
В итоге возвращаемся обратно на стоянку. Гордеевы сидят на покрывале, Андрей Матвеевич курит. Увидев нас, Роман Андреевич тут же хмурится, поднимаясь.
– А где Марина? – спрашивает.
Мы с Саввой переглядываемся. Кажется, сейчас даже он недоволен. Все-таки Глеб его брат, и отдуваться придется за него ему.
– Они с Глебом гуляют, – произношу, пряча взгляд.
– Где? – слышу, как напрягается голос мужчины. Мы с Саввой снова переглядываемся.
– Мы не знаем, – вздыхает он. – Мы шли вместе. Заболтались с Алей, ребята отстали, и мы их недозвались.
Вижу, как Гордеев сжимает зубы, смотрит тяжелым взглядом, после чего быстро идет в сторону леса. Мы с Саввой двигаем за ним, я быстро говорю другу:
– Останься с Андреем Матвеевичем, собирайте пока вещи.
Неуверенно кивнув, Савва отстаёт, я же наоборот прибавляю шаг.
– Роман Андреевич, – говорю, нагоняя мужчину, – только не устраивайте скандал. Не думаю, что они будут… ну…
– Называйте вещи своими именами, Завьялова.
Вот гад.
– Не думаю, что они убежали, чтобы заняться сексом, – выдаю на одном дыхании.
– Неужели? – он останавливается, насмешливо на меня глядя, я от неожиданности торможу не сразу.
– Они могли элементарно заблудиться, – выдаю ему, – уже темно, местность ребята не знают. Пожалуйста, не порите горячку, ладно?
Бросив еще один тяжелый взгляд, Гордеев идет дальше. С полчаса мы блуждаем по лесу, пытаясь дозваться ребят, но безрезультатно. Когда возвращаемся на поляну, вещи уже собраны. Молча, быстрым шагом идем в деревню. Я уже не знаю, что и думать, даже на самом деле начинаю волноваться, как бы не заблудились, но возле дома нас ждет сюрприз: машины ребят нет.
– Дык уехали минут двадцать назад. Паренек и девчонка, – говорит нам хозяин дома, когда Роман Андреевич его находит у соседей.
– Куда уехали? Не сказали? – выспрашивает подробности, а я начинаю злиться на Глеба за его беспечность.
– Нет, просто сели в машину и укатили.
Еще какое-то время мы ждем, а потом Гордеев вдруг вскакивает и идет к своей машине.
– Вы куда? – бросаюсь следом.
– Найду этого Ромео и оторву ему причинное место, – цедит Роман Андреевич.
– Не надо, – семеню я рядом. Он открывает дверцу, меряя меня взглядом.
– Будет знать, как лезть к молоденьким девчонкам.
Он садится, захлопывая дверцу. Покусав губу, быстро обхожу машину и устраиваюсь рядом. Гордеев бросает на меня хмурый взгляд, но потом усмехается.
– Все-таки будете друга грудью прикрывать, Завьялова? – спрашивает, заводя двигатель.
– Если надо, то буду, – бурчу в ответ, мужчина ничего не отвечает, и мы выезжаем со двора.
Глава 24– Куда мы едем? – спрашиваю, когда машина покидает пределы деревни.
– Прокатимся по окрестностям, тут не так много съездов к воде, так что машину спрятать негде. Если не найдем, поедем по соседним деревенькам.
Отличная перспектива.
Едем мы молча, я держусь за ручку, потому что дорога неровная, нас то и дело потряхивает. На улице темнеет окончательно, становится мало что видно в принципе. Объезд окрестностей не приносит результатов.
– Может, вернёмся? – предлагаю мужчине. – Вдруг они уже приехали. Позвонить-то нам нельзя.
Гордеев молча едет вперед, освещая темную дорогу.
Объезд первой деревни не дает результата, я уже просто помалкиваю, удивляясь только, каким твердолобым может быть этот мужчина. По мне, так очевидно, что на ночь наша парочка точно не пропадает, а значит, если еще не вернулись, то появятся в скором времени. Но мысли эти держу при себе, очевидно, что Гордеев к ним не прислушается. Мы отъехали уже на приличное расстояние от нашей деревеньки, и делать тут Глебу с Мариной нечего. Но с маниакальным упорством едем вперед. Впереди темными треугольниками вырастают крыши домов новой деревни. Едем, подпрыгивая на ухабах, я сильнее цепляюсь за ручку, а потом мы резко останавливаемся.
– Что такое? – перевожу взгляд на Гордеева. Он давит на газ, слышу, как крутятся с жужжанием колеса, но мы продолжаем стоять на месте.
– Вот черт, – ругнувшись, мужчина вылезает из машины, осмотрев, садится обратно, не закрывая дверь. Устало вздыхает.
– Застряли, – говорит мне.
– И что делать?
– Не знаю. Попробуем выбраться.
Еще минут десять проходят в попытках выехать из ямы. Наконец Роман Андреевич сдается.
– Идемте, Завьялова, – говорит мне.
– Куда? – я выскакиваю из машины, аккуратно обойдя ее, встаю рядом с Романом Андреевичем.
– В деревню. Нужен трактор, по ходу.
Закрыв машину, он достает телефон и проверяет сеть.
– Не ловит, – качает головой, двигая в сторону домов. В нескольких горит мягкий желтый свет. Недолго думая, Гордеев подходит к ближайшему. Заглядывает за забор и, постучав по почтовому ящику, зовет: