Попаданки убегают в полночь, или Академия кривых зеркал
– Наги, как вы, наверняка, знаете, – мастер Смоук пригвоздил нас взглядом, вроде как спрашивая: вы же знаете, бездари недостойные? – существа бессмертные. Ареал обитания – леса с мягким тропическим климатом. Наги самые мудрые существа Верховного мира. Сам Архонт просит их совета в спорных и критических ситуациях.
Я немного расслабилась, прячась за спины друзей, и с возросшим любопытством посмотрела на змея. Неужели он мудрее самого владыки Равновесия?
– Магические животные и существа не рождаются темными или светлыми. Они не выбирают сторону, они выбирают норна. Вы можете понравиться им или нет вне зависимости от стороны и статуса. Кардо, мы бессмертны, но если ты будешь дергать змею за хвост, будет больно. Наги мудрые, но не безобидные, особенно в отношении неучей и бездарей.
Раздвоенный язык змея красной лентой пощекотал воздух, и показались огромные ядовитые резцы. Да, далеко не домашний питомец.
– Извините, мастер. – Кардо поклонился нагу и скрылся от пристального знающего взгляда магического создания.
Все рассмеялись. Откуда-то даже послушалось «ссыкун». Как я и говорила, очень по-человечески и по-студенчески!
– Только драконы никогда не протянут крыло Светлому, – продолжил рассказывать мастер Смоук. – Но о них еще рано.
Так, на этом месте поподробнее. Что, реальные огнедышащие драконы? Как в «Игре престолов»? Я тайком огляделась: кроме меня, похоже, драконы никого не беспокоили. Ладно, тогда и я не буду нервничать. Драконы – подумаешь, пустяк какой.
– Илу, я бы не советовал подходить к тем цветам, – бросил мастер Смоук, заметив очередную отлучку от группы. – Они ядовитые. – Он махнул всем нам и показал на соседний куст с ярко-красными цветами. – А пыльца этих – приворотная. Действует недолго, но эффективно.
– Сколько? – спросила Илу.
– А как избавиться от действия? – крикнул Лэндо и осмотрел нас с таким видом, будто бы мы уже бросились собирать пыльцу, чтобы его охмурить! Позер!
– Противоядие сделать несложно, но оно настаивается три ночи, легче в ледяном озере искупаться. Вся дурь выйдет, – ответил мастер.
– Тебе не мешало бы, – усмехнулся Лэндо, толкнув Илана в плечо.
– Иди Светлейшей в трещину! – огрызнулся тот в ответ.
Я не выдержала и звонко рассмеялась. Если бы только это услышала Кассандра! Я даже мысленно представила, как она надменно поджимает губы на такое ругательство.
– Все? Достаточно повеселились, можем продолжать? – сухо поинтересовался мастер Смоук. Ребята подняли руки вверх, а я закрыла рот на воображаемый замок и выкинула от него ключ. Очень не хотелось срывать занятия по «Магической флоре и фауне», да и мастер Смоук мне лично был ближе других преподавателей. Он умел шутить и иронизировать с каменным лицом – такое дорогого стоит! А еще он был справедлив: он песочил одинаково усердно и полукровок, и чистокровных темных.
– Есть желающие испытать на себе ядовитую пыльцу? – мастер спросил спокойно и деловито. Таким же голосом обычно спрашивают на улице который час. Я выдала нервный смешок.
– Нет, спасибо, – ответил Илан. – Пробовали – знаем, и больше не хочется маяться с животом.
– Илан, тебя, очевидно, родители так сильно любят, что решили противоядие дать попозже. Я со своими адептами не так жесток.
Мы не успели отсмеяться, когда мастер Смоук свел темные брови на переносице и, взглянув на правую ладонь, достал из-за пояса аккуратное зеркало.
Голос мастера Иманилы я узнала сразу, и слова ее взбудоражили всех. Чаша выбора созрела. Всех адептов велено собрать в торжественной зале.
Я, конечно, оповестила новых друзей, что решилась на участие в испытаниях за право стать личным адептом Темнейшего. Илан просто покрутил пальцем у виска. Элли пристально на меня посмотрела, гипнотизируя желтоватыми глазами, – у людей я таких никогда не видела – и, сжав мои ладони, пожелала удачи. Только Илу была со мной и честна, и откровенна.
– Чаша выбирает из всех имен тех, у кого есть потенциал дойти до конца. Ни одной полукровки она еще ни разу не назвала.
Ну что же, я хотя бы постаралась. Если чаша меня не выберет, так и сообщу Кассандре. Надеюсь, у нее не припасено еще вариантов, как мне сблизиться с Темнейшим Деоном.
На возвышении, где в прошлый раз стоял ректор Кастроу, было три кресла. В середине удобно устроился Его Милость повелитель Темной стороны, два других кресла заняли ректор и высший норн, правая рука Деона. Если бы мой взгляд не был прикован к парящей над каменным постаментом чаше с синими всполохами пламени, то я бы не сдержалась и начала ставить оценки на несанкционированном конкурсе красоты. Мистер Красавчик Верховного мира. Но все внимание занял древний артефакт, а вот адептки, которые, вероятно, не надеялись услышать свое имя, шушукались и бросали томные взгляды. Интересно, если Темная сторона заведует всякого рода пороками, то как они сами относятся к беспорядочным связям «на работе», скажем так? Судя по той брюнетке, положительно. Если, конечно, это не постоянная фаворитка Темнейшего, которая повсюду следует за своим господином.
– Чаша готова сделать выбор, – торжественно произнес ректор Кастроу.
Я видела, что Деон неотрывно смотрел на пламя, и оно из голубого перелилось в алый с темными искрами, а черный узор сложился в имя:
– Лэндо! – громко назвал его ректор. Все зааплодировали. Засранец задрал свой прямой чистокровный нос еще выше. Он с самого начала не сомневался в своих силах. А чаша тем временем, как тот горшочек из мультфильма, продолжала «варить»:
– Каранжа!
На этот раз выбор пал на девушку. Правильно, здесь полное равноправие полов, силы, правда, физической в мужчинах больше, но это ведь такие мелочи…
– Дора!
И снова девушка. Я уже начинаю думать, что чаша – феминистка и митушница.
– Аури!
Так, пятьдесят на пятьдесят. Последнее имя. Внутри у меня все переворачивалось, а сердце вытворяло такие кульбиты! Я мечтала и боялась, что чаша выберет меня. Вот такая я непоследовательная барышня. Никакой логики, только настроение.
– Лиса!
Я застыла. Совсем перестала дышать. Полукровок чаша не выбирала раньше, отражение тем более, но мое имя черными ажурными рунами горела в алом огне.
Илан поднял меня за бедра и закружил. Илу поцеловала в щеку, а Элли смотрела так, словно не сомневалась, что это случится. Когда меня поставили на ноги, я, не сдержавшись, взглянула на Деона, равнодушно взиравшего на общее ликование. Наши взгляды на мгновение пересеклись. Я попыталась сказать глазами, что, возможно, Ваша Милость ошибается, и я не такая уж и никчемная. Взгляд Деона стал еще надменней. Мне кажется, если я все же смогу выиграть в этом состязании, то вместо приветствия мне скажут «добро пожаловать в рабство»…
Глава 5. Испытание силы, воли, сердца.Я, сложив руки на груди, смотрела на древнее пророчество. Оно было выбито над входом в холл памяти.