История войны 1813 года за независимость Германии

Несравненно важнейшие последствия имела экспедиция в королевство Вестфальское генерал-адъютанта Чернышева.
В сочинении капитана гессенской службы Шпехта Das Königreich Westphalen und seine Armee im Jahr 1813, находим мрачную картину положения этой страны. По заключении Тильзитского трактата, Наполеон, соединив курфюршество Гессенское, Брауншвейг и Ганновер с прусскими областями, лежащими по левую сторону Эльбы, под именем королевства Вестфальского, в качестве одного из владений Рейнского союза, отдал его младшему своему брату Иерониму. Новый король не только не знал, ни языка, ни нравов и обычаев подвластной ему страны, но даже не заботился когда-либо узнать их. Увлекаясь пирами и забавами, он нисколько не думал об упрочении своих сомнительных прав на престол мудрым управлением, и потому, несмотря на природный ум и доброту свою, отстранил от себя всех тех, на которых мог бы опереться в минуту опасности. Неизменными сподвижниками его и состоявших при нем французов оставались только люди продажные, не дорожившие мнением своих соотечественников. Доходы государства поглощались пышностью Двора, обременительной для подданных, но не внушавшей уважения к властителю – рабу своего могущественного брата. Король принужден был посылать свои войска всюду по мановению Наполеона: война в Испании стоила вестфальцам, по крайней мере, 7000 человек; война 1809 года против Австрии потребовала новые жертвы; из числа 25 000 человек, посланных в Россию, возвратилось не более 2000; в войну 1813 года потери простирались до трети наличного числа войск (до 8000 человек): следовательно – в продолжение 5 лет, до 40 000 вестфальцев погибло, сражаясь за Наполеона. Вместе с тем, народ, обедневший от введения Континентальной системы и упадка торговли, был угнетен непомерными налогами и насильственными займами. Кроме огромных расходов на содержание Двора и армии, состоявшей из 26 000 вестфальцев и 18 600 французов, король принужден был уплачивать ежегодно Наполеону более 13 миллионов франков
(около 3½ миллионов рублей). Государственный долг простирался до 94 миллионов франков (более 25 миллионов рублей), а военная контрибуция, наложенная Наполеоном на страну, простиралась в 1812 году, когда уже уплачено было две трети ее, до 16 миллионов франков (4½ миллионов рублей). В 1813 году вестфальцы вносили в казну кругом более 18 франков (5 рублей) с души, и все-таки дефицит простирался до
9 500 000 франков (более 2½ миллионов рублей). Министерство финансов хлопотало только о добывании денег, без всякой заботы о будущем13.
Из числа 30 000 человек вестфальских войск 2/ были распределены по различным
3 французским корпусам, а остальные 10 000 человек (6850 человек пехоты, 3046 кавалерии и 416 артиллерии) стояли в окрестностях Касселя и Брауншвейга; границы же государства были совершенно открыты. За исключением небольшого корпуса жандармов, составлявшего превосходную и совершенно преданную французам кавалерию, все прочие полки были сформированы из новобранцев, служивших по принуждению. Почти ежедневно расстреливали близ Касселя дезертиров, пойманных жандармами14.
Король Вестфальский и приближенные к нему лица не доверяли преданности войск и старались привлечь к себе, по крайней мере, офицеров щедрой раздачей орденов; для большей же безопасности, король окружил себя французскими войсками, из конскриптов, обмундированных в Касселе и зачисленных в гвардию, причем им дали важные преимущества. Гвардейская легкая кавалерия была принуждена отдать этим «гусарам
Иеронима» лучших лошадей; но как офицеры, так и нижние чины французской гвардии, были мало знакомы с военной службой, и даже не умели ездить верхом15.
Опасения французов насчет преданности к ним вестфальских войск, не замедлили оправдаться на деле. В ночи с 10 (22) на 11 (23) августа, 2 из лучших полков вестфальской армии, 1‐й и 2‐й гусарские, стоявшие у Рейхенберга, в Силезии, перешли к австрийцам в Богемию. Два отряженные от них эскадрона сдались (по всей вероятности, добровольно) в плен, 6 (18) сентября, австрийскому партизану, полковнику Шнитеру, у Фрейберга, в Саксонии16.
Неудачи, понесенные военачальниками Наполеона, и набеги союзных партизан заставили вестфальское правительство принять меры для прикрытия столицы королевства – Касселя со стороны реки Заале. С этой целью были расположены на главных путях оттуда ведущих отряды: у Гётингена 2 эскадрона, в числе до 300 человек, под начальством генерала Цандта, и для поддержания его, у Мюндена, 1‐й батальон
7‐го пехотного полка, в 840 человек; у Гейлигенштадта кирасирская бригада, 3‐й легкий пехотный батальон и 2 орудия, всего 1200 человек кавалерии, 1000 пехоты и 70 артиллерии, под начальством бригадного генерала Бастинеллера17. Гарнизон
Касселя состоял из 3060 человек пехоты, 906 кавалерии и 336 артиллерии, всего же до 4200 человек с 6 орудиями; кроме того было в городе 28 орудий18.
Неудовольствие, господствовавшее в Вестфалии против короля Иеронима и французов, было известно в главной квартире Северной армии. Генерал-адъютант Чернышев, один из отважнейших русских партизан, весьма основательно полагал, что занятие союзниками Касселя, прекратив существование Вестфальского королевства, могло возбудить восстание против Наполеона и в прочих странах Германии. Овладение Касселем, без пособия пехоты, по местному положению этого города, подававшему средства к упорной обороне, и по довольно значительному числу занимавших его войск, представляло чрезвычайные затруднения для легкого отряда, состоявшего, большей частью, из казаков; тем не менее однако же, генерал Чернышев решился на сие предприятие, надеясь на содействие жителей и войск страны, и сообразив, что удача предположенного нападения зависела не столько от силы вверенного ему отряда, сколько от внезапности его появления.
Испросив разрешение наследного шведского принца двинуться к Касселю, генерал Чернышев, с отрядом, в составе восьми эскадронов и 5 казачьих полков, с 4 (по другим сведениям – с 6) конными орудиями, всего до 2300 человек19, выступил к Эльбе [115]. Казачьими полками командовал полковник (Константин Христофорович) Бенкендорф; артиллерией – капитан Лишин; квартирмейстером отряда был полковник Богданович; в числе волонтеров состояли: подполковник граф Бальмен, (впоследствии находившийся, в качестве русского комиссара, на острове Св. Елены, во время пребывания там Наполеона), майор Дёрнберг и прусские офицеры: полковник Барнеков, ротмистры Арним и Фабеки (Fabeky), и проч.20 Переправясь в ночи с 2 (14) на 3 (15) сентября, через Эльбу, близ Акена, на лодках21, генерал Чернышев расположился у Бернбурга и выслал партии в различные стороны, для развлечения внимания неприятеля и для собрания необходимых сведений. Одной из этих партий, в числе 80 казаков под начальством ротмистра Фабеки, удалось напасть врасплох на Кверфурт и захватить там 40 офицеров и 500 нижних чинов22.
12 (21) сентября, отряд генерала Чернышева выступил из Бернбурга и на следующий день прибыл к Россле. Движение через край занятый неприятелем производилось с соблюдением всех предосторожностей: войска останавливались на ночлег на самое короткое время, в местах удаленных от всякого жилья; когда же им доводилось делать небольшие привалы в местечках, или деревнях, отряд оцеплялся казачьими постами, не позволявшими никому из жителей выходить из селений; при выступлении же в дальнейший поход, бургомистры и другие местные чиновники приглашались проводить войска и не прежде были отпускаемы, как по удалении отряда на довольно значительное расстояние; проводникам не была известна действительная цель похода, и даже у них расспрашивали о таких путях, по которым вовсе не предполагалось двигаться; нередко войска сворачивали с надлежащего направления и возвращались на него тогда, когда при отряде не было никого из посторонних людей, кроме шпионов испытанной преданности, на которых можно было вполне надеяться23.