Вредное сокровище Чёрного некроманта

Но сон не шёл.
Я всё всматривалась в темноту и вслушивалась в тишину, надеясь ощутить момент, когда Адриан спасёт своего друга.
Друга, который оказался драконом. Можно ли было хотя бы предположить подобное? Наверно, в этом на самом деле не было ничего удивительного, но… меня не покидало чувство, что господин Лотрек переехал в Равноград и принял на себя правление городом лишь потому, что надеялся хоть как-то помочь своему другу.
А это как минимум заслуживает уважения.
    
Глава двадцать девятая
Сон пришёл ещё нескоро, но едва я провалилась в сладкое тепло, земля вздрогнула.
Я тут же села, чувствуя, как ускоряется сердцебиение и учащается дыхание, а земля дрогнула повторно!
И вдруг — рёв! Далёкий, но оглушающий, заставивший дрожать уже не только землю, но и дома, и вообще всё, что находилось поблизости.
Я кубарем скатилась на пол, тут же вскочила, едва не упала из-за запутавшегося в ногах одеяла, но успешно избавилась от него и вихрем слетела на первый этаж, чтобы с жадностью прильнуть к окну.
Разрезая темноту ночи лучами яркого рыже-красного света, изнутри подсвечивая лес и деревья, в небеса тяжело и величественно поднималось огненное облако… В том, что облако было драконом, лично у меня не было ни малейшего сомнения, и когда среди всполохов отчётливо показались два громадных крыла, я улыбнулась, не скрывая ни облегчения, ни радости.
— Всевышний, что происходит? — Из спальни высунулась растрёпанная голова Василисы, глаза которой сейчас были круглыми от страха и непонимания. — Мы умираем, да?
— Нет, — я с улыбкой обернулась, — мы будем жить долго и счастливо.
— Вот гадство, — почему-то опечалилась девушка, вышла из комнаты уже полностью и пошаркала ко мне, чтобы подвинуть бедром и тоже носом к окну прилипнуть, во все глаза глядя на дракона.
Самого настоящего, наконец освобождённого дракона, который, сделав торжественный круг над Равноградом, зачем-то вновь опускался в лес, которые из-за него и так уже прилично пострадал, а, значит, хуже ему уже не будет.
Полагаю, теперь его и Адриана ждёт долгий разговор как минимум между собой, как максимум с королём и тем менталистом… надеюсь, его успеют задержать и вину сумеют доказать, иначе неизвестно, что ещё натворит этот гад бессовестный.
 
* * *
Утром… хотя формально был уже почти полдень, раздался громкий и почему-то торжественный стук в дверь.
Я не отреагировала, решив, что кто-нибудь другой пойдёт и откроет, но когда стук повторился ещё дважды, а в доме продолжила царить тишина, стало очевидно: я тут одна.
Вот блин.
Но дальше интереснее.
— Не-е-ервочка, — взялся петь некромант на улице, причём громко, очень довольно и никого не смущаясь.
Блин ещё раз.
— Я вижу, что ты в доме, булочка моя! — Продолжил маг недобитый.
Интересно, как именно он это видит?!
И вот последняя мысль заставила медленно сесть и обвести комнату пристальным взглядом.
— Нее-е-ерва! — Надрывался донельзя счастливый некромант внизу. — Выходи же, радость моя!
Я и в самом деле на ноги поднялась и медленно пошла… вглубь чердака. Ухватилась обеими руками за стул с какой-то тёмной тряпкой на спинке, оттащила в сторону и со смесью негодования и торжественности от того, что права оказалась, сверху вниз воззрилась на умертвие.
Умертвие! Очередное! И где — прямо в моей спальне!
— Хы-ы! — Оскалилась мерзость мёртвая.
— Хы-ы, — передразнила я зло, не удержалась просто и велела: — Вставай и утопывай отсюда.
Но зомбак и не шевельнулся.
— Ы-ы, — затянул жалобно.
Но бытовой маг была непреклонна.
— И ы, и мы, и ыгы тоже, — да, настроение с утра не самое радужное, — утопывай, кому говорят?
Скелетон даже не смутился.
А в следующую секунду вдруг ухмыльнулся, что выглядело странно, у него же одни кости, и уже совсем другим, но совершенно знакомым голосом нагло сказал:
— Оставь умертвие в покое, булочка моя, и спускайся. Мы тебя очень ждём.
— Да щас, — это я сначала психанула, а потом уже подумала, что следует у Адриана много о чём спросить и узнать, и лучше бы правда встретиться, пока он не передумал, и тысячей вопросов его засыпать.
Что сейчас с драконом? А с менталистом? Кто пришёл проверять контур и кто его разрушил? Как вообще дракон мог позволить всему этому с собой случиться?
Вздохнула, сдаваясь, и попросила уже спокойнее:
— Пять минут, я умоюсь.
— Жду, — просияло зомби.
И всё же гад бесстыжий.
    
Глава тридцатая
Во дворе Васькиного дома оказалось страшно… очень.
Едва я толкнула дверь и шагнула на порог, увлечённая креплением резинки на кончик косы, как со всех сторон ка-а-ак громыхнёт! Звук слабо поддавался пониманию, но ошарашил и испугал — факт!
Присела к земле я как-то невольно, втянув голову в плечи и ошалело глядя на самое настоящее безобразие — зомби! Десяток довольных, вычищенных до блеска костей, вооружённых музыкальными инструментами мертвецов! И вот они играли! Собственно, их музыкальный шум меня и испугал.
А перед ними, прямо напротив меня, стоял главный гад Равнограда. Мэр!
В одной руке отчего-то безумно довольного, даже счастливого некроманта покоился… ну, в теории, букет, по факту это чудо напоминало целый куст нежно сиреневых роз, который я при всём желании даже двумя руками не обхвачу.
В другой ладони маг удерживал небольшую золотую коробочку…
Дальше хуже.
Адриан сделал два уверенных шага вперёд, с сияющей улыбкой опустился на колено и торжественно возвестил:
— Гвеневра, булочка моя ягодная, умница моя, радость моя, выходи за меня замуж!
Шок. Вот просто шок.
В шоке же я медленно на ноги поднялась, уже сверху во все глаза на некроманта глядя, затем всё ещё в шоке столь же медленно шагнула обратно в дом и, не отрывая взгляда от его удивлённо вытянувшегося лица, дверь закрыла.
От греха, то есть, от мага подальше.
У меня просто не было слов. Ни слов, ни мыслей разумных, а вот эмоций оказалось столько, что они все перемешались в один неясный ком, так что опознать какую-то конкретную я не могла.
Меня ещё вот так никто и никогда замуж не звал. Говоря откровенно, меня вообще замуж не звали, но я уверена: всё должно быть совсем иначе. Вообще иначе. Мертвецы не должны организовывать самый ужасный в мир концерт, а мужчина, которого ты всего пару дней знаешь, просто не может придти к тебе утром и предложить стать его женой. Просто не может.