Бегущая во сне

— Может, я и застряла здесь, но ты не заставишь меня быть твоей… кхе-кхе… гостьей! Я лучше сдохну тут, чем буду развлекать тебя в твоем гребаном дворце!
Алис улыбнулся краешками губ, не ожидав такой бурной реакции. Дерзкие речи ничтожной девицы не вызывали у него ничего, кроме жалости и смеха. Он проигнорировал ее вспышку гнева.
— Какая грозная… У-ух… Дай, посмотрю рану. У тебя кровь, — холодно сказал он, пододвинулся к ней и протянул руку к повязке, но Таша резко отпрянула от него.
— Иди ты к черту! Не прикасайся ко мне! — со злостью выкрикнула она.
Алистер скорчил ироничную гримасу и театрально цокнул языком, ухмыльнувшись.
— Ну, как знаешь… Мне надоело тут сидеть. А ты рано или поздно все равно окажешься в моем дворце. Я бы мог помочь тебе, но браслет я не сниму. Мне не до твоих фокусов с огненными шарами, да и надоела ты мне. Добро пожаловать в Феерию!
Алис растворился в воздухе, оставив раненую Ташу одну на холодном полу домика-раковины посреди глубокого озера, из которого она сейчас не смогла бы даже выплыть без силы намерения. Порыдав еще немного, она встала и осмотрелась. Снять браслет было невозможно, а значит, и все свои хотелки придется позабыть. К счастью, в домике Инессы было все необходимое для жизни, кроме еды. Порывшись в шкафах, девушка нашла спички и развела огонь в камине. Комната стала наполняться теплом, что было очень кстати для продрогшего тела.
«Уже лучше, — подумала она и кое-как стащила с себя мокрые вещи. Футболку пришлось просто разорвать. — Ну, и сволочь же ты, Инесса! Как ты могла бросить меня? А сама сбежала… И что же случилось там с моим телом? Может, я впала в летаргический сон и меня не могут пробудить? Бедная мама и Ева… Как они там?» — клубок из мыслей роился в голове, очередная волна переживаний отозвалась резкой тошнотой. Таша поняла, что давно ничего не ела.
Порывшись еще немного в ящиках, она не нашла никакой одежды, но обнаружила комплект постельного белья. Оторвав кусок простыни, Таша попыталась перевязать кровоточащую рану.
«Сколько, интересно, времени я уже здесь? Дня два? Или больше… Как же я хочу домой. Ни за что не подумала бы, что захочу вернуться в свою тоскливую жизнь».
Рука безумно болела. Место ожога даже после вмешательства Алистера с намерением исцелить ее все равно выглядело жутко после сумасшедшего побега и резких размахиваний рукой под водой. Рана снова закровила. Каждое движение давалось Таше с трудом. Сцепив зубы от боли, она перевязала больную руку. Завернув в остаток простыни свое измученное обнаженное тело, она умостилась на мягком коврике у камина и пыталась согреться. Тепло от мерно потрескивающего очага и пережитый стресс сделали свое дело. Девушка, свернувшись калачиком, уснула.
 
27. Новая жизнь
Едва разлепив веки, девушка расплылась в довольной улыбке. Губы растянулись в предчувствии чего-то нового и долгожданного. Душа ликовала и пела, хотелось срочно куда-то бежать. Тело давно залежалось, возникло резкое желание стряхнуть с себя остатки дремы и вскочить!
Она приподнялась на кровати и села, принявшись разглядывать свои руки, ощупывать лицо, шею, грудь, гладить себя по бедрам. Какое-то странное чувство пронзило мозг, но эйфория не давала понять, что это.
Девушка захотела встать с постели, подалась всем корпусом вперед, но ноги почему-то не повиновались мозговому импульсу, и она кубарем слетела с кровати, больно ударившись плечом о прикроватную тумбочку.
«Что за чертовщина! Я не чувствую ног!» — пронеслось в мозгу. Из коридора послышалось динамичное шлепанье тапочек. В комнату ворвалась женщина, уже накрашенная, несмотря на такую рань, в розовом халатике с перепуганным выражением лица и поспешила на помощь.
— Доченька, что случилось? Ты что, упала? — она подбежала к дочке, лежавшей в искривленной позе на полу, которая отчаянно пыталась встать, но все никак не могла совладать со своим телом.
— Не пойму, что такое! Залежалась что ли… — прошипела та, барахтаясь на полу. Вера помогла дочери сесть, облокотив ее спиной к кровати.
— Сейчас, погоди. Тебе стул придвинуть или лучше коляску?
— Коляску? — в глазах девушки читалась растерянность и полное непонимание. Вера кивком головы указала в угол комнаты, где возле шкафа стояло инвалидное кресло.
В глазах потемнело, сердце отчаянно забилось, а в голове стало проясняться.
«Эта идиотка не говорила, что она инвалид… Твою ж мать! Вот я кретинка! И что теперь будешь делать, дорогая Инесса?» — подумала растерянно она и захлопала глазами.
Вера, не дождавшись ответа, подкатила громоздкий агрегат и помогла дочке усадить свое наполовину обездвиженное тело в него.
— С тобой все в порядке? Может, позвонить доктору? Вдруг это ухудшение? У тебя словно нарушилась координация.
— Нет, нет… Все в порядке, … мама, — еле выдавила из себя ошеломленная Инесса. — Просто приснился страшный сон, вот я и свалилась с кровати… Уже все хорошо.
— Ладно. Тогда одевайся, я накрою на стол. Ева сегодня приедет на завтрак и заодно отвезет тебя в бассейн.
— В бассейн?
— Ну да. Сегодня вторник, в десять тренировка. Ты забыла?
— Да, что-то память отшибло…
— Так, ну все. Я звоню Эдгару Николаевичу. Нужно ехать на обследование…
— Нет! Не нужно! Шучу я! Просто запуталась в днях. Со мной правда все хорошо, … мамочка!
«Хоть бы не грубить ей и постараться сдерживать мою специфическую манеру общения», — подумала Инесса и старательно надела на лицо самую доброжелательную и милую улыбку, которую только могла.
— Ну ладно… Жду тебя на кухне.
Вера даже сморщилась от неожиданности. Она не удивилась бы какому-то грубому ответу типа «Отвяжись! Себе вызови доктора», но никак не ожидала услышать вежливый спокойный ответ в сочетании с «мамочка», еще и с улыбкой в придачу.
«Видимо, ссора пошла нам на пользу! Она наконец-то перестала относиться вражески к моей заботе!» — с ликованием подумала Вера и отправилась на кухню.
Инесса начала судорожно разбираться с креслом, нажимая по очереди на все кнопки и рычаги. Ей нужно было срочно освоиться не только в новом теле, но и в инвалидном кресле. А этого она уж точно не ожидала.
«Похоже, мой план «Новая жизнь» откладывается… — думала она. — Нужно срочно узнать как можно больше о жизни этой стервы Таши. Это же надо было ни разу не обмолвиться, что она не ходит! Вот зараза! Столько чуши несла о себе, и ни разу! Ни разу не сказала действительно важное!»
Инесса поняла, как управлять креслом, и тут же стала осматриваться. Она ездила по комнате, то и дело что-то зацепляя и сбивая, застревала при поворотах. Первое, что она изучила, это Ташин смартфон, лежавший на тумбочке. К счастью, блокировка снималась отпечатком пальца.
Лента новостей помогла понять, в каком времени ей предстоит жить и где она находится. Таша рассказывала о своей жизни достаточно много, называла город, в котором жила. У Инессы была возможность подготовиться заранее, но все-таки. Ее настоящей родиной была столица, а не провинциальный промышленный мегаполис. Поняв, что попала туда, куда и планировала, и что Таша ее в остальном не обманула, она приступила к исследованию своей новой персоналити.