Бегущая во сне
Из размышлений Ташу вырвало касание чьей-то руки к плечу. Она вздрогнула и оглянулась. Это был Алис.
— Можно присесть рядом?
Таша безразлично хмыкнула и пожала плечами, словно ей было все равно. Мастер сел рядом, закинув голень на колено другой ноги и раскинув руки по спинке лавочки. Ташу пробила дрожь от его присутствия и захотелось немного отсесть, но она и так сидела на краю.
— Тебе идет это платье.
Таша кивнула, но ничего не ответила. Внутренняя скованность в его присутствии не давала расслабиться. Шелк облегал тело, но под взглядом Алиса, казалось, исчезал. Она сидела, словно голая. Слегка поежившись, Таша инстинктивно сложила руки на груди и закинула ногу на ногу, приняв закрытую позу.
— Как плечо? Быстро зажило? — поинтересовался он, пытаясь рассмотреть ее правую руку, сидя слева.
— Могло бы зажить и быстрее…
— Я предлагал тебе свое гостеприимство, но ты отказалась!
Таша с опаской посмотрела на него. Она до сих пор ждала какого-то подвоха и поползновений в свою сторону, но пока мужчина не позволял себе лишнего в отношении нее.
— Я не знала, чего ждать от человека, который заковал меня в браслет с блокиратором.
— И спас твою жизнь. Дважды. Не так ли? Это ты вторглась на мою территорию. Ты не разобралась в ситуации. Ты полезла в тюрьму… Так кто же виноват в твоих бедах?
— А вы с Ярой как будто сговорились… Ты еще скажи, что Инесса тут не при чем.
— Ха, Инесса скорее всего уже на каком-то острове попивает коктейльчик, нежась в твоем красивом теле на пляже под пальмой.
Таша чувствовала, как в ней закипает возмущение и негодование, но понимала, что он мог быть прав.
— Как ты с ней познакомился? Что она за человек?
Алис вынул из кармана золотой портсигар и достал из него сигарету. Голубой дымок потянулся тоненькой струйкой в небо. Алис выпустил пару дымных колечек, которые плавно рассеивались в воздухе, мешаясь с ароматами цветущего сада.
— Знаешь, в двадцать первом веке эта привычка уже не в моде… — сморщившись, сказала Таша с укором. Алис никак не отреагировал и молча продолжил раскуривать сигарету, выпуская кольца дыма.
— Если бы так легко было отказываться от своих привычек… Инесса была путешественницей, как и все мы здесь.
— Ну хоть в этом не соврала…
— Она увлекалась эзотерикой, мистикой, читала мои трактаты, изучала осознанные сны и нашла Феерию. В Инессе было что-то особенное, притягательное… Мы много беседовали, когда она была здесь, гуляли вместе по саду. Она была не совсем обычной путешественницей. В реальной жизни ее тело было погружено в кому, поэтому она блуждала по осознанным снам почти непрерывно.
— Ты заставлял ее...? Ну… Стать твоей женой?
— Заставлял? — удивился Алис. — Так, значит, вот, что она сказала…
Алис достал новую сигарету из портсигара и прикурил, выпуская новую порцию едкого ментолового дыма. Он запрокинул голову на спинку лавки и всматривался в бирюзовую небесную даль. В его глазах мелькнул нехороший огонек, а скулы нервно подрагивали.
— Так она солгала?..
— Это долгая история. И не для твоих ушей. Мы хотели пожениться и править вместе. Я так думал, по крайней мере… Но перед свадьбой она подговорила Леонарда, моего ближайшего советника и ученика, устроить переворот. А ведь я доверял им обоим…
— Неужели ты ничего не заподозрил?
— Конечно, заподозрил. Иначе в тюрьме сидел бы я, а не он. Но я до последнего надеялся, что она одумается, не станет этого делать, и все будет по-прежнему. Мы будем счастливы вместе…
— А она не одумалась…
— Нет. Не одумалась.
— Но почему она так сделала?
— Хотела править одна моей страной. Моей! Одна… Хотела превратить Феерию в скучный мегаполис, похожий на тот, что она утратила в своем мире. Хотела жить привычной ей жизнью, но в свое удовольствие. А Феерия казалась ей провинцией… Скучной, захудалой…
— Почему она тогда другой мир не выбрала, похожий на ее реальность?
— Потому что только в Феерии можно за пару минут вызвать осадки из шоколадок…
Таша еле сдержала улыбку. Тот шоколадно-золотой ливень сделал ее местной знаменитостью…
— Она не смогла присвоить себе твой мир, зато ухитрилась присвоить мою жизнь. Ох… — девушка тяжело вздохнула.
Они просидели так еще долго, любуясь видами Феерии. Каждый думал о своем. Оба знали, что такое предательство, и оба любили свои миры. Таша только сейчас поняла это. Что она любит свою жизнь! Свое тело, хоть и обездвиженное, свою мать со всеми ее недостатками, свой город… Сейчас ей было даже неловко вспоминать, как она пыталась свести счеты с жизнью, как отчаянно воевала с матерью за пустые и дутые ценности, за нелепую надуманную свободу, которую никто у нее на самом деле не отбирал. Ей было стыдно за себя. За ту Ташу, которая осталась в прошлом. Может, она не заслуживает всего того, что имела и не ценила? В любом случае, Инесса заслуживала все это еще меньше…
Алис встал и собрался уходить. Без лишних слов он просто направился во дворец, оставив свою гостью в одиночестве.
— Знаешь… — окликнула его девушка. Алис обернулся. — Феерия красивая…
Он кивнул и улыбнулся краешком губ. А затем ушел.
***
Таша готовилась к собранию. Ей хотелось еще понежиться в горячей ванне, но пора было идти. В комнате на кровати ее ждал новый наряд — на этот раз вечернее платье в пол. Оно тоже было винтажным, но просто невероятно красивым. Черная люрексовая ткань блестела и переливалась при движении. Высокий разрез почти до самого бедра открывал ее умопомрачительную ножку. Корсет с большими чашечками приподнимал грудь и делал ее визуально пышнее. Таша выставила левую ногу вперед, слегка согнув в колене, поставила правую руку на бок и любовалась своим отражением в огромном зеркале. Она распустила собранные в хвост каштановые волосы, и они легкой волной легли на плечи. Непослушный завиток упал на лицо, придав ее образу легкую кокетливую небрежность.
«Вычурно для собрания… Но я ни за что не сниму это платье! Вкус у Алиса неплохой… Надо отдать ему должное».
Мысли Таши прервал короткий стук в дверь.
— Входи! — крикнула она, ожидая, что это Алистер. Но в комнату вошел не он.
— Собрание состоится через полчаса в тронном зале на втором этаже. Мне велено сопроводить вас, — стальным голосом сообщила Фелиция, обращаясь к девушке «на вы», хотя в тюрьме ее тон был не таким учтивым. На помощнице Алиса тоже было длинное вечернее платье темно-синего цвета, расшитое бисером. Руки, грудь и шея были полностью закрыты плотным атласом. На руках были черные атласные перчатки. Выглядела она консервативно, но с шиком. Таша даже опешила немного. В таком платье приземистая и не очень красивая Фелиция выглядела выше и стройнее. Женщина смотрела холодным взглядом сквозь Ташу. Ее тонкие губы были плотно сжаты. Каждый нерв на лице был напряжен. В воздухе повисло неловкое молчание, пока Таша, наконец, не пришла в себя.