Она его слабость
- Да? И к какому же? - осторожно спрашиваю, гадая, к чему она ведет.
- Я практически уверена в том, что твой больничный так или иначе связан с Соколовским! - осторожно начинает она свои объяснения. Я резко поднимаю голову, когда она упоминает о Марке. А затем опускаю глаза вниз в молчаливом согласии. Понимая, что ее предположения верны, она продолжает - Понимаешь, по какой-то причине Марку Алексеевичу было очень важно знать, в каком ты состоянии после моего первого визита к тебе. Он ждал меня в вестибюле агентства, изнывая от нетерпения знать, что с тобой. Даже не дождался моего письменного отчета. Не знаю, надо ли было говорить именно так, как я сказала. Но я сказала ему правду - что тебе очень плохо. У меня сердце сжалось от жалости, когда увидела, какая мука отразилась на его лице. Я его в таком состоянии еще не видела. И не думаю, что вообще кто-то видел его таким. Когда я ему говорила о тебе, Соколовский в какой-то момент отвернулся от меня, сжав кулаки. Как будто не желая, чтобы я увидела его эмоции. А когда вновь повернулся ко мне, в его глаза было раскаяние и боль.
Я слушаю Наталью и чувствую, как во мне постепенно начинается пробуждаться раздражение. Она говорит так, как будто это он жертва, а не я. Это он унизил и растоптал мою женскую честь. Почему она сейчас говорит так, как будто он не сделал ничего плохого? Но я быстро беру себя в руки, напоминая о том, что Наташа действительно ничего не знает о случившемся.
- Тебе бы в адвокаты Соколовскому! - все же не удерживаюсь от язвительного замечания - Ты пришла, чтобы рассказать, какой он хороший?
Подруга тяжело вздыхает, но не подает вида, что мои слова ее задели.
- Не нужно так, Каролина! - мягко говорит Наталья - Просто я вижу, что вам обоим очень плохо. У меня есть основания считать, что то, что происходит с тобой и то, что происходит с Марком Алексеевичем взаимосвязано. Он ведет себя не так, как обычно. Проявляет повышенный интерес к твоей персоне, что тоже для него не типично. Ведь Соколовский очень скрытен. Он всегда держит свои чувства и эмоции под контролем.
Я хмурюсь. Не понимаю, зачем Наталья затеяла этот бессмысленный разговор. Меня рассказами о раскаивающемся Соколовском не разжалобить.
- Скажи, ты все эти дни приходила потому, что тебя об этом просил Соколовский? - спрашиваю я, не зная, что больше хочу услышать в ответ: то, что она приходила по собственному желанию, или то, что Марк просил ее это делать.
- Нет, не поэтому! - качает головой Наталья - Я сама так хотела! Но что интересно, спустя примерно десять минут после каждого моего визита к тебе, он звонил мне и неизменно интересовался тобой. Как будто точно знал, когда и во сколько я была у тебя. Мне кажется, его люди за тобой следят.
Наташины слова заставляют меня задаться вопросом, зачем Марк так упорно желает знать о моем состоянии. В то же время моя гордость не позволяла, чтобы он знал, что я лежу дома разбитая и раздавленная. А еще это предположение о слежке. Если это так, то чем он руководствуется, отправляя людей за мной следить? Беспокойством обо мне, или о том, чтобы я не вздумала отправиться в полицию?
- Надеюсь ты сказала ему, что у меня все в порядке! - говорю я - Я бы не хотела, чтобы он думал иначе! - упрямо вздергиваю подбородок вверх. Гордость! Куда без нее?
Наталья усмехается, глядя на меня.
- Ну вот, в твоих глазах появился блеск! - замечает Наталья. А затем, вернув серьезное выражение лица, продолжает - Я сказала, что тебе уже лучше. Но говоря это, я имела в виду твое физическое состояние. О душевном ничего не упоминала, так как уверена, что он имеет какое-то отношение к тому, что тебе плохо.
- Спасибо! Ему действительно не нужно знать, насколько мне плохо! - киваю я, преисполненная благодарности Наташе.
- Ты уверена? - переспрашивает она. В ответ я лишь пожимаю плечами и отворачиваюсь в сторону, не особо желая продолжать разговор на эту тему.
Но Наталья проявляет поразительное упорство в своем желании разговорить меня сегодня.
- Послушай, я ведь давно заметила, как Соколовский на тебя смотрит! - вдруг заявляет она - Ты ему очень нравишься!
- Да, как и сотни других женщин! - скептически приподнимаю брови - Он бабник, и как таковой испытывает симпатию к каждой второй мимо проходящей юбке .
- Хм! Правильнее сказать к каждой пятой очень красивой мимо проходящей юбке! - усмехается подруга и в ее глазах появляются веселые огоньки. Затем она подвигается ко мне и обнимает за плечи - Я ведь желаю тебе добра, Каролина. Надеюсь, ты это понимаешь! Я этот разговор завела не ради праздного любопытства, но чтобы помочь тебе хоть немного. Я вижу, что ты страдаешь, что тебя что-то гложет. Я заметила, как при каждом упоминании имени Соколовского ты вздрагиваешь и становишься похожей на затравленного зверька. Я считаю тебя своей подругой и хочу, чтобы ты тоже меня ею считала! И доверяла мне! Знай, что я всегда буду на твоей стороне! Чтобы не случилось!
Я очень тронута словами Наташи. В знак признательности, кладу голову на ее плечо. А она склоняет свою на меня. Несколько минут вот так и сидим на скамье в парке. Мне так хочется верить в то, что Марку после содеянного также плохо, как и мне. Мне хочется знать, что его раскаяние связано не с беспокойством о собственной персоне, вздумай я заявить на него, а с тем, что хоть чуть-чуть, но что-то для него значу.
Сердце хочет верить в лучшее, но мой разум упорно спускает с небес на землю, не позволяя верить в человечность Марка. Наверное я слабохарактерная дура! Еще немного и начну жалеть собственного насильника!
- Почему ты решила, что Марк как-то по-особому на меня смотрит? - этот вопрос звучит неожиданно даже для меня.
Наташа как будто ждала от меня этих слов.
- Я видела, какое впечатление ты на него произвела еще во время вашей первой встречи! Ну тогда, когда он застыл в дверях, увидав тебя! Замер, как вкопанный! - смеется Наталья и продолжает говорить дальше - Меня тогда это очень позабавило! Впрочем, ничего удивительного! Ты такая красотка! И то, что Соколовский тобой непременно заинтересуется было лишь вопросом времени! Он просто не мог бы пройти мимо такой, как ты. У него всегда были самые красивые девушки! Мне, как женщине непросто это признать - тут Наташа шутливо тычет кулаком мне в бок - Но ты превосходишь самых лучших из них. И к тому же…Не знаю, стоит ли тебе об этом говорить сейчас, когда тебе не очень…
Наташа останавливается, не решаясь продолжить. Но мое любопытство уже было задето:
- Сказала «А», говори и «Б»! - говорю с нажимом.
Подруга несколько секунд мнется. Но затем, под давлением моего сердито-настойчивого взгляда, все же продолжает.
- В агентстве, как ты знаешь, работает немало мужчин. Многим из них ты понравилась. Взять того же Дениса. Все знают, что он по тебе сохнет. И вот кто-то из этих мужчин возьми, да взболтни, что такая как ты - не их уровень. Женщины с подобной внешностью достаются только богатым и успешным. А если они к тому же обладают такой мужественной красотой, как у Марка Алексеевича, у простых парней практически нет никаких шансов заполучить настолько красивую женщину. Все эти рассуждения услышали кое-кто из наших сотрудниц. Забавы ради они, предложили поспорить на то, что такая красавица как ты с легкостью влюбишь в себя Соколовского. Сказано было в шутку, но в итоге это вылилось в самый настоящий спор со ставками.