Когда я вгляделся в твои черты (СИ)

Дементьеву больше не было ни стыдно, ни совестно. Ему сделалось весело. И внутрь растопленной лавой вливалась жажда. Он наконец-то снова был живым, он чувствовал страсть. Он держал эту красивую девочку в своём кулаке.
— Я спросил, потому что никогда ничем не обладал наполовину. И ты должна быть достаточно запятнанной, чтобы принести в жертву самое дорогое. ― Он сжал её в дьявольских объятиях, не отрывая взгляда. ― Ты пожертвуешь своим бесценным диким мальчишкой. Ты больше не будешь с ним дружить, ты больше не сможешь его любить. Это моё условие — моя цена. Я хочу, чтобы ты уяснила раз и навсегда: я не хороший, я подонок. Я дам тебе всё. И заберу — всё.
Несколько мгновений Микаса не могла пошевелиться, не могла осознать произнесённое им ― безжалостно впечатанное в её неказистые мечты.
― Нельзя дружить с ним? ― жалобно и тихо переспросила она.
― В конце октября я уезжаю до весны в Петербург. У тебя будет хорошая возможность проверить серьёзность своих намерений. Будешь умницей ― по возвращении я куплю твоей семье дом. Или квартиру, как пожелаешь, в общем. Если схитришь или обманешь, поверь, я узнаю. Но если будешь моей без остатка, получишь всё. ― Дементьев снял Микасу с колен и поднялся, поправляя воротничок поло. ― Как только окончишь школу, мы сыграем свадьбу и тогда же начнём интимную жизнь, если ты не против. Тебе как раз уже исполнится восемнадцать, так что все приличия будут соблюдены. Ну, так что, по рукам, глупышка?
Она брела обратно в сумерках. Ноги подкашивались, ей было тошно и страшно. «Отчего я так переживаю? Ведь наша с Эреном детская страсть ничего не значит. Зато к Вадиму Александровичу у меня действительно глубокое чувство, любовь, которая может ждать… ― Микаса подняла голову и посмотрела на высокое небо, занесённое свинцовыми тучами. ― Но ведь сейчас я влюблена в Эрена!.. Неужели влюблена? Слишком громкое слово. Нет, это всё пройдёт. Сама убью, если потребуется. Я пожертвую им без остатка: и душевной давней дружбой, и всеми ночами, которые мы собирались провести вместе… Но неужели нельзя побыть с ним ещё хоть немножко? Всего капельку, пока не выйду замуж… Нет, это просто омерзительно! Откуда в моих мыслях такая грязь? Бросить Эрена наполовину будет самой гнусной подлостью. Вырывай с корнем, раз уж всё решила».
Поднявшись по ступеням на веранду, она увидела Эрена, сидящего на пороге, у открытой двери. Устало поднявшись, он обратил к ней сухие воспалённые глаза и ласково взял за руку.
― Где ты была?
― Ты ведь и так знаешь. ― Она деликатно высвободила свою руку и вжалась спиной в дверной проём.
― Микаса, посмотри на меня. Пожалуйста, посмотри…
Комментарий к 11. Озеро Разбитых надежд
Пост к главе: https://vk.com/wall-24123540_3995 (за эстет спасибо дорогой бете😘)
Эстетика с Жаном и Пик к главе: https://vk.com/wall-24123540_3991
Эстетика с Жаном и Пик от Alexsin: https://vk.com/wall-24123540_4028
Группа автора: https://vk.com/public24123540
========== 12. Поступь памяти ==========
― Ты была в его доме? Хотела поговорить с ним? О том, о чём не можешь поговорить со мной? — продолжал в отчаянии спрашивать Эрен.
Микаса не поднимала головы, как виноватая младшеклассница, и изящно склонилась подбородком к плечу. Её спонтанное очарование отчего-то показалось Эрену порочным и коварным ― его переполнил гнев.
― Да скажи уже что-нибудь! ― Он схватил её за плечи и отрезвляюще тряхнул.
Она неохотно подчинилась, обратив к нему упрямый и в то же время извиняющийся взгляд.
― Да, я говорила с ним. И многое для себя решила.
― Ты. Совсем уже. С катушек слетела? ― отчеканил Эрен, пытаясь не сорваться.
― Пусти меня, ― тихо вымолвила Микаса, испугавшись того, как исказилось злостью его лицо.
Он глубоко вдохнул и отстранился, вжавшись в противоположную часть дверного проёма. Меньше всего ему хотелось кричать на неё и бросаться преждевременными обвинениями. Эрен поглядел сквозь задремавшие поля в сторону пологого холма ― туда, где с воплем дрожал над пропастью его едва зародившийся рай.
 
― Я хочу быть с ним. ― Не говорила ― разрубала в полёте клинками. Начисто. Насмерть. Как одни лишь Аккерманы умеют. ― Я давно хочу быть с ним. И сегодня он сказал, что исполнит это желание. Сказал, что даст мне всё. Разве я могла отказаться от того, чего хотела всю свою убогую жизнь?
Эрен просидел у клятой двери два часа и не собирался обманывать себя: он прокручивал в голове и этот сценарий ― самый невозможный из всех. Его Микаса и этот непонятный тёмный человек? В каждом их прикосновении ему с детства чудилось нечто противоестественное. Нечто похожее на крушение, на гибель. «И я сдаюсь под твоими чарами…» ― пел в памяти Эрена надломленный голос Дементьева, избежавшего смерти милостью обворожительной девчушки.
― Но ведь ты сказала… мы ведь собирались… Да что ты вообще о нём знаешь? Он поломанный взрослый мужик, который старше тебя вдвое. ― Эрен сам не верил в то, что ещё не потерял самообладание и обращался к её рассудку. ― Скажи, чего он обещал тебе такого, чего не могу дать я? Денег? Забрать тебя из дома?
― Да. Обещал. Всё это. Но дело не только в его деньгах.
― Хочешь сказать, что любишь его? ― Эрен нервически усмехнулся, и от выступившей на глазах влаги его радужки окрасились в яркий изумруд. ― Тебе самой не смешно?
― Хочешь рассказать мне о моих же чувствах? ― ядовито передразнила его Микаса.
― Хочу тебя понять. Я знаю, что ты не любишь меня. Что я не герой твоих мечтаний. Но также знаю, что все эти годы ты оживала, когда мы проводили вместе время. Я, типа, гордился этим, понимаешь? У меня ни талантов, ни каких-либо выдающихся способностей, но я гордился тем, что мог делать тебя хоть чуточку счастливей. Ты ведь всегда приходила ко мне с чем угодно. И сейчас можешь. Потому что я по-прежнему твой лучший друг! Пускай я ещё грёбаный школьник, у которого за душой ни гроша, но, если тебе так нужны ёбаные деньги, я заработаю их для тебя! Да я что угодно сделаю, слышишь?!
«Ну почему ты вечно такой? Упорствуешь без конца, никого не слушаешь. Господи, зачем я тебе нужна? Во мне столько мерзости, что ты просто не сумеешь её переварить! Кто-то столь чистый душой не может быть с такой развращённой тварью, как я. Поверь, я окажу тебе услугу, избавив от такой гнусной эгоистки».
― Я тоже знаю тебя, Эрен. Знаю, что твои крики ― ребяческая бравада. А у меня нет времени ждать тебя. Да и вряд ли мне это нужно. Потому что я хочу быть с ним, а не с тобой.
Микаса с ужасом наблюдала, как потух огонь в его горящих глазах и в чертах залегла знакомая вековая печаль, которую она прежде наблюдала лишь украдкой. Едва пролившиеся слёзы высыхали на загорелых щеках. Эрен похлопал по карманам джинсов и подрагивающими руками достал пачку сигарет с зажигалкой. Как только он наполнил свои лёгкие никотином, Микаса заметила на его лице тень кратковременного удовлетворения.
― Он принуждал тебя? ― Ещё одна попытка снять с неё вину.
― О чём ты вообще? Я пошла в его дом, потому что только он мог дать ответы на мучившие меня вопросы. Я хотела разобраться в чувствах к нему. Хотела удостовериться, что он ― решение всех бед. И я получила то, за чем пришла.
― И наплевала на то, что говорила мне вчера? Наплевала на наши планы быть вместе.
― Я никогда ничего тебе не обещала. Наоборот ― просила не притворяться моим парнем.
― Хорошо, пусть так. Но мы всё равно могли решить твои проблемы, не появись этот долбанный Дементьев. Потому что, как только ты намекнула, что перевезёшь ко мне свои вещи, я почувствовал ответственность за всё, что происходит. Твою мать, да как ты это ни обзови, мы собирались строить отношения! ― Его голос охрип. Над Эреном повисли усталость и бессилие. Он видел в Микасе борьбу, но не мог пробиться сквозь её упрямство.
― Ничего бы мы не решили. Просто отсрочили бы неизбежное. После возвращения домой отчаяние всё равно привело бы меня к нему.
― Отчаяние привело… Отчаяние заводит людей в темноту и пустоту. А он ― воплощение и того, и другого.