Дьявол и Город Крови 4: всей нечисти Нечисть

«Они маску увидели!» – догадался Его Величество и покраснел. С такими дипломатия, пожалуй, уже и не наука…
Что?!?
Его Величество вздрогнул – проклятая сняла маску?!?
Продолжая улыбаться, он похолодел. Быть голым на виду у вампиров – равносильно самоубийству. И побледнел, наверное, впервые осознав, что проклятая точно так же держала его в руках, как он ее, насылая заклятия. Заклятия он никак не чувствовал, не ощущал. Обычно проклятые так же не чувствовали Зова и клятвы вампиров, но последнее уже вызывало сомнение.
– Наследница богатая знатной плеточкой охаживает, – хохотнул кряжистый, толкнув водяного в бок, – чтобы, не дай Бог, подол нашей Манюшки не выпустил… Бедному без богатого не достать Благодетеля! – оба покатились со смеху. – Жучками с нами решил обменяться… – он махнул сучковатой рукой, утирая корявым пальцем уголки глаз, будто смеялся до слез. – Выбирай, какие тебе больше по нраву? У нас есть и с тылу, и спереди, и с боков, и исподнизу, и на навоз, и на мертвечину, и те, что по коре и под корой… Убежать не хочешь? – несколько озадаченно спросил кряжистый, отступая в сторону и освобождая дорогу к опушке. – Тучи надвигаются, с минуты на минуту ждем…
– Я?! – Его Величество подавился слюной.
Он и убежал бы, но решил, что дать им урок стоило. Сознаться, провалиться сквозь землю хотелось. Обычные вампирские штучки на них не действовали. Оба господинчика дали понять, что не собирались выслушивать повести о нем от него самого – знали, или делали вид, что знают. Неудивительно, что чудовище здесь прижилось – одного поля ягоды.
Поди, и проклятие снимать учили…
Его Величество снова похолодел, нащупав в кармане жучки – тут же отбросил мысль сунуть их куда-нибудь.
Неужели его догадки верны и вампирами правит тот старик и проклятая?
С сожалением бросил взгляд в сторону изб – все же, жены имущество. Избы, не обращая на него внимания, продолжали распахивать поле. Получалось у них ловко.
– Ну что ж, ваша воля, хозяин барин. – сказал он с сожалением. – Тут у вас все падает и гниет, а вы чуток пожалели?! Для людей?! Для человека?! Ведь не для себя! Для меня ваша продукция, знаете ли, отрава! Но человеческому племени не вечно голодными ходить. Я, можно сказать, жизнью рисковал, спускаясь в вашу… в ваши угодья! Мы согласны пойти на мировую и закрепить ее за вашими людьми.
– И те яблочки? – водяной ухмыльнулся, хитро подмигнув и кивнув в сторону дуба не дуба, а не яблони.
Его Величество заметил, как кряжистый торопливо наступил водяному на ногу.
– Бери, – сказал добродушно кряжистый, но доброты в его голосе не прозвучало. – Все бери, что плодоносно. Но к тому дереву, – он указал на дерево посреди поляны, – близко не подходи! Это Мани нашей молодильные яблочки! С вами, с вампирами, без них долго не прожить. Сам понимаешь, бегать нам за тобой неохота и времени нет, чтобы на нежить его тратить. Насобираешь, сложишь туда, – кряжистый указал на расписной широкий и длинный стол, которому позавидовали бы во всяком дворце. – Я проверю! – предупредил он и проворчал недовольно: – Надоели вы с вашей продолжительной жизнью!
Его Величество насторожился: проклятая, похоже, жила тут, как в сказке. Изба есть, огород… Захочешь помереть с голоду, не помрешь. Голая пойдет, никто пальцем не ткнет, и не замерзнет. Пожалуй, так никогда вампиром не станешь! Если у нее молодильные яблоки, она запросто переживет хоть какого вампира…
Он чуть слезу не пустил от досады – здесь ее с такой охраной не достать.
Оставалось выманить…
Если наплетет про любовь, про цветы, про сопли с сахаром – душа все ж – вдруг соблазнится?
– Не дано ни люду, ни вампиру с него есть, – вкрадчиво и с умилением произнес водяной, с любовью бросив взгляд в сторону дерева, в голосе его сквозила гордость.
Кряжистый опять наступил на ногу водяному, и тот виновато замолчал, будто нашкодил. Кряжистый махнул рукой, простонав в его сторону «э-эх!», и пошел прочь, остановившись у дерева и постучав об него, потом обернулся и посмотрел на Его Величество.
– Ай да гость дорогой. Ай да гость! – прищелкнул он языком. – Что Маня, то Маня, да Манина мука. Попотчуем гостя да девушку багряницу!
Дерево зазвенело в ответ, листва его зашумела от ветра, ветви опустились и встряхнулись, и опять поднялись высоко – тянись-тянись, не достанешь, будто кряжистый разговаривал не с ним, а с деревом. Несколько яблок упали и покатились по земле в разные стороны, как золотые солнышки, налитые желтым огнем.
Кряжистый вернулся.
– Не желаешь ли с нами откушать, добрый молодец?
Его Величество пожал плечами. Пожалуй, он бы поел чего-нибудь, времени после завтрака прошло много. А хотя бы тех же пирогов избы…
Но водяной склонился над арбузом, простукивая его.
– Ай да голова! Или поболее? – он посмотрел на Его Величество, раскалывая арбуз на несколько частей. Внутри он оказался сахарно крупянистым, красным, как ягода малина, с черными семечками и тонкой кожурой, будто вызревал на юге.
– Чего задумался? – с улыбкой спросил кряжистый, внезапно подобрев. Арбузный сахарный сок стекал по его деревянным губам.
– Да как же я это все унесу? Не знал, что у вас так… Думал одно, два взять… – растерялся Его Величество, пробуя арбуз. Арбуз был сладкий до самой корочки.
Он осмотрелся. Не так ему были нужны фрукты-овощи, про самое главное он пока ничего не узнал. Второй раз хозяева не дома. И в избу не попал. Несомненно, чудовище здесь была, и возможно, жила. Но не часто. Кто-то снова подвязал на дерево алую ленту, которую он бросил в прошлый раз. Но это мог быть тот же кряжистый или водяной. Но белье-то, белье, развешанное сушиться, она должна была снять! Под навесом все так же трепыхались та же простынь, рубаха в горошек и еще одна рубашка, похожая на короткое платье. Разве это можно носить? А застиранные трусы, зашитые в нескольких местах? Его Величество брезгливо передернулся. Впрочем, разве могло быть иначе с ее-то ограниченным мышлением?! И все же, наверное, глупо было прийти сюда и просить на «показать» сотни видов овощей и фруктов. Тут и десятью повозками не вывезешь каждой штуки по паре.
– Я, вообще-то, на переговоры пришел… – честно признался Его Величество. – Пакт о перемирии заключить, статус определили уже… Объявлена ваша территория заповедником. Ну и… про выставку, тоже, правда… Только я не справлюсь…
– Заповедники у нас – заповедники и есть. В заповеднике за кровушку тебя забили бы уже насмерть, – усмехнулся кряжистый. – А тут у нас житье-бытье… Не забивай себе голову, Царь, мы уж как-нибудь сами себя прославим. А что людям показать, это хорошо… – поощрил он, прищуриваясь. – Нам не жалко.
– А ты попроси помощи, чай, язык не отвалится, – посоветовал водяной. – А мы поможем, мы гордые, но по-своему, по-смешливому…
– Ну, так помогите! – добросердечно попросил Его Величество, сообразив, что, если люди в землю повалят, им будет несложно узнать о каждом шаге врага. Наверное, это был лучший способ открыть землю и распять ее. – Я заплачу! – пообещал он.