Записки начинающего феодала

Правильно, с главным своим торговым партнёром, который будет скупать у него всю свёклу по хорошей цене, расплачиваясь дефицитным зерном, которое этой зимой взлетит в цене. Твёрдой валютой то есть.
Повеселев, я молча доел и пошёл на встречу с купцами из Аквилеи, сказав Прокопию и Ансельмо ожидать — после снова поедем будущий город размечать.
«Сладкий Лунтик» — вертелось на языке.
 
* * *
— Нет, ваше сиятельство, вы не поняли. Мы готовы участвовать в этом. Но нам нужны гарантии, — произнёс первый купец.
— Гарантии чего? — воскликнул я, разведя руками.
— Вы должны нас понять, — продолжил второй. Они назвали имена, но поскольку я этих людей не знал, про себя окрестил их «первый» и «второй». Они же «маленький» и «большой», ибо один был невысокого и щуплого сложения, второй же крепкого, высокий, с небольшим «купеческим» брюшком. Они мне полчаса сейчас рассказывали, что наше дело швах и «так не получится». А главное не получится потому, что Томбо не смог удержать информацию «среди своих», и уже каждая собака в наших краях в курсе готовящейся акции под названием «Зерновой Консорциум Юга».
Аквилейцы фишку просекли и собираются сами провернуть такое, используя меня как «стрелочника» — вот в чём суть претензии, с которой приехали эти сеньоры. Городские гильдейские в итоге наживутся, поскольку у них и стены крепкие, и порты удобные, и крыша королевская, а мне и тем, кто со мной свяжется, прилетит от всего королевства за поднятие цен, потому, что все уже знают, что это я планирую их повышение. Я буду крайним, меня выставят, как виновника инфляции, то бишь подорожания всего (ибо зерно это валюта, и его подорожание автоматически запускает инфляционные процессы) в глазах ширнармасс, и особенно в глазах дворян Центра, Севера и Востока королевства. Где нет таких тёплых зим и такого солнца, где урожайность сильно ниже и своего не хватает. А дворяне — это армия, это власть.
Но я — владетель, как-то отобьюсь, если всем скопом не навалятся, а вот им по шапке настучат по-любому. И логичный вывод — расходы за это должен нести я.
— Вы должны нас понять, мы — маленькие люди, — продолжал «второй», он же «большой». — Вы — знатный и высокий человек. Если осенью передумаете и начнёте распродавать зерно, не выдержав борьбу с королём и другими владетелями, мы просто прогорим и пойдём по миру, ибо сейчас будем закупать будущий урожай по завышенным ценам.
— Плюс всё же не ясно с хранением, — вернул слово «маленький». — Пуэбло — крепость в чистом поле. Здесь будет храниться ваше зерно. И будет храниться его в несколько раз больше обычного. Своё зерно вы будете держать, разумеется, в стенах укреплённого замка. А всё, что останется, размещать за стенами. А в этом году ожидается большой набег, что… Ослабит оборону графства, — дипломатично сформулировал он то, что я могу вообще без войска остаться. Мне стоило бы кашлянуть, типа «кхе-кхе, полегче», но не стал. Пусть лучше неприглядную говорят, но правду.
Видя, что я дозволяю выражаться так, за что от другого владетеля они бы схлопотали по первое число, «маленький» продолжил:
— И после его отражения у вашего сиятельства может не быть достаточно сил, чтобы отбиться от воинственных соседей, не желающих голодать из-за ваших так называемых афёр, о которых все будут знать. Вы отсидитесь в крепости и сохраните всё, что сможете, но то, что расположено в посаде — скорее всего будет разграблено. И как-либо повлиять на вас мы не сможем — это в человеческой природе защищать в первую очередь своё.
Дипломатичный сукин сын. Всё высказал в лицо, но подведя под: «Ну это же порядок вещей». Не придерёшься. Хотя слова его стопроцентная истина — даже очень богатый купец не сможет ничего предъявить крупному владетелю. Сгорит их зерно? Разграбят? Я умою руки: «Это не мои проблемы, ребят». И они утрутся. Хотя именно я их пригласил и предложил свои склады, причём бесплатно. Но своя рубашка всё равно ближе к телу.
— У нас семьи, дети, — продолжил «большой». — Мы не хотим прогореть на ровном месте. А потому согласны в этом участвовать, но нам нужны гарантии.
Я тяжело вздохнул, встал и зашагал по кабинету. Как же не хватает кофе! Хорошего натурального нашего земного кофе! И взять негде — в колониях… То бишь новых королевствах за морем нашли много всего интересного, сахар, вот, привезли. Хлопок. Да-да, пятьсот лет назад и привезли, а широкое распространение он получил только лет двести как. Даже перец привезли! Здесь не как в средневековой Европе, перец не на вес золотого песка продаётся, нормально пряности кушаем (хотя из всех пряностей только перец и лавровый лист и есть). Но вот кофе не нашли на новом континенте. К сожалению. И чая тоже.
Наконец, успокоил нервишки, подошёл к окну и посмотрел вдаль, на полоску Светлой. Скоро здесь будет город. Большой и красивый. Но пока буду наслаждаться видом пасторали.
— Сеньоры, — зло усмехнулся я, разворачиваясь, прислоняясь задницей к подоконнику. Жаль карманов нет, не придумали, а то жест был бы красноречивый. — Сеньоры, а теперь посмотрите на всё с моей стороны. Я предлагаю ДОБРОВОЛЬНОЕ дело на паритетных началах. Мы будем заниматься немного разным, я — торговать своим, вы — закупать и перепродавать чужое, но цели у нас будут одни. Запасти на складах как можно больше зерна этого года урожаев и дождаться высоких цен, после чего сбывать маленькими партиями в прибыль себе. Да, так многие пытались, мало у кого получалось, но это не безнадёжное дело, если делать с умом, если партнёры готовы положиться друг на друга.
Но вы не готовы на меня положиться и ставите условия. Хотите гарантий? Хорошо, я дам их вам. Но что получится в итоге? Если дело выгорит — прибыль мы делим на всех. Но если нет — то убытки несу один я, вы как минимум останетесь при своих.
Нет, сеньоры, синдикат не предполагает такого подхода к проблеме. Или мы играем на равных началах, или нет. Я готов хоть завтра огородить прямо вот эту площадку за своей стеной, до самой реки, на которой будем скоро строить дополнительный порт для барж с малой осадкой, обнести её рвом и частоколом, готов не брать с вас ничего за хранение — но при условии, что сторожить добро будут ваши люди, разумеется. Но никаких гарантий давать не буду. Я не собираюсь вас грабить и накладывать лапу на ваше зерно просто потому, что это не разовая акция, планирую и дальше работать с серьёзными людьми, в том числе вкладываясь в рисковые предприятия. Толку с того, что украду у вас несколько десятков тысяч мер зерна? Ну, за раз разбогатею. А дальше что? Что мне делать потом, когда никто в мире не будет мне больше доверять?
— Так что нет, сеньоры. Я свои намерения озвучил, — отрезал я, закрывая переговоры. — Хотите сотрудничать — вперёд. Добровольно, на паритетных началах. Нет — досвидос, амигос. «Кидать» вас не буду, но и гарантий не дам.
— Приятно было пообщаться, — отвесил поклон «маленький», после чего оба купца, вежливо раскланявшись, ретировались к выходу, матеря меня про себя. Конечно, в такую даль тащиться и зря. Но я, блин, дурачок что ли, не понимаю, что они хотели? Поиметь меня, сосунка, они хотели! На моём хребте в рай въехать! Фиг им!