Ботаник. Поводырь

 
Глава 6
 
– Ешь, тетушка!
Мужчина в одной набедренной повязке посмотрел на Скарлу пристальным взглядом темных глаз, и она невольно усмехнулась. В последний раз, когда Скарла его видела, он был маленьким, очень маленьким, чуть выше ее колена. И смотрел на нее с восхищением, как на какое-то божество. Но ей тогда было не до него. Она мечтала о подвигах, о войне, и что ей какой-то мелкий щенок? А сейчас…теперь он превратился в могучего, широкоплечего мужчину. И кстати, не очень-то похожего на степняка. Степняки смуглокожие, ростом ниже имперцев, хотя шириной плеч им не уступают. Этот – высокий, выше большинства имперцев, и кожа его загорелая, но не смуглая. Скарла помнила, что его бабка была из имперцев – ее некогда захватили во время набега, и потом она стала женой деда Хессара. Женщина сильная, красивая, она выжила в Степи и произвела своему мужу еще пятерых детей. На шестом она скончалась от родовой горячки.
Скарла жевала баранину, приправленную острым перцем и пряными травами, и думала о том, как повернется ее судьба. Как ни странно – Хессар ее сразу узнал. И даже пригласил на обед, как одну из близких родственниц. Там она и рассказала Собирателю историю ее бегства из Империи. Почти настоящую историю. Почему «почти»? Потому что не надо ему знать всех подробностей. Ну а так – очень близко к правде. Барбара и Скарла были рабами молодого господина из Клана Конто, тот попал в немилость к Императору, и его попытались казнить, как и братьев. Господин бежал, и отпустил Скарлу на волю вместе с впавшей в кому Барбарой. Почему отпустил? Потому что они могли его выдать – одному легче скрываться от соглядатаев Империи. Что случилось с Барбарой, и кто она вообще такая? Наложница молодого господина, а еще – его телохранитель. Когда они со Скарлой убегали из Империи, Барбара убила много врагов, а потом впала в кому от переутомления и ран. Где следы ран? Не осталось. Господин помазал ее какой-то мазью, после чего девушка и «заснула». Шрамы исчезли, а вот сознание не вернулось. Вот, в общем-то, и все.
– Девушка-имперка убила кучу людей?! – Хессар недоверчиво помотал головой, потом хлопнул в ладоши – Принесите попутчицу Скарлы!
Двое воинов, стоявшие возле входа в юрту молча исчезли за опущенной занавесью, и скоро вернулись со свертком, в котором находилась Барбара.
– Разверните ее! – скомандовал Хессар слегка хриплым голосом, и легко вскочив с места, подошел к больной, которая лежала с закрытыми глазами. Воины вроде бы неспешно, но очень ловко развернули куколь, и по жесту предводителя подняли занавесь входа – для того, чтобы в юрту вошло больше света.
Хессар жадно впился взглядом в обнаженную девушку, исхудавшую так, что обозначились ребра, и груди, и так совсем небольшие, практически стали невидны – торчали только соски. Но лицо…лицо было невероятно красивым, даже…для степняков, привыкших к другим канонам красоты. А может как раз для степняков она казалась еще более красивой, чем для имперцев. Ведь в Степи у людей нет такой белой кожи и таких голубых глаз. А того, чего мало в природе, хочется больше, чем того, чего много. Потому алмазы и ценятся, что их мало. А валялись бы они в каждой куче камней – кто бы ценил их выше обычного кварца? Впрочем у алмаза есть свойства и получше красоты. Как например у той же Барбары – ее боевые качества гораздо более ценны, чем красота. Красивых девушек много, но способных перебить двести человек…наверное – больше таких нет.
– Красивая! – хриплым низким голосом выдохнул Хессар, щуря глаза, непохожие на глаза степняка – Хороша! Только тощая очень. Ты ее не кормишь, что ли?
– Ну почему не кормлю?! – Скарла даже слегка обиделась – Бульон даю! Жую ей лепешки, мясо! Она глотает. Сама-то есть не может, а сунешь в рот – тогда проглатывает.
– Шаманку сюда! Лекарку! Эльгу позовите! – внезапно скомандовал Хессар – быстрее!
Скарла на мгновение замерла, обдумывая, чем ей грозит вызов шаманки, а потом успокоилась – пусть поработает лекарка, авось и правда подымет девчонку. Скарла уже устала ее тащить, и бросить тоже не может – Альгис не поймет. Можно было бы конечно сказать, что Барбара умерла в дороге, что как-то утром Скарла обнаружила ее мертвой, но…он поймет, что это вранье. А Скарле почему-то не хотелось терять его доверие. Он для нее был как внук, любимый внук. Своих-то у нее нет, так вот Альгис ей все и заменил. Вся ее жизнь была в Альгисе, ради него она жила. Ведь ради чего-то надо жить? Нельзя же просто так коптить небо!
 
Эльга оказалась довольно-таки молодой женщиной, самое большее лет тридцати от роду, потому Скарла ее не знала. Впрочем – как и Эльга Скарлу. Потому посмотрела на старуху с удивлением – какая-то безродная бабка пирует рядом с Предводителем! С Собирателем родов!
А еще ее удивила лежащая на покрывале обнаженная белокожая девушка, худая, как после голода, с полупрозрачной кожей, через которую просвечивали синие жилочки, гладкая, полностью лишенная волос на теле. И прическа – очень короткая прическа! У степняков принято носить косы – даже у рабов имеются косы. Женщины с короткими волосами вызывают недоуменные взгляды, такие прически не приняты в Степи. На косах сидят Охранители, духи Степи, которые оберегают человека от нечистой силы, а если нет кос? Где сидеть Охранителям?
А волосы?! Золотые, как браслет на руке Эльгы! И синие глаза. Странные, безжизненные синие глаза. Девушка открыла глаза через пару мгновений после того, как шаманка перешагнула порог юрты, и колдунья вытаращила глаза от удивления, не сумев удержать возглас: «Ай-ях!»
– Ты меня звал, Предводитель! – шаманка взяла себя в руки и приняла величественный вид. Ее амулеты, сделанные из костяшек человеческих пальцев и гирляндами свисающие с шеи тихо пощелкивали друг о друга, будто жалуясь своей судьбе – и после смерти нет покоя.
Скарла недолюбливала шаманов. С ее точки зрения им слишком много давали воли, они осмеливались противоречить вождям родов, родовитым воинам, попугивая всех рассказами о том, что если шаманы исчезнут, степными людям точно придет конец. На самом деле они были примерно такими же магами, как те, что жили в Империи. Только здесь не существовало запретов на черное колдовство. Впрочем, и особых успехов в черном колдовстве шаманы так и не достигли. Если в Империи черное колдовство было под запретом, так откуда шаманы могут перенять запретные заклинания? Если у степняков нет никакой письменности, а значит и нет возможности сохранять свои знания для потомков. Знания – они или есть у всех, или нет ни у кого. За исключением маленьких глубоко скрытых групп, которые (по слухам) продолжают хранить тайные знания. Но Скарла всегда считала эти россказни детскими сказками. Инквизиция работает эффективно, и всех отступников давным-давно повыбили.
– Сделай что-нибудь с этой девчонкой! Хочу, чтобы она стала нормальной, ходила и разговаривала. Сумеешь?
Эльга подошла к девушке, поводила над ней руками, будто пыталась что-то пощупать. Скарла видела такое, и знала, что она делает. Аура. Она щупает ауру. Маги-лекари так воздействуют на больных, через ауру убирая болезнь.
Это продолжалось совсем недолго – Скарла успела только лишь допить кумыс из глиняной кружки – и вот шаманка встала и посмотрев на хозяина юрты, сказала:
– Она здорова. Это у нее в голове что-то случилось. Она не хочет просыпаться.
– Как это – не хочет просыпаться?! – удивился Хессар – Объясни!
– С ней случилось что-то такое плохое, что она отказывается выйти из сна – шаманка пожала плечами и посмотрела на Скарлу – Я не знаю, что это такое было, но эта девочка не хочет просыпаться. У нее очень сильная воля, и она держит себя во сне. И будет так спать до самой смерти.
 
– И что же такое с ней случилось, что она не хочет просыпаться? – задумчиво спросил Предводитель, и тут же, без перехода, приказал – Ты должна ее разбудить!
– Господин! – шаманка ошеломленно вытаращила глаза – Я не могу!
– Не можешь, или не хочешь? – жестко спросил Хессар, пристально глядя в глаза шаманке.