Хамелеонша

— Я пришла позже.
Донесшееся снизу урчание заставило её вскинуть светло-рыжие брови.
— А это кто тут у нас? — Не успела я и глазом моргнуть, как она вручила мне кролика, а сама присела на корточки перед вульписом. — Ваш?
— Да, ваше высочество, но не стоит его трогать. Хруст из кусачих.
— Хруст, значит, — улыбнулась она, сверкнув начавшими наливаться белизной глазами, и протянула к вульпису руки.
Тот предупреждающе оскалился и неуверенно посмотрел на меня, попутно плотоядно облизнувшись на Финика. Белоснежный комок в моих руках затрепетал, а потом неожиданно ответил низким утробным рыком. Это точно кролик?
— Не вздумай укусить её высочество, — пригрозила я вульпису. — Следи за манерами.
Но это оказалось лишним. Бланка явно умела ладить со зверьми, как и все в её семье — глупо было с моей стороны сомневаться. Хруст позволил себя помешкорить, стоически перенес детский интерес принцессы к бахроме на ушах, разрешив подергать, и даже снисходительно заурчал, когда она подхватила его на руки и, перевернув на спину, погладила живот — только состроил мне страдальческую гримаску, мол, все ради тебя, хозяйка.
Бланка выпрямилась, и Финик с Хрустом ревниво уставились друг на дружку. Мы с принцессой с улыбкой переглянулись и снова обменялись питомцами.
Не успела я поставить вульписа на пол, как из-за стены донесся надрывный детский плач и, кажется, сдавленные женские рыдания. Через пару мгновений створки распахнулась, на пороге показался Бодуэн и обвел собравшихся непроницаемым взглядом.
Шум моментально стих от одного конца толпы к другому, будто по колосящемуся полю пронесся ветерок.
— Беда, ваше высочество? — отважился кто-то.
Шеи вытянулись, взгляды с жадным любопытством проникли в глубь зала, где бледная плачущая Мората активно укачивала орущего младенца, а Тесий о чем-то тихо ей говорил, держа за свободную руку, наверное, успокаивал. Женщина прибежала в спешке: головной убор сбился набок, котта надета швами наружу. Рядом топтался крупный бородатый мужчина, он то опускал большую поросшую на тыльной стороне волосами ладонь ей на плечо, то мял шапку. Неподалеку о чем-то тихо переговаривались лорды из числа членов королевского Совета, успевшие, несмотря на спешку, с которой были выдернуты поутру из постелей, обрядиться в парадные одежды и унизать пальцы перстнями. Ни король, ни королева в собрании не участвовали. Но их местонахождение волновало меня сейчас меньше всего.
Стражники вспомнили об обязанностях и принялись теснить любопытствующих, хотя без особого усердия, потому что и сами были не прочь поглазеть на сцену.
- Да, похоже, беда, — негромко произнес Бодуэн, и звенящая тишина теперь нарушалась лишь воплями младенца в дальней части зала. Море ушей болезненно напряглись, чтобы не упустить ни слова.
— А что стряслось-то? — не вытерпел один из рыцарей, за что получил тычок локтем под ребра от соседа.
— Проклятье, — ответил Бодуэн тем же тоном, не повышая голоса, но настроение присутствующих мгновенно изменилось.
Передние ряды отшатнулись, все, за исключением меня, сделали отвращающий жест, две-три девушки вскрикнули, и Бланка в их числе. Она стиснула мою руку, глядя на дядю расширенными и испуганными до последней реснички глазами. Часть из тех, кто недавно так рвался в зал, незаметно отодвинулись и начали продвигаться к выходу, словно уже сами слова Бодуэна или воздух из зала нес на невидимых крыльях погибель.
— Это точно оно, ваше высочество?
— С большой долей вероятности, — последовал спокойный ответ. — Поэтому сейчас самое главное убедиться, существует ли угроза, и если да, принять меры.
Я перевела взгляд за его спину и, кажется, разглядела на столе нашу табличку, но подошедший Тесий загородил предмет.
Известие о «мерах» вкупе с абсолютно безмятежным видом регента вызвало на лицах облегчение, смешанное с уважением, вселив в людей уверенность, что проблема не столь уж значима, как могло показаться вначале, ну, или, по крайней мере, не настолько велика, чтобы Бодуэн с ней не справился. Стал бы он вещать перед ними с таким невозмутимым почти скучающим лицом, если бы всем им угрожала смертельная опасность?
Уверена, что стал бы. И именно этим сейчас и занимался. Бодуэн ни жестом, ни движением брови себя не выдавал, но я всей кожей чувствовала его настроение: хмурое напряжение и тщательно скрываемое беспокойство — он либо попался на наш крючок, либо был близок к тому.
Поскольку грозная опасность в общественном мнении отступила и больше не витала над ними леденящей душу тенью с серпом и на запряженных волами дрогах, на передний план снова выдвинулось любопытство.
— Источник прокляли али колодец?
— Известно кто? Кости переломаем!! — ударил кулаком о ладонь тот самый рыцарь-гора, лбом проламывающий дубовые доски.
— Ах, как интересно! — жеманно добавила леди Жанна.
— Колодец не при чем, — терпеливо ответил Бодуэн. — Опасности для вас нет, прокляли один предмет, который мы отвезем сегодня к Камню и проверим.
— Что за камень? — шепотом спросила я у Бланки.
— Алтарь, где в древности приносили жертвы Праматери, — так же тихо ответила она, не отрывая взгляда от продолжавшего вещать Бодуэна.
— Он обладает магическими силами?
— Насколько мне известно, нет…
— Тогда как они собираются проверить тот предмет? Ваш… ваш дядя хочет вызвать Покровителя? — едва слышно спросила я и затаила дыхание, надеясь, что барабанный стук сердца, отзывающийся в губах нервной пульсацией, не выдал меня.
— Не знаю, — рассеянно ответила Бланка, — возможно.
Возможно…
Значит я с самого начала была права, и Бланке не известно место призыва. Только Бодуэн знает. И не сойти мне с этой плитки, если жертвенный Камень не оно и есть!
Руки начали подрагивать, шум слился в неразличимый волнообразно накатывающий гомон, сквозь который прорезался четкий размеренный голос Бодуэна.
— … и поэтому нам понадобится кто-то из женщин. — Внезапно он повернулся в нашу сторону и безошибочно с первого раза нашел меня глазами, хотя за все это время даже не посмотрел сюда, и я была уверена, что осталась незамеченной. — Да вот хотя бы леди Лорелея. Поедете с нами.
Поеду? Куда? Зачем? За недавними мыслями я прослушала половину того, о чем он говорил. Бодуэн властно простер руку, словно горячий нож в масло метнул: толпа раздалась в стороны, оставив меня в начале дорожки.
Я, всё ещё не понимая, на негнущихся ногах двинулась к нему. Постепенно стало доходить: он хочет, чтобы я поехала с ними к Камню. Я и не мечтала о такой удаче! Рассчитывала потом расспросить участников похода и вытрясти каждую мелочь, но все-таки… почему именно я? Нехорошее предчувствие не успело оформиться в законченную мысль, будучи прерванным выкриком какого-то вихрастого оруженосца: