Мастер третьего ранга
* * *
Двое соглядатаях, а по совместительству и исполнителей, уже порядком задубев, дежурили недалеко от дома, где разместились гости. Ночь была холодной. На затянутом тучами небосводе не было ни одной звезды. Кромешная тьма.
Кутаясь в плащи и постукивая зубами, они оглядывались на свет из окон, ожидая, когда лесавка сделает дело, а они займутся своим.
— Блин, жрут там, бабу тискают в тепле, а ты стой тут дрожжи продавай. — Заслышав звонкий девичий смех, сильно вздрогнул первый.
Мимо проехали мотовозы, набитые их сотоварищами, и главарем, в маске, что поехали в новый, далекий рейд. В поселке осталась лишь небольшая часть бойцов, что стерегли «нечисть» и патрулировали улицы, да старый хрен, которого все ненавидели, вжившийся в роль старосты села.
— Я бы тоже хотел так ласты склеить, — мечтательно сказал второй шмыгнув носом. — Чтоб сытым, пьяным и на бабе, — вздохнул он.
— Нет. Не по-воински это, — ответил первый и высморкался.
— Какие мы нафиг воины? — иронически хмыкнул второй. — Наймиты. Кто нас за воинов считает?
— Да пофиг, — сказал первый, копаясь за пазухой и доставая бутылку с крепким самогоном. — Давай дерябнем? Хрен его знает, сколько они там еще шоркаться будут, а мы тут если не околеем, то простудимся.
— А давай! А то я уже пальцев не чувствую.
* * *
После вопросов, кто люди, занявшие поселок, остались ли тут мирные люди, и сколько этих гадов всего. Крапивка, рассказала, что понятия не имеет кто они и чего им надо. О том, что в поселке обычных жителей нет. А негодяи эти, отлавливают вышедших погулять в физический план стихийных существ, и человеческих женщин и мужчин, которые обладают силой. С людьми было понятно, похищают, но как стихийных вылавливают, ему было непонятно. Что он собственно и озвучил.
Как, оказалось, «погулять» у них означало вовсе не прогулку, а случку с людьми. Видите ли, сущностям, у которых нет пары, время от времени тоже нужно «ЭТО» и они, прикидываясь людьми, соблазняют понравившихся девушек и парней. И судя по всему в этом деле они мастера, потому что рядом с Крапивкой, Ивану, хотел он того или нет, кое где, кое что, очень мешало. Вот их и ловят, как говорится на живца.
А главное, что он узнал, и чему удивился, так это, то, что байки про нагулянных от водяных, леших и прочих, стихийных существ детей, вовсе не байки. Дети эти, правда, оставались людьми, но все как один, были одаренными магической силой. И передавалось это следующим поколениям.
— Так это что, мы дети или внуки кого-то из стихийных? — опешил Юра.
— Скорей всего, — пожала плечиками Крапивка. — Я утверждать не стану. У простых людей… Как ты говорил Иван? А, без примеси. Тоже некоторое время назад начали появляться силы. Мы даже почувствовали это. Будто исток переполнился и пролился на вас, людей. И правду говоря, теперь мы этого боимся.
Вы иные.
Вы готовы убивать друг друга, за безделушки, пустые понятия, и металл, который нам не нужен, бесполезен, а порой и опасен. Вы злые, жестокие, и беспощадные. И как вы воспользуетесь силой, мне даже представить страшно, — скуксилась лесавка. — Я давно живу. И видела ваши войны, разрушения, то насколько вы опасны для себя и природы без силы. А с силой. Я даже думать об этом не хочу.
— Да, — согласился Иван. — Человек самое тупое и опасное существо. А теперь у этого существа появилась опасная игрушка. И я, кажется, понимаю, чем заняты эти ребята. Но нам с ними однозначно не по пути. Невинные есть невинные, и никто не имеет права их убивать за способности. Дар не выбирает, плохой ты человек или хороший. Он просто приходит, а как им распоряжаться, это уже на твоей совести.
— Короче говоря, это чистильщики, — подвел итог Юра. — Но ведь не сами они на это дело пошли? Кто-то влиятельный подвязал их на это. Этим уродам не до высоких идей. Они если до двух сосчитать умеют, и то хорошо. Ведь и вон Грому понятно, это обычные наемники.
— Ладно, это все отложим на потом. Нас тут вроде как убивать собирались. Что с этим делать будем?
— Не знаю, как ты Иван, а я уверен, что вырезать эту погань нужно.
— Я с тобой полностью согласен, — устало ответил мастер. — Но не дохрена ли для них будет двух крутых пацанов, один из которых к тому же покалечен? Я про себя если что.
— Слушай, я ведь силой могу воспользоваться, — вскинулся парень. — Мы с Громом сожжем их нафиг, и дело с концом.
— Ага, или на вихре покатаем, пока их наизнанку не вытошнит. Ты забыл, как тебя в лесу после первого раза скрутило? Хотя давай сожжем, а заодно сгорят пленники, и ее сестры. — Качнул он головой в сторону Крапивки.
— Не надо! — испугалась она.
— Не бойся. У нас это называется сарказм. Плохой юмор. Насмешка, — успокоил мастер лесавку. — Мы этого делать не будем.
— Что, сваливаем по-тихому? — вздохнул ученик.
— Нет. Нельзя эту гниль просто так оставлять. — задумался мастер. — Сегодня будут истреблять тех, кто владеет силой, завтра рыжих или темноволосых, послезавтра тех, кто ложку держит левой рукой. Нужно давить эту гниду в зародыше. — Решительно стукнул он кулаком по столу и скривился от отдающей во все тело боли. — Ты нам, чем — нибудь помочь в бою сможешь? — обратился Иван к лесной деве.
— Не знаю, — вполне по-человечески подернула она плечиками. — Я не воительница. Я за цветами в лесу ухаживаю. Все существование только это и делала.
— Понятно. В ближайшей досягаемости, кто — нибудь из твоих сестер есть, кто может дать отпор?
— Есть, — закивала она. — Полынь, она может. Только ее, как и меня клеймили и в браслет заковали. Она здесь недалеко. Ее одежду чистить и стирать заставляют.
— В чем проблема? — удивился Иван. — Метнись вихрем и освободи ее.
— Я не могу. Только люди могут. А если я использую силу снаружи, они сразу узнают, поймают и накажут.
— Куда не кинь, хрен добросишь, — невесело констатировал мастер. — Похоже наш маленький военный совет снова в тупике. А часики тикают. Скоро забеспокоятся наши душегубы.
— Не забеспокоятся, — улыбнулась Крапивка. — Они уже пьяные под навесом в обнимку спят.
— Не забеспокоятся они, так староста всех на уши поднимет.
— Так, — поднялся со стула Юра, — где там твоя лебеда говоришь? Придется мне за ней метнуться. И пароль какой-то у вас для своих есть?
— Полынь, — поправила она. — Что такое пароль?
— Ну, слово или знак какой, по которому она узнает, что я от тебя. Не то подумает, какой-то из этих уродов на ночь глядя приперся, да в порошок меня сотрет.
— Просто скажешь, что от меня. Эти уроды, наши имена хрен знают. Называют как хотят, сволочи. — Подражая манере разговора мужчин глуповато сказала она.
— Ишь босота, — засмеялся Иван. — Нахваталась уже.