Провинциал. Книга 1 (СИ)
— Сейчас, — и, отдав нужные распоряжения, дядька вернулся к обсуждению нашей первоочередной темы:
— Надо, значится, танкистов этих как-то прищучить по тихому, чтобы они остальных раньше времени не всполошили, — Прокопьич решил изобразить из себя капитана Очевидность, — а там помимо этого танка есть ещё кто?
— Да нет, вроде никого больше поблизости не наблюдаю, — ответил я, гоняя Проньку по расширяющейся спирали вокруг танка, — хотя нет, вон на гребне холма разлёгся мужик в чёрном комбезе, в бинокль глазеет.
— Но нас-то он видеть не может, — Семён опять высказал вещь совершенно очевидную.
— Нам надо как-то быстро подобраться и убрать тихо этого наблюдателя, — задумчиво проговорил я, — а потом можно будет и гранату им в открытый люк закинуть. Расслабились они там.
— Звучит красиво, — прокомментировал Прокопьич, — а реализовать этот гениальный план мы сможем?
— Несколько минут на размышление у нас есть, — так что, давай вместе напрягать мозговые мышцы. Хотя, что тут рассусоливать. Он пялится на поворот дороги, откуда мы должны появиться. И радары этих ребят пока нас не видят, рощица мешает. Значит, нам надо по широкой дуге обойти этот холм, и атаковать наблюдателя с тыла.
— Звучит неплохо, — крякнул Семён, — и сколько людей понадобится?
— Да я думаю, что нас с тобой хватит, — задумчиво пробормотал я, — чем меньше нас будет, тем меньше шанс на то, что нас раньше времени заметят.
— Логично, сейчас зама предупрежу, — согласился Прокопьич, — да поползём потихоньку.
Семён обменялся несколькими словами со своим замом, и мы с ним, облачившись в егерские маскировочные халаты, обшитые тряпичными ленточками, пучками травы и мелкими веточками, отправились в холмы.
Уважаемые читатели! Как это ни печально, но книга в статусе «эксклюзив», а значит пора включать продажи. В связи с этим 19-я глава уже будет платная.
И да, чибик Истер посетит профиль каждого, кто подарит книге награду!
Глава 19
Все против всех
— Порко мадонна! — Луиджи был вне себя, эти ублюдки, которых дон Чезаре дал ему в помощь, мало того, что оказались тупыми скотами, они ещё и постоянно спорили с ним. По поводу и без повода.
И заставить их сделать хоть что-нибудь полезное было неимоверно трудно. Сплошные отмазки и перевод стрелок.
Вот и сейчас он уже минут пятнадцать, как пререкался с их бригадиром, меднолобым Паоло Раббьёсо, относительно того, в каком порядке им надлежит следовать к месту, которое было выбрано для засады.
И постоянная необходимость доказывать что-то этим полудуркам его изрядно выбешивала.
Но, если начистоту, то многое, всё-таки, было сделано.
В административном центре этой богом забытой колонии им удалось арендовать пять серьёзных броневиков, оснащённых плазмомётами и ракетными установками и большой грузовик с крытым кузовом для перевозки пехоты, которую нарядили в бронежилеты и снабдили армейскими излучателями.
Техника была, против ожиданий, в относительно сносном состоянии.
Теперь их бронегруппа была уже совсем недалеко от холмов, где и предполагалось устроить засаду.
Оставалось сформировать колонну и выдвинуться из временного лагеря, отправив вперёд мобильную разведку на двух багги, тоже взятых в аренду.
Так или иначе, но спор между Паоло и капо Луиджи таки завершился приемлемым компромиссом, и колонна, наконец, тронулась в путь.
Оба багги сорвались с места и наперегонки умчались по направлению к гряде холмов, силуэты которых виднелись впереди.
Операция вступила в свою завершающую стадию.
Рация, висевшая на разгрузке капо Луиджи вдруг захрипела, а потом и вовсе заговорила голосом одного из парней, что отправились в передовой дозор на багги. Луиджи даже вспомнил, как того зовут — Пачано.
— Командир, наше место занято.
— Не понял. Кем занято? — спросил Луиджи.
— Тут уже какие-то люди. С техникой. Я даже, кажется, вижу тяжёлый русский танк.
— Так, Пачано, назови-ка свои координаты.
Рация изрыгнула невразумительный набор цифр, на основании которых Луиджи не без труда, но, всё-таки, поставил отметку на карте. По всему выходило, что ещё кто-то вышел на охоту за людьми, которые присвоили ценнейшую информацию.
Потери носителя с этой информацией Луиджи не должен был допустить ни в коем случае.
Значит, этих людей надо атаковать и, либо заставить их отступить, либо, если они отступать не захотят, уничтожить.
Кристалл должен вернуться к законным хозяевам, и никак не иначе.
Сейчас Луиджи не думал о том, выполнимо ли это в принципе. Но он хорошо представлял себе последствия того, что он предстанет пред очами благородного дона без этого злополучного кристалла.
И поэтому решил атаковать ни смотря ни на что.
Как это ни странно, услышав о том, что неизвестных конкурентов надо уничтожить, Паоло Раббьёсо спорить не стал, а лишь злобно ощерился.
Луиджи счёл отсутствие возражений со стороны вечно всем недовольного Паоло хорошим предзнаменованием, и дал команду бронегруппе перестроиться в атакующий порядок, а пехоте — рассыпаться редкой цепью позади бронеходов.
Проинструктировал всех о порядке действий, справедливо предположив, что в бою он не сможет контролировать каждого, а потому пусть лучше каждый изначально знает свою задачу.
Аполлинарий Александрович позволил себе немного вздремнуть в ожидании сигнала о появлении кортёжа Антоновых.
И дрёма его была грубо нарушена серией взрывов.
Отставной подполковник вскочил, чуть не опрокинув шезлонг, в котором только что расслаблялся.
И первым, что он увидел, был весело горящий танк, который стоял, ожидая сигнала к атаке.
Какие-то люди атаковали его с тыла, со стороны степи. Если приглядеться, то и без усиленной оптики можно было различить пять приближающихся бронеходов, которые время от времени выплёвывали комья раскалённой плазмы в направлении позиций, занимаемых гвардейцами лендлорда Троекотова.
Хвала богам, кроме танка более никакая техника пока не пострадала.
Старый вояка быстро пришёл в себя, и, переместившись в штабную машину, начал быстро отдавать команды, на ходу выстраивая оборону для отражения этой неожиданной атаки.
Сначала с вершины ближайшего холма по нападающим ударил станковый плазмомёт. После его выстрелов один из атакующих бронеходов остановился.
Боковая бронированная дверь распахнулась, и оттуда, одна за одной, вывалились две фигурки, которые сразу же исчезли в клубах дыма, повалившего из внутренностей подбитой машины.
Ракета, вылетевшая из пусковой установки, расположенной на другой стороне дороги, не обратив никакого внимания на отстреливаемые атакующими броневиками ложные цели, врезалась в самый крайний слева бронеход. Взрыв разворотил кабину, а ещё через несколько минут начал детонировать боезапас, и над равниной расцвёл огромный огненный цветок.
Мы с Семёном уже минут сорок упорно, как две бронированные и очень неторопливые улитки, ползли по широкой дуге. И, наконец, вышли таки в тыл к тому самому наблюдателю.
Я изредка посматривал на него глазами Проньки и пока не замечал никаких проявлений тревоги с его стороны. Лежит себе и лежит, в бинокль смотрит…
А это значит, что наш маневр оказался успешным, и нам осталось всего-то ничего, а именно, нейтрализовать этого типа и разделаться потом с одиноким танком, пристроившимся у холма.
Бедняга даже пискнуть не успел. Прокопьич, как леопард, прыгнул ему на спину и чиркнул по горлу ножом.
