И пришел Разрушитель. Том 2

Его резерв чуть уменьшился. А потом, меньше чем через мгновение, вновь заполнился до отказа.
«Источник Силы!» — благоговейно произнес Прежний, а потом, после короткой паузы, добавил обычным тоном: — «Хотя это ожидаемо от артефакта, в который Солнечный вложил часть своей сути».
«Но магу из рассказа Кирка жезл не помог», — Арон продолжал стоять у входа в холм, оглядываясь по сторонам, ожидая появления песчаных людей. — «Пустынники его убили».
Все вокруг было так же тихо.
Спокойно.
Ни Пустынников, ни змей, никого и ничего иного…
Вечный обнаружился среди развалин крепости. Он устроился на руинах каменной стены, бесстрастно наблюдая, как Арон приближается.
— Ты можешь управлять жезлом? — спросил.
— Да, мастер, — ответил Арон с прежней вежливостью.
Он помнил слова Прежнего о том, что с этим артефактом у него был бы шанс против Вечного. Но всего лишь шанс, а не гарантия победы. Арон, честно сказать, и не представлял, как можно уничтожить бессмертного призрака, способного вселяться в любые тела и обладающего почти божественной мощью.
— Были проблемы? — поинтересовался Вечный.
— Нет. Никаких.
— Вот как, — взгляд Вечного стал холоднее, а по лицу скользнуло неприязненное выражение. — Значит, я не ошибся тогда… — он оборвал себя.
— В чем именно? — спросил Арон, не дождавшись продолжения.
— Неважно, — отрезал тот. Потом повернул голову на запад и долгое время молчал.
— Нас было пятеро, — заговорил Вечный наконец, произнося слова негромко. На Арона он не смотрел. — Пятеро самых сильных магов нашего мира и один аватар бога. Мы праздновали победу — здесь, в этом самом месте. Мир был обескровлен, но мы победили, так мы тогда думали…
Пятеро магов, аватар бога, обескровленный мир и победа — Арон знал о событии, о котором Вечный рассказывал. Но ведь среди имен, высеченных на обелиске в честь победы над Змеем Разрушителем, не было имени Вечного, там не было Теройша Тассе.
Вечный лгал?
Создатели обелиска ошиблись?
Или… имя все же было?
Арон запомнил все имена тех магов. И он помнил, что самым первым упоминался Атеро Яштассе — на Теройша Тассе это имя звучало похоже. Могли люди в империи Террун неправильно услышать, неправильно запомнить и неправильно записать? Арон бы этому не удивился. Вряд ли Вечный по рунам диктовал свое имя и проверял получившийся результат.
— А потом, — тон Вечного изменился, наполнился застарелой ненавистью. — Потом Каир нас предал. В то время Богиня Земли, мать Тха-Оро, была главной в Великой Триаде. Она пришла в первую ночь нашей победы и заключила с Каиром сделку. Она уступила ему свое место, а за это он позволил ей съесть одно из сердец убитого нами Разрушителя.
Нет, такого Арон точно не знал. Ни о том, что Великая Мать когда-то входила в триаду старших богов. Ни обо всем прочем.
— Зачем? То есть зачем ей нужно было съедать сердце своего сына?
Старый маг бросил на него пренебрежительный взгляд.
— Чтобы зачать его заново, естественно. У богов с этим… иначе. У нее ушло сто лет, чтобы выносить Тха-Оро во второй раз. А когда она его родила, то отдала воспитывать его людям, которые придумали Тха-Оро новое имя. Как будто бы что-то из этого могло изменить природу Разрушителя.
Сто лет. Арон помнил, кто родился через сто лет после гибели Тха-Оро.
— Вы знаете это новое имя, мастер? — спросил Арон, почти уверенный в ответе.
— Уррий. Или Великий Уррий. Великий Дар Богини, знак ее благословения, как эти наивные люди решили, — Вечный презрительно рассмеялся.
Да, Арон не ошибся, Вечный говорил о Существе, вылупившимся из скорлупы как раз двенадцать веков назад. Хотя, честно сказать, образ Существа никак не хотел превращаться в образ бога Разрушителя из страшной легенды, знакомой с детства.
— Когда мы, остальные маги, победившие Змея, узнали о предательстве Каира, то бросили жребий, — продолжил Вечный. — Один из нас должен был остаться в этим мире, чтобы остановить Разрушителя, когда придет время. Это выпало мне.
— Значит, вам тринадцать веков, мастер?
— Почти пятнадцать. Я доживал свое второе столетие к тому дню, когда Разрушитель вышел из моря.
— Но если вы знали, что Тха-Оро возродился, почему вы ничего не…
— Потому что я не мог приблизится к нему, — перебил его Вечный. — Сама моя сила, мое бессмертие — я бы потерял все. И тогда все наши жертвы оказались бы напрасны.
Лицо Вечного вновь исказила гримаса боли.
— Тринадцать веков назад я… Мне пришлось вкусить от оставшихся двух сердец Тха-Оро. То сердце, которое поглотила его мать, несло в себе личность Разрушителя, его суть. А те два сердца, которые остались, которые Каир все же не позволил богине забрать, несли божественную силу. Она вся перешла мне. Но если я окажусь с Тха-Оро рядом, то эта сила к нему вернется и тогда человечество будет обречено. Именно поэтому я готовил учеников — тех, кто, когда придет время, сможет противостоять Тха-Оро. И теперь ты должен его остановить. Ты должен закончить то, что не смог закончить я!
Арон смотрел на Вечного неотрывно, веря и не веря тому, что только что услышал. Потому что, честно сказать, Арон вовсе не ощущал в себе сил единолично победить бога. Даже с помощью артефакта, созданного другим богом. Все же такая задача была слегка за пределами его возможностей.
«Какое чудесное обещание ты, оказывается, дал своему мастеру», — пробормотал он мысленно, обращаясь к двойнику.
Прежний ответил не сразу.
«Да… На такое задание я не рассчитывал…» — он замолчал, а потом добавил другим, чуть более бодрым тоном: — «Хотя взгляни на это с другой стороны. Тха-Оро все равно было суждено вернуться, я об этом подозревал и сам, без рассказа Вечного, поэтому велел Вольным следить за обелиском. И мне — ну или тебе, раз уж так получилось, — как самому сильному магу империи все равно пришлось бы с Тха-Оро столкнуться. А так у нас есть жезл Каира, есть свидетельства очевидца прошлой войны и есть фора во времени. Судя по спокойствию Вечного, Тха-Оро еще не проявил себя как Разрушитель».
«Мне нравится твой оптимизм. Очень нравится», — пробормотал Арон. Сам он оптимизма не испытывал.
В памяти всплыло перечисление разрушений и убийств, которые совершил Тха-Оро в первой жизни. Если сейчас он окажется хоть вполовину равен себе прежнему…
А потом перед глазами вновь возникло Существо, с детским энтузиазмом познающее мир, так забавно рассуждающее о людях, жизни и Времени. Нет, любознательный и малость избалованный чешуйчатый ребенок никак не тянул на безжалостного разрушителя человеческой цивилизации. Вообще не тянул.
— Я закончу то, что не смогли закончить вы, мастер, — произнес Арон вслух. — А пока у нас есть время, расскажите, как вы сумели справиться с Разрушителем, — и добавил, вспомнив утверждение Кирка о том, что вовсе не Каир с его жезлом нанес главный удар. — Кто из вас, пятерых великих магов, убил Тха-Оро?