Магическая таверна

 
Ника
Как можно так быстро передвигаться? Откуда он взялся? Мысли терзают мозг, разрывая предположениями, пока я, невредимой, стою возле стены в таверне. Неведомого спасителя рядом нет, зато на щеке чувство горячих пальцев, удерживающих моё лицо для поцелуя и приподнимающие подбородок. Поцеловавший меня мужчина высок и страстен. Губы до сих пор пылают, оставляя сожалеть, что всё так быстро закончилось. И мне чудится знакомая нотка в аромате прижавшегося ко мне мужчины. Анализировать некогда, огни зажигаются, их всё больше, в зале настоящее месиво, но пострадавших минимум. Вот он плюс магического мира: драконы и оборотни с такими реакциями, что врасплох не застанешь. Ко мне подскакивает Тео. Он тоже цел, успел отпрыгнуть в сторону, люстрой его лишь чуть-чуть зацепило и в темноте он пытался меня отыскать, переживая за хрупкую человечку. Судя по волнению на лице, успел себя порядком накрутить. Кстати, от всех переживаний наколдованные личины с нас сползли, моих навыков не хватило удерживать их во время дрязг, и я спешно восстанавливаю заклинание. Здорово, что в переполохе никто не видит, как меняются лица у двух пацанов. А вот наш новый друг лавочник тихо стонет. Глаза закрыты, лоб в испарине, одна рука неестественно прижата к груди.
— Надо ему помочь, — говорю я.
Совместными усилиями оттаскиваем его в сторону, прислоняем к стене.
— Прикрой меня, — шепчу Тео.
Непонимающий парень удивлённо поднимает брови, однако послушно загораживает нас своим телом. А я лезу в карман стонущего лавочника, вытаскивая то самое письмо.
— Ты что делаешь? — шипит на меня Тео.
Да-да, я бессовестно пользуюсь ситуацией.
— Должна же я узнать, что ему дал тот «припылённый», — бормочу я. Обозвал задатком, так что я в своём праве. Мне интересно во сколько оценили мою жизнь.
Плотная бумага подаётся из кармана, лавочник стонет громче, а Тео с любопытством заглядывает мне через плечо.
— Что это? — спрашивает он.
К моему удивлению внутри не деньги, а кусок шёлковой материи с узором и нарисованными тёмными линиями. Вообще там много чего нарисовано, сразу не разберёшь.
— Я не знаю. — Растеряно разворачиваю шёлковый лоскут во всю ширь. — Думала обнаружить тут другое.
— Может, это связано с его работой? — предполагает Тео. — Наш друг владелец лавки древностей.
— Может быть.
Кручу кусок шёлка в руках. Он необычный, струится между пальцев как ласковая вода, нежа кончики пальцев прикосновениями и обвиваясь вокруг кисти, а рисунок будто гипнотизирует. Непонятные линии складываются в не менее загадочный узор, побуждая зависнуть на разглядывании пока не разгадаешь. Склонив голову на бок, Тео рассматривает узор со мной, продолжая поддерживать лавочника. А тот становится всё более нервным, мечется. Свернув кусок шёлка спешно заворачиваю его обратно в бумагу и сую лавочнику в карман. Позже подумаю, что это значит. Тем более посетители таверны начали приходить в осмысленное состояние, если так можно сказать. Заловив кидающегося огромным мечом здоровяка, народ от души мутузил его, плюясь и ругаясь. Крякающую жертву пинали и валяли, а здоровяк к моему удивлению даже не защищался. Только скалился и злобно блестел глазами.
— Странно, — проговорил Тео озвучивая мысль пришедшую и ко мне. — Совершить такое злодеяние и не смотаться под шумок, пока было темно и его никто не мог удержать? Тем более у этого полутролля получится проломить и стену, дверь не нужна.
Мы переглянулись
— Если только…
— Тео, держи лавочника! — воскликнула я, устремляясь на улицу. — Не дай ему попасть в новое месиво, он нам ещё пригодится.
Из дверей таверны вырвалась подобно пуле, снеся по пути человека, которому не повезло в неудачный момент оказаться с той стороны. Видеть изнутри я его никак не могла, поэтому роскошно зарядила дверью в лоб. Человек повалился, как подкошенный. Но видимо ему очень хотелось назад, в таверну, потому что, полежав, он упруго подпрыгнул. Я даже обалдела от такой живучести. Если бы мне угодили дверью в лоб, я бы лежала без чувств как минимум половину дня. Или это снова магия? Дверь там особенная, смягчающе-ударная, или лоб.
— …! — неприлично высказался человек на чистейшем языке моей Родины, чем вызвал новый ступор. — Чёртовы слуги хаоса! — заорал он затем уже эсшаорскими выражениями. — Откуда ты взялся, бесполезный пацан? Пошёл прочь!
Скорее всего, он пошёл бы на меня с кулаками — моя тощая фигура не выглядела серьёзным препятствием, но одновременно с беглецом я увидела того, кто его преследовал и сейчас не могла оторвать взгляда от тёмной, застывшей на крыше фигуры. Поджарое мускулистое тело, хищно застывшее в движении. Кто же ты, незнакомец в маске? Несколько томительно долгих секунд мы вглядывались друг другу в глаза. Человек на земле, ощутив себя жертвой, зажатой меж двух огней, запаниковал, и бросился прочь по улице. Пусть невольно, но я отрезала ему путь в таверну, а загадочный преследователь наверху — на окраину города. И он выбрал единственную оставшуюся дорогу. Как это не дико звучало, но я устремилась за ним. Жажда догнать, поймать: меня охватил хищный инстинкт. Я видела удаляющуюся спину жертвы и знала, что обязана её настигнуть, иначе уважать себя перестану. Никогда раньше я бегала подворотнями, уворачиваясь выныривающих из темноты предметов и перепрыгивая ямки, но тут выходило удивительно складно, а сверху попадал в такт мой спаситель.
В Эсшаоре строились очень плотно, крыши тесно прилегали друг к другу, случавшиеся ответвления на улочке были узкими, и беглец удирал по прямой. Он уже опомнился от удара и нёсся целенаправленно, наверное, знал город, поглядывая по сторонам. Не забывал отслеживать крыши, где тенью скользил незнакомец. В какой-то миг мне пришло в голову использовать магию. Сосредоточиться на бегу было трудно, однако мне удалось припомнить заклинание, о котором рассказывали на уроках. Выбросив вперёд руку, я представила сплетающиеся воедино языки огня, расширяющейся воронкой стремящиеся вперёд. Это был поток чистой энергии, не обжигающей, но парализующей. Чтобы вложить жар в огонь, усилий нужно было приложить больше. К моему удивлению с крыши, разрывая темноту улицы, понёсся похожий луч. Сплёлся с моим, усиливаясь и гудя. Такое я уже видела. Заглядевшись, пропустила момент, когда преследуемый человек прянул в сторону.
— Да кто вы такие? — закричал он.
Вытащив из кармана маленький, голубоватый шарик, распустившийся перистыми щупами, беглец кинул его в меня. Шарик неожиданно быстро приблизился и воздушным сгустком ударил в грудь. Я покатилась по земле, обдирая колени. На крыше сдавленно охнули. Усаживая царапинами об булыжники улицы ещё и ладони, я поднялась, пошатываясь. Так-то я совсем не боец, носиться ночами по незнакомым улицам! От злости хотелось шарахнуть по беглецу как минимум молнией. В ушах звенело, на периферии слуха раздался глухой удар и надёжные руки придержали меня за талию. В следующий миг я уже взлетала в воздух, размещаясь в крепких объятиях. Поднимаю голову и встречаю разъярённый взгляд. В прорези маски отлично видны глаза со знакомыми янтарными искорками.