Выбирай, мелкая

Обеими руками обнимает меня за талию и не убирает свои губы с моей щеки. Поддевает большим пальцем правой руки майку на мне и касается кожи.
И вот в этот момент я опять вздрагиваю и упираюсь ему в грудь руками. Отталкиваю его от себя. Беру его за запястье и убираю руку.
— Ксюш, — произносит он и толкает меня.
— Тема, что ты делаешь? — смотрю ему в глаза и то, что я сейчас там вижу, пугает меня.
Там незнакомый мне ранее блеск. Он, не отрываясь, смотрит на меня, дышит часто и опять возвращает свою руку мне на талию.
— Я хочу уйти, — говорю я. — Тема! Слышишь? Пусти!
— К нему? — грозно спрашивает и не отпускает меня. — Ты ему не нужна. Ты моей будешь. Моей.
И с этими словами он толкает меня на кровать. Нависает надо мной.
— Тема! — кричу я. — Что ты делаешь?! Пусти!
Мне и страшно, и неловко. Ведь там, за дверью, его родители и я не хотела бы, чтобы они знали об этом. Но, может, это моя единственная возможность спастись?
Артем пугает меня.
Упираюсь ему в плечи, когда он наклоняется и хочет поцеловать меня.
— Ксюш, — смотрит на меня сверху вниз. — Ты мне нравишься, — ошарашивает меня признанием. — Один поцелуй. Я не сделаю больше ничего. Обещаю. Только поцелуй.
Упирается мне в руки и надавливает и я понимаю, что не смогу остановить его. Отворачиваюсь.
Но тут дверь в комнату открывается и Артем резко отпускает меня.
Приподнимаюсь и вижу, что его держит за грудки Никита. Артем тоже приходит в себя и тут же хватает его. Они так и стоят, держа друг друга и яростно смотря друг другу в глаза.
— Ты что творишь?! — возмущается Никита. — Ты же обещал!
О каком обещании речь?
— А ты?! — теперь он обращается ко мне. — Поплыла?! Сразу же и ноги раздвинула?! Как сестра! Ничем не лучше!
— Заткнись! — толкает его в грудь Артем. — Ксюш, не слушай его.
А я закрываю лицо руками и бегу прочь.
— Ксюша! — слышу голоса обоих в спину.
Пулей вылетаю из квартиры Артема и сразу же звоню в нашу квартиру. Не убираю руку с звонка, пока Алина, наконец, не открывает мне.
Удивленно смотрит на меня и уходит в свою комнату.
Я разуваюсь, смотрю в зеркало. Вид у меня ужасный. Прикладываю ладони к щекам. Они горят. Надо успокоиться. Обдумать все произошедшее. Разобраться в себе.
Но тут откуда-то снизу раздается телефонный звонок. Смотрю под ноги и не сразу нахожу телефон. Он лежит на полу, за тумбочкой. Это точно не телефон кого-то из нашей семьи. Может, тот, кто был у Алины в гостях, потерял? Решаю, все-таки, ответить на звонок.
— Да? — говорю осторожно.
— Ксюша? — слышу знакомый голос.
    
7
— Никита? — проговариваю еле слышно.
Что его телефон делает у нас дома? Ещё и завалился так глубоко под тумбочку…
Как?!
— Я сейчас приду за телефоном, — неожиданно отвечает. А я и спросить ничего не успеваю. Что он здесь делал? С Алиной был? Но зачем?
Сердце колет от одной только мысли, что они были здесь.
А что если…
Когда Алина сказала, что к ней придёт парень… Это был Никита! Неспроста здесь его телефон лежит!
И это объясняет тот факт, что делал здесь Ковалёв. Но может к Артёму шёл? Но…
И опять это проклятое «но!».
Телефон. Он тут. И это всё объясняет.
Я кидаю его на тумбочку, открываю двери, чтобы парень спокойно зашёл, а сама сигаю в ванную. Закрываюсь на замок и чувствую подступающие к горлу слёзы.
Алина опять это делает.
Сначала Артём. Пришла с ним за ручку на школьную дискотеку. А теперь ещё и Никита… Она всех парней, что мне неравнодушны соблазнять будет?
Хочу только открыть дверь и пойти к ней, чтобы спросить, может она уже перестанет себя так легкомысленно вести, как входная дверь открывается.
— Ксюша?
Я сжимаю ладони в кулаки и закусываю губу.
Вот пусть Алина ему навстречу выходит.
Хотя она наверняка не слышала его. Она уже включила громкую музыку и закрылась в нашей комнате.
— Москвина, хорош, выходи, — недовольно произносит. — Я вижу, что ты в ванной. Тень мелькает.
Я молчу. Да хоть три тени! Мне какая разница?
— Давай поговорим.
Я подхожу к ванне, включаю воду на полную. Чтобы шумела и я не слышала его.
— Я купаюсь, — надеюсь, он уйдёт.
— Я подожду, — слышится по ту сторону двери.
Пусть ждёт. Я буду сидеть здесь хоть трое суток. Пофиг вообще.
Но видеть его не хочу.
Слёзы на глазах появляются, и я морщусь от того, как всё горит.
И даже не замечаю, как музыка становится сильнее. Сестра открывает двери и кричит:
— О, Никита, ты вернулся! — радостно восклицает. — На повторное предложение отвечаешь согласием? Я только рада. Мне казалось, что те полчаса назад…
Я поджимаю губы и пялюсь на прозрачную воду, что стекает вниз. А куда-то туда, вниз, падает крохотная слезинка.
— Нет, я пойду, — отвечает ей Ковалёв. Но это не приносит мне и капли облегчения. Наоборот, злит ещё больше. Повторное предложение? Что, себя предлагала? — Потом поговорим.
Я не уверена, кому он говорит это.
Но хлопок двери слышится через пару секунд.
Я продолжаю набирать в ванную воды, чтобы заодно искупаться. После прикосновений Артёма. Это неправильно. То, что он сделал. Накинулся так… А ведь я просила остановиться. И он такое сказал…
От чего тело до сих пор трясёт.
Я ему нравлюсь.
И это вроде заставляет сердце грохотать и биться чаще, но меня что-то гложет.
Он был хорошим парнем, но что изменилось сейчас, когда он с силой хотел меня поцеловать?
    
8
Понедельник. Школа-интернат
Я выхожу из школы и иду до общаги. Здесь всего лишь двести метров, но я всё равно успеваю схлопотать проблем.
За мной идут три девицы, которые обсуждают меня за спиной. Не стесняясь. Прекрасно знают, что я всё слышу.
— Да ты видела её?
— Ну и джемпер. Им только на помойке светиться.
— А ты видела, как она накрасилась?
Я сильнее сжимаю лямку рюкзака и ускоряюсь.
— Ой, услышала нас что ли?
Этот голос звучит совсем рядом.