Таблеточку, Ваше Темнейшество?

— Бывают еще и обычные, — ответил принц. — Обычные, например, предупреждают, что собираются убить. Самая приятная разновидность — вежливые грубияны. Они еще и поясняют, за что. Когда ко мне во дворец убийц отправили, так те не только извинялись, что убивать пришли, но еще и не шумели при нападении. Красавцы просто! Понимали же, что папу лучше не будить, иначе всем достанется… А эти… Мерзкие светлые грубияны!
— Понятно, — вежливо ответила я, крепче хватая Рэйвена за руку — оно так-то надежнее.
На самом деле, мне хотелось заорать. В конце концов, нас тут только что окружили! На нас напали! Нас убить собирались! Охранников не было, а три человека спокойнейшим образом вели светскую беседу. Но именно потому что они были так спокойны, потому что я все еще удобно расположилась на руках Рэйвена, паниковать было как-то… неловко.
А вот от следующих заклинаний дилижанс, на крыше которого мы расположились, знатно тряхнуло. Рэйвен вместе со мной спрыгнул вниз, его же примеру последовали и остальные. Все произошло так быстро, что кричать от страха было уже поздно. Зато самое время оказалось громко охнуть: наш дилижанс попросту развалился.
— Это уже перебор, — прошипел Рэйвен, аккуратно ставя меня на ноги. — Такие слабаки, а такое себе позволяют. Лери, милая, закрой глаза, пожалуйста.
Жизнь на темных землях научила меня одному: к Рэйвену надо не просто прислушиваться, Рэйвена в критических ситуациях нужно слушаться беспрекословно. Потому, разумеется, я послушно закрыла глаза. А сам Рэйвен закрыл мои уши. И, видимо, используя магию, потому что я абсолютно ничего не слышала не меньше пяти минут.
— Можешь открывать глаза, все закончено, — тихо шепнул Рэйвен, когда отнял руки от моих ушей.
Я огляделась. Ну, что же. Нападавших было почти жаль. По крайней мере, тех двух оставшихся в живых. Где делись остальные, я знать точно не хотела. Более того, старалась не задумываться. Реалии этого мира отличались от моего. Не могу сказать, что смирилась с тем, что тебя запросто могут прибить, если окажешься не в то месте и не в то время, но то, что кто-то готов отправить подальше (на этот свет или на тот не имеет большого значения) желающих твоей смерти, в некоторой степени радовало. Собственно, как и любого человека, кто не лишен чувства самосохранения. Я против насилия, особенно в отношении себя.
— Вот почему всем, абсолютно всем, кто прибывает впервые на темные земли и спрашивает совета, я говорю одно — не злите Рэйвена. Принца злите, короля злите, да хоть всех оборотней и стражу дворца поголовно, но только не Рэйвена. Тогда у вас хотя бы небольшой шанс будет выжить… — философски заметил Йоранн. — Пойду расспрошу этих мерзких грубиянов.
Рэйвен же молчал. Я посмотрела на него и невольно сглотнула: выглядел он жутковато. Черно-фиолетовые потоки магии, как и темные с фиолетовым отливом глаза, делали его похожим на кого угодно, но только не на человека. Я моргнула — и вот уже передо мной стоял обычный Рэйвен, только чуть более серьезный и злой, чем обычно. Поймав мой взгляд, он тут же тепло улыбнулся и спросил:
— Не испугалась?
— Нет, — бодро соврала я.
Ну, подумаешь, пять-шесть раз мысленно попрощалась с жизнью за несколько минут? Все уже давно прошло. Зато теперь, когда оборотни в количестве пары десятков (и где только были, когда дилижанс двигался?!) окружили нас, готовые оберегать и защищать нас, я даже не вздрогнула. Ну оборотни, ну организованные какие, вооруженные до зубов… Собственно, ничего нового. Раньше меня бы это восхитило, но сейчас напоминало бутафорию: ну какие десятки оборотней, если Рэйвен просто сделал «Бам!» — и из врагов остались только двое? Причем не потому, что двое уклонились или отразили атаку, а потому что Его Темнейшество решил, что их стоит расспросить.
Принц же… принц с тоской обходил обломки нашего дилижанса, практически оплакивая свои сундуки с одеждой, которые теперь напоминали груду мусора. Я не смеялась по одной причине: если бы там оказались все бумаги и лекарства, которые мы общими усилиями приготовили для совета, то я бы рыдала без капли стеснения. Но когда на нас напали, именно принц защитил все материалы, благородно пожертвовав своей одеждой, о чем сразу же сообщил.
Йоранн допросил нападавших, а после лишь покачал головой:
— Исполнители. Они ничего не знают.
— Плохо, — ответил Рэйвен. — Но вполне ожидаемо. Что ж, значит, едем к светлым дальше.
Я бы сказала, что тут уместнее сказать «идем», потому что ехать было не на чем. Да и ситуация виделась мне не слишком радужной: транспорта нет, одежды нет, провизии нет, есть только охранники, едва живые от страха разбойники, да и материалы исследования.
— И что делать-то? — философски заметила я.
— Ждать.
— Чего ждать?
— Не чего, а кого, — вежливо поправил меня Йоранн. — После такого светопреставления и переполоха, что мы тут устроили, сюда просто обязан явится Светлейший, ответственный за эту территорию. Десятый Советник. А вот, кстати, и он.
    
Глава 29
Десятый советник прибыл на таком же дилижансе, как и мы, разве что размерчик этого транспортного средства был в пару раз больше. Как посмеялся Йоранн, видимо, наш светлый союзник истово верил, что все нападающие останутся в транспортабельном виде, а потому выделил и для них место. Принц лишь презрительно фыркнул:
— Наивный светлый, хоть и вежливый. Как будто когда-то у нас нападающие оставались целиком…
— Ваше Высочество… — Рэйвен покачал головой. — Не забывайте, что ученые и обычные жители наших земель к подобной жестокости не привыкли, старайтесь выражаться мягче.
Угрожающе так покачал, что, в принципе, царственную особу ничуть не смутило:
— А я разве не мягко выразился? Обычно после них вообще ничего не было, а так я все смягчил и преувеличил.
Рэйвен, судя по всему, снова хотел прикрыть мне уши — просек как-то мою по-иномирски чувствительную натуру, но я лишь улыбнулась и тихо произнесла:
— Все в порядке.
Принц просто шутит, шутки у него такие. Давай, Лерия-Валерия, повтори это про себя десять раз, самоубеждение у меня всегда хорошо работало! Я же уже пробовала так, правда? И когда дама сорока лет приходила жаловаться, что ректальные свечи на вкус ужасны, и когда в мази от китайской фирмы не обнаружилось пыли зубов китайских тигров (вопиюще, да? Особенно с учетом того, что никаких тигров при изготовлении использовать не предполагалось), я всегда про себя повторяла, что все это — шутка юмора. Не про себя, правда, приходилось повторять инструкцию, но это уже мелочи. Вот и сейчас все вышло отлично: вот же принц-шутник!
Дилижанс подъехал и медленно остановился в паре метров от нас. Оттуда вышел высокий мужчина неопределенного возраста в белом… фраке. Огляделся, махнул длиннющим светлым хвостом (прям на зависть девицам из русских сказок), улыбнулся и чуть разочарованно произнес: