Платформа

– И что Бейл был прав с самого начала. – Охваченная тревогой, Рейзер подошла к окну. За ним гнал бумажки по раскиданному мусору ветерок, мигал свет в окнах ячеечника напротив. Фонари на дальней стороне не горели. Когда Рейзер пришла сюда, они еще работали. Но это был Форпост, да к тому же и не самая ухоженная его часть.
Дельта помолчала, прежде чем сказать:
– Я изучила действия команды наблюдателей. Они проверяли размещение камер и их обзор, в этом ничего плохого нет. Но если взглянуть на то, как проверял покрытие Десис, становится очень интересно.
– Если они проверяли уличные камеры, – прервала ее Рейзер, – могли они обеспечить невидимость Флешика в Форпосте? Найти ему дорогу?
– Да, конечно, это один момент, – ответила Дельта. – Есть и другой.
Рейзер поймала себя на том, что наклоняется ближе.
– Камеры не засняли Таллена по пути туда, где на него напали. Когда мы отчитывались, это никому не показалось значимым. Форпост не весь покрыт камерами, и не все камеры работают постоянно. Чем, как ты и говоришь, можно объяснить также невидимость Флешика. Но послушай вот что. У Таллена была привычка поздно вечером ходить к морю. – Теперь Дельта не спешила. – Он делал это почти каждый вечер. Но за несколько дней до тех событий камеры, расположенные вдоль его маршрута, отрубились и не работали еще долго. – Она указала на экран. – Странно, но из статистики не выбивается.
– И?
– Я говорила с Навидом, расспрашивала его о Бейле, и вдруг он ни с того ни с сего начал рассуждать о коррупции.
– Какое отношение это имеет к Таллену?
– Потерпи. Навид не говорил мне, что Бейл ошибался. Он давал понять, что происходит что-то более серьезное. И советовал быть осторожнее.
– Навид куплен?
– Не уверена. Кажется, это такая крупная хрень, что им его и покупать не надо. Но он не дурак.
Рейзер покачала головой.
– Что-то по-настоящему крупное вряд ли затронет Хлад. Ты уж извини, но между верхушкой и дном – слои и слои денег и власти, а Хлад – определенно жопа Системы.
– И тем не менее у нас тут ядро и сарки. Все знают, что платформы финансирует Шепот. А Шепот, наравне с «ПослеЖизнью», – самая могущественная организация Системы.
– Но «ПослеЖизнь» и Шепот сосуществуют, – возразила Рейзер. – Ни тем ни другим не нужно пачкать руки, если они чего-то хотят, и ни тем ни другим не нужно вступать в конфронтацию.
– Однако Навид намекнул мне, что здесь случилось что-то серьезное. И что нужно держаться от этого подальше.
Они посидели в тишине.
– Десис проверял камеры вдоль маршрута Таллена за несколько дней до нападения, – сказала Дельта. – Это кажется бредом, но, если взглянуть на все, что вело к инциденту с Флешиком, на все, что должно было сложиться, чтобы он произошел, Десис был к этому причастен.
Рейзер вздохнула.
– И чем кончается эта история?
– Не знаю. Я не вижу твою линию. Но ты в этом участвуешь. Так о чем же ты молчишь?
– Я правда не знаю. Все более-менее так, как я тебе говорила. Меня привела к Бейлу моя программа. И к Таллену, кстати, тоже, что очень странно. Я не знаю, почему. Правда. А теперь мне сказали снова связаться с Талленом.
– Ну, Таллен на платформе, так что это тупик. Жалко.
– Да. Тупик. – Рейзер посмотрела на цветы. – Зачем кому-то убивать Таллена?
– Не представляю. Он был одинок. Никаких родственников, всего парочка собутыльников, и с женщинами отношения не складывались. Мертвая жизнь. – Она посмотрела на Рейзер и спросила: – Так почему тебе указали на него? С Бейлом-то ясно, но Таллен?
– Не знаю. Я понимаю, почему мне велели связаться с ним сейчас, после всего, что случилось, – как же, такая история, – но до этого… – Она пожала плечами.
– Не то чтобы ты могла с ним теперь связаться, конечно, – сказала Дельта.
Рейзер не отвела взгляда.
– Конечно. Ты это уже говорила.
– Это невозможно, – повторила Дельта и долго ждала, прежде чем добавить: – Этот твой ИИ начинает казаться довольно страшненьким.
– Мне тоже, иногда, – сказала Рейзер, пытаясь улыбнуться. – Он меня гоняет по всей Системе. Кто знает, что распалит любопытство ИИ?
– Что ж, значит, он не идеален. Может, он – человек. – Дельта улыбнулась так же криво, как и Рейзер, встала, прошла на кухню и спросила: – Ты пьешь старманьяк?
– Не часто. Да.
– Это Бейл мне добыл. – Дельта вернулась с маленькой плоской бутылкой из зеленого стекла, поставила ее между собой и Рейзер вместе с двумя невысокими стаканами и разлила старманьяк так, что он заколыхался у самых краев. Она подошла к занавесу и снова его отодвинула, озарив комнату светом аквариума. – Мы с ним смотрели на рыб, и пили, и болтали. Одни из лучших моих воспоминаний. – Дельта подняла стакан, не пролив ни капли, и посмотрела на аквариум сквозь старманьяк. – Бейл был таким засранцем. – Она вытерла щеку пальцем, слизнула с него слезы и выпила стакан залпом. – Он мог превратить самый худший день в лучший. А потом обратно. Расскажи мне о своей работе.
Рейзер осторожно подняла стакан и выпила.
– Я разговариваю с людьми, чтобы узнать их. ИИ неплохо меня изучил, знает, какие характеры мне нравятся. Я создаю из этого рассказы для одного из ПараСайтов.
Дельта наполнила оба стакана – быстро и до краев.
– И все? – Она осушила свой.
– Все? – Рейзер выпила, потом взяла бутылку и стала разливать; рука у нее была неверная, и в стаканах осталось немного места. – Я не занимаюсь больше ничем. Иногда мне кажется, что меня вообще не существует. Я путешествую, я разговариваю, я пишу. То, что не умещается в рассказ, перекидываю Синт. Это мой ИИ. Я с ней больше разговариваю, чем с кем-то еще. – Она выпила залпом и поморщилась от жжения. – Я слишком много знаю о людях. Это не очень хорошо.
– А что ты знаешь о своем ИИ? – Дельта быстро осушила стакан и налила им еще по одному, ровно и умело, не отводя взгляда от Рейзер.
– «ПравдивыеРассказы» – это хранилище опыта. Один из ПараСайтов, висящих на «ПослеЖизни», как «МедСваха», «ИгроСборище», «ВСексе»… – Рейзер проглотила старманьяк.
Дельта выпила свой.
– И «ЗвездныеСердца».
– Да.
– Но «ЗвездныеСердца» ты не назвала. – Дельта взглянула на свою стенную мониторию. На сером мигал новый, багровый, огонек.
– Что это? – спросила Рейзер. – Ты говорила, что не будешь вести запись.
– Я не веду. Это камеры дурят.
– А что значит красный огонек?
– Одно из двух. Скорее всего, вырубилась уличная камера. В двух улицах отсюда. – Дельта снова налила два стакана. Рука у нее едва заметно дрожала.