Туманная радуга. Том 1

Встретив племянницу на пороге, тетка не на шутку разволновалась.
— Вероника, что случилось?? С тобой все в порядке? — уперла она руки в боки. — Боже, а что с твоей курткой?? Это сделал Тимур?
— Все в порядке. Я просто подралась.
— С кем? С Тимуром?? — запричитала тетка. — Да я его изничтожу! Клянусь богом, я убью его и всех, кто с ним связан!
— Не надо. С Тимуром покончено. Гештальт закрыт.
Вероника юркнула в свою комнату и закрыла дверь. Ей неизбежно придется все рассказать неугомонной родственнице, но сначала неплохо бы просто успокоиться.
 
Позднее, сидя на кухне и аккуратными стежками зашивая пуховик, Вероника поведала Ритке всю историю целиком.
— Так мне, дуре, и надо, — заявила она под конец. — Понятно же было, что Мальцева что-то замышляет, но нет, я все равно поперлась на пруды! Теперь вся школа думает, что я дралась с ней из-за Тимура! Так стыдно мне еще никогда не было. Я самая дурацкая дура из всех возможных дур.
— Куда в более худшем свете себя выставила эта Мальцева, — возразила тетка. — Хотела унизить тебя в глазах Тимура и всей школы, позвала всех посмотреть на драку, а в итоге сама же и получила. Я не одобряю драки, но с твоей стороны эта была самозащита. А еще ты вовремя поняла, что во всем виноват Тимур, и наконец бросила его. Ты сделала все правильно. Я тобой горжусь.
Вероника еще не до конца осознавала происходящее, но тетка была права — главным виновником этой драки определенно был Тимур. А Влада просто оказалась такой же набитой дурой, как и сама Вероника, раз решила, что за него стоит бороться.
Недостающие фрагменты драки начали всплывать в памяти девушки и складываться в общую картинку, словно гигантский паззл. Когда Кирилл Шумейко объявил ее победительницей, и она поднялась на ноги, Тимур стоял неподалеку и принимал поздравления от парней. Те хлопали его по плечу, благодарили за «прекрасный бой» и желали почаще стравливать красивых девчонок между собой, ведь это так весело. Его глаза горели. Он был словно римский император, чей раб только что одержал победу в кровопролитном бою, всласть потешив знатную публику. Тимур не чувствовал за собой никакой вины, он лишь упивался своим положением.
«Надеюсь, у Влады хватит ума послать его куда подальше, как это сделала я», — подумала девушка.
 
***
На столе в комнате Вероники по-прежнему стояли цветы, которые подарил Тимур. Они завяли еще пару дней назад, но она все никак не решалась их выкинуть. В субботу вечером она наконец отправила их в мусорное ведро. На ручке шкафа висел ее школьный рюкзак с прицепленным на нем меховым брелоком, который тоже пришлось снять.
— Прощай, Павлик, — скрепя сердце сказала Вероника и убрала брелок в шкатулку.
Еще следовало бы удалить аватар с Диего, который стоял у нее на странице уже почти три недели. Она не могла смотреть на это фото без слез.
На тумбочке возле кровати лежал начатый свитер, а на нем — спицы и мотки шерсти. От всего этого тоже придется избавиться. Девушка присела на пол и разрыдалась.
 
— Гош, скажи, есть ли какой-нибудь универсальный прием, который позволяет сразу понять, хороший парень или нет? — спросила она у тетки в воскресенье утром. — У тебя же как-то получается. Ты отшила всех парней, которые казались нормальными, а сейчас пьют, колотят своих жен, играют на ставках, или все это вместе. Как тебе удалось понять, что с ними что-то не так?
Веронике больше не хотелось ошибаться в людях и видеть в них только хорошее. Это было слишком болезненно. Ее глаза опухли от слез, она просто не могла поверить, что все кончено. А самое страшное — она всеми силами пыталась оправдать Тимура, чтобы можно было простить его и вернуть все, как было.
«Возможно, он был сильно пьян и не понимал, что происходит, — размышляла она, — а сейчас ему тоже плохо и стыдно, как и мне?»
Она придумала тысячу отговорок, оправдывающих его поведение, но все они были слабы перед фактами. Ей нужно было одно железное подтверждение, которое уничтожит все надежды на его счет и даст возможность жить дальше.
— Я не могу это объяснить, — ответила Ритка. — Ты просто чувствуешь, что что-то не так, и все. Срабатывает какая-то внутренняя сигнализация. Я называю это детектором мудаков. Хотя погоди… — Нахмурившись, она закусила длинный, лакированный ноготь большого пальца. Спустя мгновение, ее лицо озарила идея: — Есть! Общаясь с парнем, всегда представляй, что ты — это твоя дочь. И все его действия направлены на нее, а не на тебя. Каждый раз, когда он что-то говорит или делает, задавай себе вопрос, понравилось бы тебе, если бы так поступили с твоей дочерью? Это универсальный способ сходу выявить нехорошего человека. Работает безотказно.
Теткин совет действительно был прекрасен. Лежа перед сном в своей кровати и глядя на причудливые тени на потолке, Вероника много думала обо всем, что произошло с ней за прошедшие три недели, и пришла к неутешительным выводам насчет Тимура. Да, он веселый, воспитанный и не злой парень, но он ни капельки ее не любил. Он никогда не интересовался ей, как человеком, ничего не хотел знать о ее увлечениях и семье. Ему просто нравилось лицезреть красивую девушку рядом с собой, а когда она отказалась с ним переспать, тут же переключился на другую. Стравил двух влюбленных в него дурочек друг с другом, а сам уселся на трон в ожидании, кто же в итоге одержит верх.
Веронике была отвратительна сама мысль о том, что все то чистое и светлое в ее сердце Тимур без сожаления замарал своим тщеславием. Ей было паршиво от мысли, что она по-прежнему его любит, сколько бы ни пыталась переубедить себя в обратном. Но теперь эта любовь была черной, мрачной и больной. Она начала медленно гнить где-то внутри, отравляя все вокруг себя.
    
Шесть черных меток
Наступил понедельник. Сидя в автобусе на пути в школу, Вероника вчитывалась в слова книги, которую ей с утра всучила Ритка. Книга была об эмоциональном здоровье подростков, но девушку интересовала только глава о подростковой любви и возможных психологических травмах, связанных с ней. Тетка пометила эту часть, как наиболее важную. В ней говорилось, что подростки склонны идеализировать объект своей влюбленности, преувеличивать серьезность проблем в отношениях с противоположным полом и воспринимать неразделенную любовь, как трагедию вселенского масштаба. Дальше речь шла о роли родителей и психологов, которые совместными усилиями могут помочь подростку справиться со всем этим и вернуть ему прежнюю радость жизни. В конце главы было сказано, что важно донести до сына или дочери, что впереди его ожидают проблемы посерьезнее, и он должен быть морально к ним готов.
«Ничего страшного не произошло, — успокаивала себя Вероника. — Ты немного подралась, а еще теперь у тебя нет парня. Только и всего. Это не конец света. Дальше твои дела пойдут еще хуже, а все, что происходит сейчас, ты будешь вспоминать со смехом!»
Все это ничуть не успокаивало, а вводило в еще большее уныние.