Три подруги и таинственный жених
Нереиды являются олицетворением морской стихии, фактическим одним целым с ней, а потому в определенном смысле владеют магией воды. И так случилось, что Макс увидел, как я использую её. Произошло это за городом, во время одной из наших многочисленных студенческих вылазок на природу. Макс тогда отправился с нами в поход, хотя студентом уже не являлся. Но ему явно не хватало той простоты общения и той легкой беззаботной атмосферы, присутствующей, когда ты молодой, родители оплачивают все твои счета и у тебя вся жизнь впереди.
Мы прошли за день больше пятнадцати километров, очень устали и решили сделать привал возле озера, отличавшегося кристальной прозрачностью воды. Но как выяснилось, вода была не только очень чистой, но и очень холодной. Некоторые ребята тут же бросились в озеро в то время, как другие разбили невдалеке лагерь, а после начали разводить костер и готовить обед. Меня попросили набрать воды в котелок для того, чтобы заварить чай. Я направилась к каменистому берегу, как вдруг услышала обрывающиеся вскрики и захлебывающееся бульканье. Недолго думая, а точнее, вообще не думая, я бросилась в воду, вытащила уже потерявшего сознание парня на берег и раскрыв ладонь над его ртом, призвала магию, заставив воду из его легких выплеснуться наружу.
— Никогда не видел, чтобы кто-то так быстро плавал, — прозвучало над моей головой. Я подняла глаза и увидела стоящего рядом Макса. По его лицу я поняла, что он все видел. — Я никому не расскажу. Обещаю.
И обещание он своё сдержал. Мы обсудили эту тему лишь раз. Макс спросил, кем я являюсь, много ли таких, как я и существуют ли другие, обладающие магией. Я рассказала всё, что можно было знать человеку без риска сойти с ума от понимания того, что мир устроен далеко не так, как ему казалось, что монстры реальны и обитают не только под кроватями.
На удивление друг, тогда еще не являвшийся моим начальником, воспринял эту информацию достаточно легко. Запой продлился всего четыре дня и окончился капельницей, а не теплыми объятиями санитаров. Пережив мучительно отрезвляющее похмелье, Макс поклялся больше никогда не пить, а я спросила, считает ли он меня чудовищем.
— У тебя есть рога? — икнув, спросил парень хриплым голосом, выглядя так, словно по нему проехался самосвал.
— Они есть у бесов, у меня — нет, — попыталась я улыбнуться, внутренне содрогаясь от страха услышать «да, ты чудовище, видеть тебя больше не хочу».
— А копыта? — продолжал пристально глядеть на меня друг.
— Я же не корова, — пожала я плечами.
— А хвост?
— Ты путаешь меня с русалками, это у них есть хвосты. А я — нереида. Мы рождаемся с ногами, руками и прочими присущими людям физиологическими характеристиками.
— То есть, рыбьего хвоста у тебя нет? — уточнил Макс и, не отрывая от меня внимательного взгляда, потянулся к бутылке с водой и чуть не свалился с койки.
— Хвоста нет, плавников нет, жабры также отсутствуют, — отчиталась я, ловя друга и придерживая его под локоток.
— Но как ты так быстро плаваешь? Ты промчалась по воде, словно пуля, — он сделал глоток, судя по лицу, отчаянно борясь с тошнотой.
— Магия, — просто пояснила я, понимая, что более трудные пояснения он сейчас просто не сможет усвоить.
С тех пор прошло несколько лет. И вот теперь друг и по совместительству работодатель смотрел на меня требовательным взглядом, явственно давая понять, что я ему кое-что задолжала. Я с такой позицией была не согласна, но выяснять отношения при посторонних не хотелось.
И тут заговорила Мари, очевидно решив, что прятаться подмышкой у Макса не самая лучшая жизненная стратегия:
— Когда мы с Элли говорили по телефону, она сказала, что собирается в ночной клуб со своим новым другом. Меня это озадачило, потому что сестра не из тех, кто легко заводит друзей. Поклонников у неё всегда было много, но ей трудно сходиться с людьми настолько близко, чтобы это можно было назвать дружбой.
— Имя нового друга она называла? — мне стало интересно, потому что вдруг кое-что напомнило.
— Нет, — горько покачала головой Мари. — Она лишь сказала, что парень недавно в городе. Полицейские задавали мне тот же вопрос. И я ответила им тоже, что и вам. Тогда они спросили, где телефон сестры, потому что они не смогли найти его в квартире.
— Мари, — обратилась я к девушке с неожиданной просьбой. — У вас есть фотографии сестры? Я хотела бы увидеть самую последнюю из них.
— Да, — кивнула девушка и достала из кармана брюк телефон. — А зачем вам?
— Просто покажите, пожалуйста, — попросила я, сохраняя внешнее спокойствие.
Мари что-то там потыкала в смартфоне, а после протянула аппарат мне. Я привстала, забирая его, а после села обратно и взглянула на экран, с которого лучисто улыбались две молодые и красивые девушки. Мари не узнать было невозможно, а стоящая рядом с ней девушка определенно приходилась ей родственницей. Такая же высокая и такая же фигуристая, но чуть более молодая копия Мари. Та же посадка головы, такой же чуть томный взгляд, такая же манера немного выставлять вперед правое бедро. Ну, а про цвет волос и черты лица можно было вообще не упоминать.
— Вы — старшая сестра, верно? — Мари кивнула, пристально наблюдая за мной. — Какая у вас разница в возрасте?
— Три года. Два месяца назад Элли исполнилось двадцать два.
Я кивнула, принимая информацию к сведению и возвращая девушке её телефон.
— Чем она зарабатывала на жизнь?
Подружка босса заметно смутилась.
— Понимаете…, - начала она издалека.
— Понимаю, — у меня не было ни времени, ни желания рассусоливать. — Я всегда всё понимаю, но хочу услышать чёткий внятный ответ. Оправдания меня не интересуют. Так на какие деньги существовала ваша сестра? Судя по квартире, а также по нескольким брендовым вещам, валявшимся в прихожей, она не нуждалась в деньгах. И часто посещала злачные заведения, вроде баров и ресторанов.
— Откуда такие выводы? — не остался в стороне Макс.
Я поморщилась от необходимости объяснять очевидные вещи, но все же ответила:
— Если бы ты включил мозги и выключил то, что пониже экватора, то тоже заметил бы, что у неё в кухне чище, чем в операционной.
— Может быть, она просто очень чистоплотная, — парировал босс. — Не стоит всех судить по себе.
Я проигнорировала этот выпад.
— Итак?
Мари во время нашей кратковременной перепалки молчала, продолжая комкать непонятно откуда взявшийся платок.
— Последний год Элли работала певицей, — наконец, выдавила из себя девушка.
— Что-то я не видела её на концертных афишах, — хмыкнула я.
— Она не входила в число отечественных знаменитостей. Пела в основном в барах, ночных клубах, на свадьбах и юбилеях. Мне не особенно нравилась эта её работа, как и нашим родителям. Но Элли всё устраивало. Она тусовалась ночи на пролёт, днем отсыпалась и со временем очень сильно отдалилась от семьи. В какой-то момент, я заметила, что она стала выглядеть хуже и решила, что это из-за неправильного образа жизни. Но она ничего не хотела слушать и лишь отмахивалась от всех моих просьб изменить свою жизнь. А потом… я зашла к сестре домой в её отсутствие, мне нужна была юбка, которую она у меня одалживала. На кресле лежали сваленные в одну кучу вещи, и я решила вначале поискать там. Взялась за спортивную куртку, лежащую сверху и вдруг из кармана что-то вывалилось. Маленький пакетик, а внутри белые таблетки.