Три подруги и таинственный жених

— Ладно, ладно, — быстро согласился мужик. — Мне их один друг дал, так сказать, по бартеру. Сказал, хорошая штука, мозги расслабляет, но привыкания не вызывает. Я отложил их до лучших времен, а потом Ниса пришла. Мы с ней разговорились, она сказала, что много работает, тренируется и сильно устает, вот я ей их и предложил.
— Предложил? — переспросила я. — Просто так? Исключительно из человеколюбия и стремясь помочь ближнему своему?
— Да, да, все так! Вот вам крест! — воскликнул Клим и для верности перекрестился.
Мы с Нисой переглянулись.
— Тащи веревку, будем вешать, — скомандовала я.
Но не успела Ниса пошевелиться, как Клим тут же вцепился в неё с диким воплем:
— Нет! Не надо! Я же все рассказал!
— Не все, — зашипела я, склоняясь к его лицу. — Далеко не все. Ты не рассказал, кто приказал тебе подсунуть именно Нисе эти таблетки?
— Никто, никто не приказывал, — замотал головой Клим с такой силой, что я еще чуть-чуть, и она бы отвалилась.
— Веревку! — потребовала я.
— Хорошо, хорошо! — закричал Клим и едва не забился в судорогах. — Я скажу! Я все скажу!
— Быстрее, пока у меня не кончилось терпение, — зло прищурилась я.
— Захар! Меня попросил об этом Захар! — заорал мужик, сжимаясь в комок. — Я ему денег должен, а он пообещал, если выполню задание — простит долг!
— Тааак, уже интересно, — протянула я, отходя назад. — Захар… почему это имя кажется мне знакомым?
— Мне, кстати, тоже, — заявила Ниса. — Такое ощущение, словно я недавно где-то его уже слышала.
— Кто такой Захар и где его найти? — повернулась я к хозяину квартиры.
— Фамилию и домашний адрес я не знаю, — тут же заявил Клим, глядя на нас исподлобья. — Но знаю, где он часто бывает.
— И где же?
— В “Арт-Бульваре”, это выставочная галерея в центре. Захар художник, в последнее время он хорошо поднялся, его картины покупают даже иностранные коллекционеры.
Едва услышав название галереи, мы с Нисой изумленно уставились друг на друга.
— Я поняла, откуда мне известно это имя, — проговорила я.
— Я тоже, — кивнула Ниса.
И не сговариваясь, мы рванули на выход.
— Когда ты последний раз разговаривала с Фирусой? — спросила я, сбегая вниз по лестнице.
— С тех пор, как мы оставили её в твоей квартире — ни разу, — торопилась за мной Ниса. — Я ей звонила, но она не взяла трубку.
— Черт, черт, черт! — ругалась я, вылетая из подъезда.
— Ты же не думаешь, что Руся в этом замешана? — закусывая губу, нерешительно взглянула на меня Ниса, когда мы уже сидели в машине.
— Нет. Я не верю, что она была в курсе происходящего, — ответила я, хотя и понимая, что всеми силами стараюсь игнорировать очевидное.
— Да, — решительно кивнула Ниса. — Да, она ведь наша подруга. Зачем ей идти против нас?
И мы замолчали, думая каждая о своем. К моему дому подъехали также молча, и молча поднялись на этаж. Я провернула ручку, но она не поддалась, чему я не удивилась. И Руся, и Ниса знали, где у меня хранились запасные ключи. И вполне естественно, что, уходя, подруга ими воспользовалась.
В квартире царила тишина, а задернутые на окнах шторы создавали полумрак.
— Что-то не так, тебе не кажется? — почему-то зашептала Ниса.
— Не нагнетай, — отрезала я. — Что здесь может быть не так?
— Не знаю, но я вот позвоночником чую что-то плохое, — продолжала шептать подруга, чуть приседая в коленях и пытаясь заглянуть за углы.
— Тогда угомони свой позвоночник и попроси его не психовать по каждому поводу, — проговорила я и тут же замерла, успев дойти до кухни.
Видимо, что-то отобразилось на моём лице, потому что ко мне тут же подскочила Ниса с вопросом:
— Что? Ты что-то поняла?
— Запах, — с трудом выговорила я, чувствуя, как темнеет перед глазами. — Газ. Кто-то включил газ.
И я начала падать. Последнее, что успел зафиксировать мозг — то, как Ниса рванула к окну и попыталась открыть створку, но она почему-то не поддавалась…
Не знаю, сколько я пробыла без сознания. По ощущениям, не дольше пяти минут, но пробуждение было таким болезненным, словно моё тело выходило из продолжительной комы. И первое, что я услышала, были ругательства.
Ругалась Ниса. Изощренно и с творческим подходом к делу.
— Семь верст тебе на верблюде через тайгу! Да чтоб тебя макаки цейлонские сожрали! Глиста ты глазастая!
Я попыталась пошевелиться, но не получилось. Дернулась — и подо мной что-то заскрипело. Подняла голову, но перед глазами все плыло.
— Эта тоже очнулась, — проговорил незнакомый мужской голос.
— Принеси ей воды, — попросил другой и вот этот…
Этот голос я бы не спутала ни с чьи другим.
 
    
Глава XXXII
Спустя немного времени я проморгалась и поняла, что сижу на стуле, будучи привязанной к нему веревками. Напротив, в аналогичном положении, сидела Ниса, с её щеки свисал кусок скотча, на руках и ногах красовались наручники.
На моих запястьях болтались такие же и кожу под ними неприятно покалывало. Последнее означало, что «браслеты» были произведены из заговоренного ведьмой серебра, блокируя магию.
— Зря вы ей рот открыли, — проговорила я, обращаясь к себе за спину. Судя по родной обстановке, мы все еще находились в моей квартире. Я сидела лицом к зашторенному окну, а владелец узнанного мной мужского голоса расположился на моей кровати. И судя по тому, что сквозь полотна штор уже не пробивался дневной свет, в компании гостей мы пребывали уже не первый час.
— Да уж сами сообразили, — проговорил голос. — Но пусть уж лучше болтает, чем мычит, словно корова не доенная. Так хоть меньше раздражает. К тому же она даже забавная.
— Согласна, — помотала я головой, пытаясь вытряхнуть остатки дурмана из головы. — По поводу забавности. Только не сводите с неё глаз. Знаете, она очень беспокойная, может выйти в магазин за хлебом, а в итоге оказаться в составе алкотура по дороге в Пуэрто-Рико.
— Я учту, — рассмеялся голос. Послышался шорох, глухой звук шагов и из тьмы в круг света, создаваемый настенным светильником, вступил мужчина. — Здравствуй, Ди.
— Здравствуй, Гриша, — ответила я, рассматривая молодого мужчину. Небрежно зачесанные назад волосы, простая белая футболка, исключительным образом подчеркивающая хорошее телосложение и светлые джинсы. Он был похож на студента-выпускника на летних каникулах.
— Вода закончилась, поэтому я принес молока, — заговорили сбоку.
Я повернула голову и увидела молодого парня, направляющегося ко мне с чашкой в руках.