Ночь со зверем

— Хочешь чего-нибудь?
— Притащи этого чертового мясного рулета из кухни, — прорычал. — Есть хочу дико. И кофе. Пожалуйста.
— Хорошо, — устало выдохнул он.
— А вообще — езжай домой, — повысил голос ему вслед.
Но он сделал вид, что не слышит.
— Что у вас там произошло? — вернулся с заказом на подносе. — Стул перевернут.
— Потерял сознание, — сообщил, не отрываясь от монитора.
Он тяжело вздохнул. И я понадеялся, что ретируется, но зря.
— Я не выпущу тебя отсюда, Хант.
Я поднял глаза и уставился на Уилла вопросительно. Он стоял, полный решимости, оперевшись на стол.
— Ты сегодня убил Маппи. Весь город на ушах. Тебе надо залечь и вылечится. Не пойдешь же на работу с простреленной рукой.
— Думаешь, будут искать, как Золушку? — усмехнулся. — А если вообще не появлюсь?
— Это не так подозрительно. Кину в сеть твои фото в саду в шезлонге с Айвори под боком, и все будет нормально…
Мы немного помолчали.
— …Этот цербер президента, — вздохнул он. — Он мне не нравится.
— Куда ж без них? — пожал я здоровым плечом.
— Давай кончать это, — вдруг посмотрел на меня решительно. — Ну правда, Эйдан. Погибших не вернуть…
— Будут новые…
— Ты не должен отдавать свою жизнь. Тебе было больно, и я же не слепой — понимаю, что тобой движет. Но теперь все поменялось. Ты нужен нам. Здоровый и счастливый, а не мертвый. За этот год Уарлой Вэллей не узнать, и сложно представить, как было бы без тебя. Надо выбрать жизнь. — Он повел рукой в сторону гостиной. — У тебя есть Айвори…
— Ты имеешь в виду договор, который я вынудил ее подписать? — усмехнулся. — Ну тогда да, точно есть…
— Хватит ныть, а?! — ощерился он. — Возьми себя в лапы и исправь все. Она не бросила тебя сегодня, примчалась спасать, таскала по кухне… Все можно исправить.
— А как мне исправить ее ребенка, Уилл?
— Ты смог выдержать без нее год, — возмутился он. — Ты — самый невероятный сукин сын со стальным хребтом, я таких никогда не встречал. Сможешь примириться и с ребенком, я уверен.
Я отвел взгляд в монитор, чтобы он не заметил… что мне захотелось повестись на его пламенную речь. Но казаться железобетонным проще, чем быть таким на самом деле.
— Неси сюда зад, — вооружился Уилл шприцем.
— Я сам могу.
— Не откажи мне в удовольствии.
Я усмехнулся, подчиняясь. На самом деле заводить вокруг себя столько желающих помочь и одновременно оставаться тем, кем я есть сейчас, невозможно. С очередным вздохом пришла мысль, что нужно оставить Айвори в покое. Как и Уилла. Управление компанией — не такая хитрая наука, все ключевые партнеры с ним знакомы, включая президента Смиртона.
— Уилл… Завтра с утра приезжай на учебу, будешь принимать дела.
Мне показалось, или он всадил шприц с особенной жестокостью?
— Завтра не могу, — прорычал, вытаскивая иглу. — Ты будешь отдыхать весь день и есть стейки с кровью. А за неделю с компанией ничего не случится.
Оставалось только стиснуть зубы. Хорошо… Неделя, значит.
— Подбрось бревен в камин.
— Да спят они уже давно, — огрызнулся, имея в виду Айвори с ребенком.
Ладно. Время поверить ему в «стальной хребет». Неделю я точно выдержу.
 
* * *
Утром я прокралась на цыпочках в гостиную, но дом молчал, не давая подсказок, как провел ночь Эйдан. На кухне не обнаружилось следов нашей вчерашней борьбы за его гемоглобин — кто-то все убрал. Мясной рулет исчез, а на столе лежала записка от Уилла с предписаниями доктора и просьбой проконтролировать их соблюдение.
Тут было бы самое время открыть контракт и настучать им всем моими обязанностями… Но вопреки здравому смыслу, я направилась на цыпочках в спальню Эйдана и после короткой борьбы со страхом осторожно нажала на ручку.
Эйдан спал полусидя на подушках с закрытым ноутбуком на коленях. Раздеться не удосужился или, что более вероятно, не смог. Я уже собиралась ретироваться, но в голову пришло, что надо измерить температуру — мало ли что там с ним после вчерашнего. Хотя бы лоб потрогать…
Облизав пересохшие губы, я направилась на носочках к мужчине, чувствуя, как разгоняется сердце.
— Я не кусаюсь, — вдруг усмехнулся он, а я вздрогнула.
— Температуру хотела проверить… — собралась ретироваться.
— Проверяй, — он открыл глаза.
Пришлось довести дело до конца. Я приблизилась и коснулась его лба, но он вдруг так болезненно нахмурился, что тут же одернула руку:
— Тебе больно?
— Нет, — скользнул затуманенным взглядом по моему лицу. — Тебе нравится тут?
— В смысле? — опешила.
— Нравится дом?
— Нравится, — выдохнула растеряно.
— Хочешь тут остаться?
Я уставилась на него непонимающе… и приложила ладонь снова. Может, он бредит?
— Точно не больно? — уточнила серьезно, вглядываясь в его лицо. Лоб был мокрым и холодным.
Он знакомо усмехнулся:
— Я выкарабкаюсь.
— Хороший план. Хочешь что-нибудь?
— Нет, — уставился на меня хорошо знакомым режущим взглядом, который говорил совершенно противоположное. Хочет.
— Ты на завтрак что ешь?
Теперь он смотрел на меня с удивленным ехидством:
— Я не привередлив. Но Уилл грозился стейками…
В двери постучали, и я вопросительно глянула в ее сторону.
— Откроешь? — Эйдан отложил ноутбук и спустил ноги с кровати.
На пороге стоял охранник с пакетами:
— Доброе утро, — поприветствовал. — Доставка еды.
Я развернулась на пятках с пакетами, но едва не влетела в грудь Зверя.
— Ходишь, — констатировала недовольно. — Есть скотч?
Он вопросительно вздернул бровь, пытаясь забрать у меня пакеты.
— Примотаем к тебе пару подушек, — обогнула его и направилась в кухню. — На случай, чтобы лицо не разбил, когда будешь падать в обморок…
— А где твой ребенок? — оперся он о дверной проем.
— Спит, — водрузила оставленные охранником пакеты на стол. — Сядь, пожалуйста… Ты что, работал всю ночь?
Я понимала, что это не мое дело. И вообще он — не мое дело. Пусть нанимают сиделку, какого черта я вожусь с ним? Но стоило обернуться, вопросы исчезли. Я больше не видела того мудака, с которым подписала договор. Эйдан снова походил на того загнанного и униженного пленника, каким я видела его год назад.