Гарри Поттер и вежливые люди (СИ)

- ТАК ТОЧНО!!!
- Тогда разойдись!
В своей казарме Гарри внезапно увидел знакомое лицо.
- К…Крумов? Виктор Крумов?
- Поттер? Гарри? И ты здесь? – на лице широкоплечего болгарина была ясно видна крайняя степень удивления. – Как ты здесь оказался?
- Призвали.
- И меня, брат, тоже призвали. Только ЗДЕСЬ ты как оказался, то есть в Союзе?
- Это долгая история. Помнишь же наш замок, приезжал же четыре года назад.
- Ну да, помню. Только не очень хорошо. Дома, в Габрово, мне объяснили, почему – чужое колдовство даром не прошло.
- А у меня еще больше причин нехорошо отзываться о Хогвартсе.
- С чего бы вдруг?
- С того, что, когда я вернулся на пятый курс, премудрый директор в очередной раз приготовил кучу неприятных сюрпризов.
- Так Дамблдора же повесили два года назад, уж это-то я точно помню.
- Это было одним из последствий моего попадания сюда.
- Так как же тебя все-таки угораздило?
- Ты дослушай, Витя. В общем, все началось в сентябре девяносто пятого, когда к нам в очередной раз пришел новый преподаватель… – и Гарри рассказал не верящему Виктору всю свою историю за последние годы. Болгарин с двумя «лычками» младшего сержанта мог только головой кивать.
- Да уж, Гарри, помотала тебя жизнь, – сказал он, когда рассказ закончился. – Так, говоришь, теперь хотел бы кое-что кое-кому сказать?
- Да, – сказал Гарри. – Если я все же доберусь до Хогвартса, то очень бы хотел. Пускай Дамблдора уже настигла кара за все его грехи, но те, кто желал мне зла и активно его творил, там еще остались…
СССР, в/ч 53809, 12 мая 1999 года
- Дуб-три, Дуб-три, я лесхоз, как слышишь? Прием?
- Лесхоз, я Дуб-три, вас слышу.
- Видишь три сосны и серый камень под ними?
- Сосны и камни наблюдаю.
- Справа от тебя мишени, е… по ним!
- Есть!
Из-за невысокого пригорка показался массивный тяжелый танк, скребущий мощными гусеницами мерзлую землю. Повернув башню, он с грохотом выпалил учебный снаряд в сторону мишеней, указанных дежурным. Потом – еще один, и еще. Там, где стояли фанерные щиты, поднялись в небо фонтаны снега.
Сейчас, после нескольких месяцев обучения, Гарри, то есть теперь – рядовой Поттер, мог уже с уверенностью сказать, что служить в танковых войсках ему нравится. То, что рассказывал дедушка Мойше о своей службе на «ИС-2» в годы Великой Отечественной, накладывалось уже на свой собственный опыт обучения на новом «ИС-пятнадцатом». Новый танк казался чем-то несокрушимым, прочным, надежным, шестидюймовая пушка с солидным запасом снарядов внушала уверенность в собственных силах. От Виктора, служившего теперь наводчиком в том же экипаже, Гарри слышал, что есть «зверь» и еще более солидный – «ИС-20», но что это было такое, никто пока не мог объяснить.
Дни сменялись днями, зима – весной, и вот настал день отбытия в войска – приближался срок высадки. Как узнал потом Гарри, зная о непредсказуемости и жестокости британских магов, командование решило отправить в бой только новейшие машины, защита которых против заклинаний была сильнее, нежели на старых. В этом танкисты убедились сами – еще в учебке им показывали кино про то, как русские и немецкие маги проверяют на прочность новый танк.
…В тот ясный майский день танкисты грузили свои машины на платформы – отбывать в Германию. На войну.
Когда тепловоз засвистел, сдвигая эшелон с места погрузки, Гарри машинально вынул из кармана последнее письмо от Сьюзен, пришедшее неделей ранее. Глаз снова остановился на просьбе-пожелании любимой девушки – «Пообещай, что вернешься. А я буду ждать. И обязательно приду… в шесть часов вечера…»
- Эх, Сьюзен, Сьюзен… как бы я этого хотел… – снова сказал сам себе Гарри.
- Что, друг, вспоминаешь? – подошел Виктор.
- Да, Витя, о девушке своей вспоминаю. Ну, ты знаешь про нее.
- Она ж еще вроде бы в одну школу с тобой ходила.
- Так и есть, и сбежала оттуда вслед за мной.
- Видишь как! Цени ее, если она за тобой из Англии сбежала. Моя вон тоже недавно написала, что если я замешкаюсь с возвращением домой, то найдет меня где угодно. И голову оторвет, чтоб на других не смотрел.
 
- Постараемся их не разочаровать… – оба засмеялись.
Эшелон шел на запад.
Свободная Шотландия, Абердин, 26 июня 1999 года
Натужно взревев дизелем, «ИС-15» с номером 526 съехал по аппарели десантного транспорта на землю недавно освобожденного Абердина. Съехал и двинулся, вставая в колонну таких же машин, прибывших для окончательного решения британского вопроса.
На башне танка сидели Гарри Поттер и Виктор Крумов, оба в шлемофонах, и оба с интересом разглядывали землю, на которой они оба когда-то уже бывали.
Абердин встретил советских танкистов вывешенными везде и всюду национальными сине-белыми флагами, впрочем, среди сплошного сине-белого ковра иногда встречались и красные флаги, портретами коммунистических вождей и собственного, национального, Шона Коннери. Вечный «Джеймс Бонд» после того, как Волдеморт взял власть, успел укрыться в Ирландии, где был принят как товарищ по борьбе с проклятыми англичанами. Теперь же, когда север страны был уже освобожден высадившимися русскими, немцами, венграми и болгарами, Шон Коннери вернулся домой и с радостью взял власть воссозданной независимой республикой в свои руки. Платой за свободу Шотландии была передача русским и немцам военно-морской базы Скапа-Флоу вместе со всеми островами, на которых она находилась, но сия жертва была необходима.
- Ну что, Гарик, каково вернуться на родную землю? – ехидно спросил Виктор.
- Родную? – искренне удивился Гарри. – А мне что-то кажется, что родная земля для меня – это Ленинград. Потому что именно там, как оказалось, живут родные мне люди. И именно там меня приняли как своего. В отличие от здешних мест.
- Что ж, не мне тебя судить, – вздохнул Виктор. – От англичан ты настрадался достаточно.
- Вот именно. А теперь вернулся назад, чтобы кое с кем поквитаться.
- Дуб-три, дуб-три, как слышно, прием! – заорал голос командира полка в шлемофоне. – Выдвигайтесь на южную окраину, идем дальше.
- Я Дуб-три, вас понял! – ответил по рации командир их экипажа, старшина Григорий Нерубаев, чтобы тут же скомандовать своим: – По машинам!
- Что ж, поехали дальше, – вздохнул Гарри, скрываясь в башне. Виктор последовал примеру друга.
Через час танковый полк собрался на южном въезде в Абердин. Путь им лежал на юг – на Эдинбург.
Великобритания, Лондон, 28 июня 1999 года
- Ссстало быть, в Шшшотландии теперь русссссские? – прошипел Волдеморт.
- Увы, Повелитель, – согнулся в поклоне Яксли. – Абердин ими взят, и на базу Скапа-Флоу пришли русские и немецкие корабли. Поговаривают, что шотландский самоназванный правитель… как его… Шон Коннери, передал базу русским в обмен на признание независимости его государства.
- Мерсссавцсссы, – снова зашипел Волдеморт, наложив на Яксли очередной «Круциатус». – Дашшше в нашшшей ссстране мы не мошшшем быть в бесссопасссносссти! Трэверссс! Как идут переговоры ссс кусссенами?
- Кузены согласны выступить нам на помощь, Повелитель, – ответил Трэверс. – Но они связаны своей войной, ибо Конфедерация продолжает наступление.
- А сссами они воевать не пробовали?
- Пробовали, Повелитель, но так оказалось, что их армия в основном оказалась состоящей именно из южан. Так что теперь честь Севера защищают только негры. Белые северяне отвыкли воевать, предпочитая войне работу в финансовых конторах.
- Новая ариссстократия… – пренебрежительно протянул Волдеморт. – Они шшшто, сссабыли, шшшто в сссвое время отлошшшилисссь от нассс посссле долгой войны?
 
- Не могу знать, Повелитель.
- Круц… Шшшто там ссстряссслосссь? – не закончил заклинание Волдеморт, услышав сильный грохот откуда-то с востока.
- РУССКИЕ!!! ЭТО РУССКИЕ!!! – вбежал запыхавшийся гвардеец, тут же свалившийся на пол.