Кейт (ЛП)

— Знакомьтесь, Екатерина Орлова из Москвы, Россия. Ваша бабушка по материнской линии, — Деми внимательно наблюдала за мной, постукивая длинным, накрашенным наголо ногтем по фотографии.
У меня пересохло во рту, пока я изучала изображение.
— Я знаю ее, — прошептала я, когда нечеткие края давно забытых воспоминаний попытались всплыть в моем сознании. Но чем сильнее я пытался ухватиться за них, тем дальше они казались. Все, что я могла понять, это то, что я знала эту женщину и что я любила ее... когда-то.
— Екатерина, я думаю, поэтому твоя мама добавила к твоему имени Кейт. Она умерла чуть больше десяти лет назад, — продолжала Деми, — что, похоже, стало катализатором того, что вся твоя матриархальная линия была похоронена твоей матерью.
Мой взгляд метнулся вверх, чтобы встретиться с любопытным взглядом Деми.
 — Моя мама спрятала ее? Я думала... Я просто предполагала, что мой отец имеет к этому какое-то отношение.
Деми пожала плечами.
— Твой отец — кусок дерьма, без вопросов. Но это сделала сама Дебора. Я могу только предположить, что это была попытка защитить тебя от того, кто убил ее мать.
Я тяжело сглотнула.
— И от того, кто в итоге убил ее.
— Возможно, — согласилась Деми.
Никто из моих ребят не говорил, но я чувствовала их силу и поддержку, как осязаемую вещь. Я была рада, что не буду постигать эти истины в одиночестве.
Сдвинувшись на коленях Арчера, я потянулась, чтобы перевернуть страницу. На следующем листе была фотография незнакомого мужчины. Он был моложе Екатерины, но и выглядел намного старше.
— Абель Виттенберг из Претории, Южная Африка. Твой дедушка. Умер, когда твоей маме было четырнадцать, и оставил полный контроль над компанией своей любящей жене Екатерине, — Деми сделала паузу, откинувшись назад и сложив руки на коленях. — Остальная информация есть, но я расскажу тебе вкратце о том, что, по моему мнению, произошло. Прими это с долей соли, потому что, возможно, я складываю два и два, а потом получаю двенадцать. Но... — она элегантно пожала плечами.
Я кивнула.
— Но, по вашему профессиональному мнению, что произошло?
Ее улыбка была острой. Она знала, что я не имела в виду ее профессию адвоката по разводам.
— Когда твой дедушка умер, он оставил все своей жене. Насколько я могу судить, они очень любили друг друга, несмотря на то, что их брак изначально был деловым соглашением. Она была убита горем, что вполне понятно, и, очевидно, потеряла интерес к управлению компанией Абеля. Вместо этого она поручила ее доверенному генеральному директору, а затем покинула Южную Африку вместе со своими детьми-подростками. Она приехала в Америку и начала новую жизнь.
— Детьми? — прокомментировал Стил, озвучив тот же вопрос, который эхом отдавался в моей голове.
Деми кивнула, затем протянула руку, чтобы показать нам следующую фотографию в своей папке. На ней был изображен красивый мальчик, возможно, шестнадцати или семнадцати лет. Его светлые волосы и голубые глаза были мне смутно знакомы, но я никогда не видела его раньше. Или я была уверена, что не видела.
— Деклан Виттенберг, — сказала нам Деми, — брат-близнец твоей мамы. Он был убит во время вторжения в дом через несколько лет после их приезда в Америку. Я приложила записи по делу, но это все еще нераскрытое преступление.
Я провела пальцами по волосам, размышляя.
— Хорошо. И что дальше?
— Потом ничего особенного... пока человек, которого твоя бабушка назначила своим генеральным директором, не умер от сердечного приступа. Неделю спустя Екатерина летела обратно в Преторию, чтобы присутствовать на похоронах, и ее самолет разбился где-то над Ближним Востоком, — Деми поджала губы, выглядя мрачно. Я бы поставила деньги на то, что крушение самолета моей бабушки не было признано несчастным случаем.
— Кто-то хотел ее смерти, — пробормотал Коди, как будто он просто размышлял вслух. — Кто-то, кто выиграет от ее смерти.
— Но моя мама была бы единственной наследницей, верно? — спросила я, недоумевая. — Она была бы единственной, кто получил бы выгоду.
 
Деми кивнула.
— Это, вероятно, объясняет, почему два дня спустя Дебора наняла очень квалифицированного джентльмена, чтобы он начал стирать ее бумажные следы. Она скрылась ради собственной безопасности и ради твоей.
Пальцы Арчера сжались на моем животе, заставляя меня догадаться, что он о чем-то подумал. Я слегка повернулась, чтобы встретиться с его задумчивым взглядом.
— Из всего, что было, именно твои записи были наиболее тщательно вычищены. Держу пари, Деб вообще скрывала тот факт, что у нее есть дочь, — Арчер напряг брови, обдумывая эту мысль, — устраняя тебя как цель для убийц, которые в конечном итоге придут за ней.
Раздражение пробежало по мне.
— И что? Она просто спряталась здесь, в Тенистой Роще, заставила какого-то парня наполовину замести следы, а потом скрестила пальцы и понадеялась на лучшее?
— А что бы сделал ты? — спросила Деми, искренне любопытствуя. — На ее месте женщины, состоящей в браке без любви и заботящейся о восьмилетней дочери... как бы ты сделала по-другому?
Я уставилась на нее в недоумении.
— Серьезно? Что-нибудь еще. Она просто засунула голову в песок и надеялась, что тот, кто только что убил ее мать, сдастся и пойдет дальше? Да ни за что. Я бы выследила этого ублюдка и убедилась, что он больше не угрожает людям, которых я люблю. Я бы точно не стала довольствоваться жизнью в страхе.
Мое сердце колотилось, а ладони вспотели, но Деми просто посмотрела на меня долгим, задумчивым взглядом.
— Да, я могу поверить, что ты так поступила бы. Ты сильная женщина, МК. А Дебора? Я никогда не встречала ее, поэтому не могу сказать.
Ее вопрос заставил меня колебаться. Что я действительно знала о своей маме? Она умерла, когда мне было всего одиннадцать лет, и все больше и больше я понимала, что огромные куски моих детских воспоминаний пропали. Была ли она сильной женщиной? Что-то подсказывало мне, что Екатерина была, но Деб?
— Нет, — признала я с долгим выдохом. — Нет, наверное, не была.
Каждая маленькая девочка хочет, чтобы ее мама была идеальной, и я раньше думала, что моя была такой. Но с ясностью ретроспективы я должна была признать, что она была глубоко неполноценной. Она была эгоистичной и импульсивной, быстро гневалась, а потом быстро забывала. Но она яростно любила, и я знала, что она любила меня. Иногда этого было достаточно.
Иногда — нет.
Возможно, она могла бы покинуть Тенистую Рощу, когда заподозрила, что кто-то нашел ее. Она могла бы сделать все, что угодно, чтобы оградить себя и меня от этой поганой жизни, полной смерти и насилия. Но она осталась... из-за Зейна. В этом я была уверена.
— Ладно, тогда, наверное, единственный вопрос, — сказала я, стиснув зубы от всплеска горечи по отношению к моей умершей матери, — кто наследует всё, если я умру? Арчер?
Его мышцы напряглись, а рука, обхватившая меня, стала твердой.
— Кейт, если ты спрашиваешь, убил ли я твою маму...
— Нет, — оборвала я его. — Я просто указываю на тот факт, что люди все еще пытаются убить меня сейчас, спустя восемнадцать месяцев после нашего законного брака. Хотя, ты сказал, что не получишь доступа к моему трасту, пока мне не исполнится двадцать один год, не так ли?
Арчер кивнул, его шершавая щека коснулась моего плеча.
— Именно так. Если ты умрешь до того, как получишь контроль над трастом, он перейдет к следующему кровному наследнику.
Я нахмурилась.
— Верно. Значит, происходит что-то более сложное, — затем мне в голову пришла другая мысль. — Деми, каким бизнесом занималась моя семья? Чем занималась компания Абеля? Я предполагаю, что это то, о чем здесь идет речь.
Брови Деми поднялись.
— Ты не знаешь так много? — ее взгляд переместился на Арчера позади меня. — Ты заплатил Сэмюэлю Дэнверсу пятьдесят два миллиона долларов, чтобы купить его дочь и ее трастовый фонд. Как это вообще можно было выложить на стол, не видя финансовых отчетов?