На лезвии любви
– Лично мы с Маргаритой, – после небольшой заминки продолжил ученый, впиваясь побелевшими пальцами в прикрытые халатом ноги, – мы, не успевшие уйти из опасной зоны, оказались на еще более-менее безопасной территории – огонь и дым шли в другую сторону, а от мутантов нас спас этот самый павильон, в котором мы нашли уборную и закрылись там, пережидая бурю.
– Что случилось с мамой? – едва слышно спросил Рик, сжимая руку Марианны почти до боли.
– Мама... – Джек Хэпп отвел глаза, но не сдержал горького вздоха. – Конечно, я не был виноват... Но...
– Не мямли! – вдруг рявкнул Рик, сверкая глазами. Марианна стоически терпела хватку любимого, успокаивающе поглаживая жестокую руку.
– Убил я ее! – рыкнул в ответ напряженный, как струна, ученый и вдруг сгорбился, разом постарев на десяток лет. Перед Марианной сидел уже не статный представительный генетик, а несчастный старик, который потерял всех и все. – Убил...
Казалось, все присутствующие – даже Генри, – затаили дыхание, готовясь к жуткому откровению. И оно последовало.
Супер-мутант– Убил? – недоуменно переспросил сын, нахмурившись, будто не поверив услышанному. Однако его доселе нервные пальцы вдруг потеряли прежнюю цепкость и обмякли в ладони Марианны. Услышать подобное от собственного отца... Пусть и не родного, но близкого человека...
– Да. – Признание словно ударило больного наотмашь. Рик дернулся и стиснул зубы, но промолчал, давая возможность отцу исповедаться. – Когда страсти вокруг немного успокоились, а наши желудки взмолились о перекусе, мы со всеми предосторожностями выскользнули из уборной, вышли из павильона и стали оглядываться. Марго вырвало прямо на чей-то изуродованный труп, а потом... Потом нас жутко напугали, и она... – Джеку Хэппу нелегко давалось это откровение, с каждым словом старик все больше белел и с каким-то пугающим шумом вдыхал воздух. Марианна не знала, как поступить: дать дедушке прийти в себя от жутких воспоминаний или получить долгожданные ответы.
– Соберись, – тихо, но твердо произнес Рик, с непередаваемой мукой глядя на человека, который вырастил из него мужчину.
Видимо, прозвучавшее слово в их семье носило какой-то магический характер, потому что ученый, искривив губы в подобии усмешки, едва слышно продолжил:
– Она превратилась в неуравновешенного мутанта, Рикки. Сначала появившимися острыми саблями когтей распорола брюхо напугавшему ее мутанту – хоть убейте, не помню, кто это был, все как в тумане, – а затем Марго повернулась ко мне... И я понял, что от моей жены в данном существе не осталось и следа.
– Она могла прийти в себя! – рыкнул вдруг Рик, снова пытаясь подняться, но силы быстро оставили его. Откинувшись на кушетку, он буравил отца разъяренным взглядом. – Она могла очнуться и снова стать человеком!
– Ты думаешь, я этого не понимаю?! – прокричал, вскакивая, ученый. Растрепанный, с влажными глазами и отчаянием на изборожденным морщинами лице, он был одновременно и жалок, и страшен. – Думаешь, я не корю себя за этот поступок?! Я живу с этим уже два года и не могу простить себе ее смерти! Да и что я тогда мог? Что?! Растерянный, до смерти перепуганный невероятностью происходящего! Я был в таком шоке, что, вогнав ей в мозг перочинный ножик, еще несколько часов баюкал жену у себя на коленях, перенеся обратно в уборную ее остывающее тело...
Марианна ощутила, как по щеке одна за другой скатываются слезы, прочерчивая мокрые дорожки. Из горла вырвался всхлип. Два больных взора обратились к ней, и девушка, сорвав чертов респиратор, откровенно зарыдала, выплакивая и свои страхи, и чужие. Как же несправедлива жизнь! Как же зла, коварна и бесцеремонна!
И – иронична. Ведь, если Марианна все правильно поняла, Джек Хэпп умел подчинять мутантов своей воле. Если бы он знал об этом в момент нападения собственной супруги, – мама Рика, Маргарита Хэпп, была до сих пор жива... И кто знает, как бы все в итоге сложилось?
Тихая истерика не принесла долгожданного облегчения. Напротив, она оставила после себя лишь опустошение и усталость. Голова клонилась на грудь, и Джек Хэпп, увидев это, взял под контроль ситуацию и снова стал уверенным в себе руководителем.
Выйдя из лаборатории, он быстро вернулся с двумя людьми среднего возраста – невзрачным шатеном и некрасивой брюнеткой. Именно они помогли Генри и Марианне добраться до коек, предварительно обеспокоившись их питанием. Девушка отказалась от всего, испытывая глухое раздражение от того, что ей не дают остаться одной.
Совсем скоро она уже лежала в женском бараке на жесткой койке и под шумную возню присутствующих уносилась в беспокойный сон.
***
– Прикажи ему отойти, – вкрадчиво предложил слева мужской голос. Марианна дернулась от несвежего дыхания на своей щеке, и, круглыми глазами глядя на щелкнувшего клешнями черного скорпиона, сосредоточилась. Устремила вперед мысль, приказ, требование – но неожиданно почувствовала, что уносится сама.
Миг – и сознание уходит прочь, словно поджавшая хвост шавка. Мир крутанулся перед глазами – и превратился в нечто расплывчатое, словно проявленное через толщу воды. Зато тут же набросились другие ощущения, затапливая многообразием и пугая непривычностью.
– Я ж попросил приказать, а не вселяться! Эх... Ты меня видишь? – проговорил некто рядом. Немыслимым образом передвинувшись, Марианна, скорее, почувствовала человека. Одушевленное светлое пятно, совсем не пугающее, но чуждое...
– Если да, то взмахни какой-нибудь ногой или хвостом, – проговорил Джек Хэпп, но издаваемые им звуки не идентифицировались как привычная речь. Это был набор вибраций, а смысл улавливался как-то подспудно...
Когда Марианна пыталась "услышать" других людей, она не могла разобрать ни слова. Вероятно, Джек Хэпп пускал в ход свои ментальные способности, чтобы быть понятым.
А вот отвечать ему в образе животного или насекомого было пока сложно. Девушка никак не могла научиться пользоваться чужим телом, чтобы подавать условные знаки. А чтобы отвечать ментально – это вообще казалось невозможным!
– Если не получается перехватить управление, просто попроси скорпиона выполнить то или иное действие за тебя, – дошло до Марианны новое послание.
Это предложение было интересным, и полу-мутантка пыталась привести его в исполнение. Скорпион был настроен дружелюбно, и выполнил желаемое. Марианна мельком подумала, что вряд ли тот, пронзенный саблей монстр выжил – наверняка это другое челнистоногое.
– Отлично, – одобрение коснулось сознания, как упавшее перышко. – А теперь не проси, а прикажи скорпиону. Пусть он сделает что-то непривычное ему. Например, ударит хвостом дерево.
Марианна все же пыталась сначала попросить владельца тела, но это не сработало. А последующий настойчивый приказ лишь разозлил мутанта, и тот рассек хвостом воздух, как разъяренная кошка.
– Вложи свою волю, – услышала девушка, – ощути свое желание, как единственно верное, донеси эту истину до примитивного мозга скорпиона.