Якудза из другого мира. Том V

Я не хотел!
Хотя, кого я обманываю? Ладонь подсказала, что девушка активно занимается спортом, но не чересчур, чтобы сжатием ягодиц трескать орехи. Плотно, упруго, завлекающе…
— Ой, — прошептала Наоки Хикамару.
— Извините, — также тихо прошептал я в ответ. — Я нечаянно…
— Госпожа Хикамару! — окрикнул её напарник. — Мы готовы ехать. Поехали, пока этот буйвол нам машину не разнес?
А «буйвол» бушевал внутри полицейского автомобиля. Его ругань была слышна даже через плотное стекло.
— Я утихомирю его и поеду рядом, — сказал я. — Можно?
— Можно, но только если уберете руку, Такаги-сан, — румянец на щеках Наоки был таким ярким, словно она только что выскочила из горячих источников.
Опс, а ведь я так и не убрал руку…
— Прошу ещё раз прощения, Хикамару-сан, — проговорил я и убрал руку, но не мог удержаться от того, чтобы чуть провести по выпуклой поверхности.
Девушка снова прерывисто вздохнула. Я сглотнул, как будто набрал полный рот слюны от сосания сладкой конфеты.
— С вами точно ничего не случится, Такаги-сан? — спросила Наоки, а когда я покачал головой, то сказала: — Садитесь рядом. Нам всё равно нужно увезти этого человека отсюда. После недавней перестрелки в офисе Хаганеноцуме жители Токио опасаются любой агрессии. Говорят, что это была война якудз. Ох, что же будет…
Опа! А вот это интересно. Надо побольше выяснить — что думают в полицейском управлении по поводу недавнего происшествия.
— Ужас, что творится в маленьком Токио, — покачал я головой, идя рядом с офицером. — Похоже, что это вспышки на солнце — они порой провоцируют людей на жестокость.
— Да нет, это не вспышки, — хмыкнула Наоки. — Это была спланированная операция. Нападавшие не оставили ни одного отпечатка, забрали убитых и раненных. Правда, говорят, что одному из Хаганеноцуме удалось скрыться…
— Кто говорит? — тут же навострил я уши. — Или это очередная городская байка из числа тех, что всех убили, а один остался?
— Да это один из наших информаторов донес, — беспечно отмахнулась Наоки. — Но мне кажется, что он просто хочет, чтобы ему заплатили побольше. Слишком уж чисто там сработано — сразу видно, что работали профессионалы. Вряд ли кто мог уйти живым.
Профессионалы… Да уж, над этой операцией работали именно профессионалы. Всё было спланировано и отрепетировано. И если бы не промашка с Киоси.
— Ой, что-то я с вами разговорилась, а ведь это закрытая информация, — всплеснула руками Наоки. — Надеюсь, что наш разговор не достигнет ушей журналистов?
Да уж, подобная болтушка прямо-таки находка для шпиона. Похоже, что ей настолько наскучил её напарник, что она готова была поговорить с кем угодно и выдать всё, что знает. Надо бы подробнее узнать про то, что она знает по поводу офиса Хаганеноцуме-кай.
Мы тем временем подошли к машине. При виде меня Тигр приутих. Напарник Наоки, невысокий мужчина средних лет с отвисшими, как у бульдога, брылами, недовольно взглянул на меня:
— Хикамару-сан, зачем ты притащила этого хи…
Наткнувшись на мой взгляд, он осекся. Я криво усмехнулся. Да, я уже научился нехорошо улыбаться. Надо лишь затравленно взглянуть исподлобья и обнажить правый клык. После такой улыбки отношение чуточку меняется.
— Этого хитроглазого молодого человека? — поправился напарник. — Если хочет написать заявление о нападении, то пусть идет в главный офис.
— Он не хочет писать заявление, Наката-сан, — покачала головой Наоки. — Всего лишь проедется с нами, а потом сдадим того хулигана на поруки, взяв расписку, что никаких претензий Такаги-сан не имеет к нападавшему.
— Жаль, что эту расписку нельзя сделать на месте, — хмыкнул Наката. — Ладно, садитесь. А насчет врачей…
— Я сейчас отменю вызов, — сказала Наоки.
— А может не надо? Вдруг у этого парня сотрясение мозга? Вон как глазенки бегают…
— Надо, если он сам попросил, то надо.
Пока они препирались, я подошел к машине и забрался внутрь. Сел рядом с притихшим Тигром.
— Старший брат, они мне руки скрутили и антимагические наручники нацепили, — пожаловался Тигр. — Я даже самого слабенького оммёдо не могу сделать.
— А чего тогда орал? — спокойно спросил я.
— Так настоящие якудза всегда орут, когда их арестовывают. Видел бы ты, как виртуозно матерился оябун, когда его арестовали. Хуями покрывал всех так, что даже самые опытные копы краснели и отворачивались. Правда, его через два дня выпустили…
— Ты не оябун. Ты мелкая сошка и тебя запросто могут закрыть на пару лет. Так что заткнись и веди себя смирно. Про то, что ты из якудзы вообще не заикайся. Делай вид, что всё осознал и что раскаиваешься в том ударе. Что показывал мне новый прием, а я не успел среагировать, — выдал я легенду, которую уже поведал Наоки. — Эх, и угораздило же тебя зарядить мне в ухо прямо перед школой. Разве не знаешь, что школьников после случая с разгромленным спортзалом охраняют почти как императора?
— Но как же так? Ты же сам мне велел ударить тебя. Да ещё сказал, чтобы я сделал это со всей дури. Давай ещё раз пиздану? А что? Вдруг мозги на место встанут?
Похоже, что он забылся. Таким людям иногда надо напоминать о субординации. Я коротко ударил локтем под дых. Когда Тигр сумел продышаться, то спросил:
— Да ты ёбнулся? Когда я тебе такое говорил-то?
— А вот как разбежались после кафешки, так через часок и заглянул. Я ещё удивился — откуда ты мой адрес знаешь? А ты на пороге стоял…
— Не знаю я твой адрес, — фыркнул я в ответ. — После кафе мы отправились домой. Сэнсэй бурчал ещё весь вечер… Походу, ты что-то путаешь. Может, снова забил косяк и тебе привиделось?
— Не, я ещё не успел… А откуда про косяки знаешь? — нахмурился Тигр.
— У тебя вся тачка жженой свиной кожей провоняла. Это ли не палево? Если хочешь ходить под моим началом, то я вообще запрещаю тебе этой хуйнёй баловаться.
— Да она же безвредная…
— Какая она безвредная, если тебе уже глюки начали мерещиться.
— Я клянусь какими угодно богами, что это был ты. Твоя прическа, твоя татуха, да точно это был ты, — нахмурился Тигр.
Двери машины открылись и внутрь сели два недовольных полицейских.
— Едем, — буркнул Наката.
Наоки промолчала. Она молчала весь путь до кобана. Похоже, что они серьезно поругались с Накатой.
Как только приехали, так сразу же Наката выскочил из машины и, как пробку из бутылки, выдернул Тигра из теплых внутренностей автомобиля. Мы с Наоки остались наедине.
— Я очень сожалею о произошедшем, госпожа Хикамару, — сказал я, дотронувшись до её плеча. — Мы поговорили с Тигром, и он раскаивается в своей неосторожности. Можно ли как-нибудь ускорить процесс освобождения моего большого друга?