Любовь князя

Степан и Марья живут здесь, уж лет двадцать пять, со времени женитьбы. Изба, Степану от отца осталась. Двое сыновей тут родились и выросли. Как возмужали, в город подались, работают на господ, благо, Степан их всяким хозяйским премудростям обучил. Сам же за разную работу берётся, очень уж следопыт хороший. Если кого отыскать так это — враз.
Со Степаном и Марьей быстро Лиза подружилась. За слуг не считала вовсе. Норовила и сама, какую работу нужно, выполнить. Марья сначала противилась, мол, уплочено за службу, но потом сдалась. Уже не спорила.
Понимала Лиза, что пристанище это временное, дом чужой, но так хорошо тут, что и впору остаться. Жить лесной жизнью и никому не быть помехой. Куда ещё судьба забросит? Не стоит и загадывать. Сейчас хорошо и ладно.
 
Как-то гуляет Лиза с Ванечкой на руках, недалеко от дома, Ходит, сказки малышу рассказывает. Ванечка по сторонам глазами водит, если и понимает, что, только сказать пока не может, маленький. Тут, Лиза шорох за спиной услыхала, обернулась и ахнула. Меж деревьев Алексей стоит, смотрит, улыбается.
Оторопела Лиза, с места сдвинуться не может. Подбородок дрогнул, заморгала часто. Ваню к себе прижала и на Алексея смотрит. Слёзы покатились. Подошел он, притянул к себе Лизу с ребёнком. Обнял, будто, какой мантией спокойствия укрыл. Так и стояли какое-то время, не оторваться.
И была, эта ночь, самой волшебной ночью.
Нет поцелуев слаще любимого, нет касаний волшебней, чем касанья любимого. Нет слов любви желанней, чем слова любимого. Сплелась любовь их лозой, не разделится. И понятней этой ночи, не было другого времени. Только сейчас почувствовалась неразделимость их жизней. Неумение жить друг без друга, понятным стало. Только сейчас оба поняли, как необходимо быть вместе — всегда.
 
Утром, уехал Алексей и увёз в своём сердце, полную и незыблемую уверенность в том, что ни кто и ни когда не сможет разлучить его с этой женщиной. Ни кто и ни когда не сможет встать между ним — Лизой, и сыном.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
    
Глава 16
Коляска остановилась.
— Это тут, — крикнул кучер, пытаясь перекричать налетевший порыв ветра, — в ту сторону как раз и будет.
Ольга осмотрелась. Лес кругом, а меж деревьев тропа видна.
— Вы бы, барышня поторопились, не ровен час дождь пойдёт, лучше бы успеть вам, туда добраться.
— Спасибо, — Ольга протянула вознице несколько монет.
— И вам благодарствуйте, — он взял деньги, засунул в грязный карман кафтана и хлестнул кобылу.
Спустя пару минут, скрылся за поворотом лесной дороги. Ольга осталась одна.
Недолго раздумывала, свернула на тропку, что указал возница и пошла быстрым шагом. Где-то в вышине деревьев, порой сверкала молния, слышались раскаты грома, ветер трепал ветви, но дождь запаздывал. Надвигались сумерки. Ольга спешила. Она не хотела слоняться по лесу во время дождя и вымокнуть до нитки. И хоть на ней был теплый непромокаемый плащ, всё же, нужно поторопиться. Тьма подступала всё ближе, скоро и небесный, скудный свет пропадёт и тогда придётся пробираться на ощупь. Ольга боялась заблудиться.
Сверкнула молния и на мгновение осветила дорогу, указала направление. Ольга пошла быстрее. Но как не торопилась, дождя было не миновать. Он обрушился сплошной, серой стеной. Скрыл то, что ещё можно было разглядеть в сумерках, и спутал все ориентиры. Тропинка быстро исчезла в мутной жиже и ноги Ольги, оказались по щиколотку в воде. Она шла не останавливалась. Струи воды стекали с плаща, но юбки быстро впитывали влагу и становились непомерно тяжелыми. Ольга двигалась, наобум, пытаясь рассмотреть дорогу в свете молний. Дождь немного поутих, будто вылил в первые моменты всё, что накопилось и теперь, капал ровным, прозрачным ливнем. И вот, наконец, среди деревьев, Ольга различила темное строение, в окнах свет.
Тот ли дом? Впрочем, выбирать не приходилось, даже если ошиблась, нужно где-то переждать непогоду, обсохнуть. Платье и нижние юбки вымокли почти до пояса. Каждый шаг давался с трудом. На крыльце девушка остановилась. Стукнула в дверной молоток и прислушалась. Капли стекали с плаща и образовывали лужу.
Послышались шаги, дверь скрипнула, и в проёме показался бородатый мужик в холщевой рубахе и штанах.
— Чего надо? — грубовато буркнул он и недоверчиво осмотрел Ольгу.
— Простите, — пролепетала она, — я заблудилась в лесу и попала под дождь. Позвольте переждать непогоду.
Мужик выглянул из проёма и посветил фонарём. Ещё раз подозрительно осмотрел Ольгу и буркнул:
— Заходи.
Она вошла в небольшую прихожую. Из двери направо выглянула женщина в темном, платье и переднике.
— Проходите, — улыбнулась она, — тут печка, погрейтесь.
Ольга вошла в просторную комнату с низким потолком, почти треть занимала печь. Женщина у стола, продолжила месить тесто и приветливо улыбалась Ольге:
— Снимайте плащ, обогрейтесь. Платье тоже, вон, вымокло всё. Садитесь к печке ближе, не то простудится недолго.
Мужик что-то проворчал из прихожей и скрылся. Из соседней комнаты слышалась тихая, задушевная песня — колыбельная. Звуки этой песни завораживали. Разливались по дому, создавая дух умиротворенности и тепла.
Ольга скинула плащ и повесила на гвоздь у двери. Подошла к печи и протянула руки.
Зачем пришла она сюда? Что заставило? Попыталась вспомнить цель своего визита. Что почувствовала она тогда, когда услыхала разговор княгини и тетушки? Ненависть? Злость? Какое решение приняла? Что за неведомая сила, острым крючком притянула в эту глушь?
Сейчас, когда почувствовала тепло и немного согрела руки, она стала мысленно возвращаться к тем целям, которые привели сюда.
Она пришла, посмотреть на ту женщину, что разрушила её мечту. Погубила любовь, Сломала жизнь. Пришла увидеть — разлучницу. Коварную и беспринципную, ту, что владела сердцем Алексея.
Песня смолкла и через несколько мгновений из темноты боковой комнаты вышла девушка.
Вот — Она. Круглое лицо, мягкие черты. Толстая коса на пышной груди. Простое платье. Девушка поздоровалась и приветливо улыбнулась:
— Вы продрогли совсем. Сейчас выпьете чаю и согреетесь. Прошу вас, — она жестом указала на лавку.