Попутчица
- Во-первых, я не курьер, - справедливо, хотя и без какой-либо обиды в голосе заметила Карина. - А во-вторых, она даже не знает, что я здесь. Она не собиралась к вам никого посылать, а просто написала письмо.
- Какое письмо?
- Неважно, всё равно я его порвала.
- Зачем?! - ошарашенно уставившись на девушку, вскрикнул Тимур.
- Затем, что там был один бред. Она написала, что не любит вас, что надеется, что у вас в семье всё наладится, ну и прочую чепуху. Одним словом Рита - это Рита. Как человек, который её знает 'от' и 'до', я вам точно могу сказать, что она полнейшая дура. Никогда не думает, прежде чем что-то сделать. Хотя...в чем-то она может всё-таки и права. Я думаю, она просто устала от этой неизвестности. Каждой женщине хочется думать, что она у своего мужчины единственная, а не делить его...с его женой.
- Да что за бред? С кем ей приходится меня делить? Мы с Кариной разводимся!
- Разводитесь? - удивленно и с явной недоверчивостью в голосе переспросила девушка.
- Да разводимся, и именно это я хотел ей сегодня сообщить, а ещё вот, - раздражённо кинув на стол большой белый конверт, Тимур устало откинулся на кресле. - Это билеты в Париж. Послезавтра у меня должна там состояться очень важная сделка, а всё остальное время, ну хотя бы дней десять, которые мне удалось урвать, я хотел провести только с ней.
Несколько минут Карина неотрывно смотрела на этот конверт, а потом, закатив глаза, тихо, сквозь стиснутые зубы выругалась.
- Я пыталась её как-то остановить, но...она была не в себе.
- Не в себе?! Она непонятно с чего вдруг накрутила себя каким-то бредом, одна, неизвестно зачем всё бросила и сбежала из Москвы,...я не понимаю, она что рехнулась?!
- Может быть, но...всё не совсем так, - потупив взгляд, Карина заметно занервничала, очень долго соображая, как бы правильней изложить мужчине всю информацию. - Она уехала не одна. Дело в том, что в нашем городе уже давно работает хорошая клиника, помогающая людям, которые страдают разными зависимостями...
- Она уехала с ним?! - не дав девушке договорить, Тимур как ошпаренный соскочил с кресла.
- Понимаете, у моего мужа есть связи в этой клинике, он договорился, чтобы Алекса приняли на приём, но один Колесников, наверное, побоялся ехать...
Дальше Тимур уже не слушал. Бросив конверт с билетами обратно в ящик стола, он со злостью его захлопнул, а сам в нервной и явно раздражительной спешке начал набрасывать на себя верхнюю одежду.
- Во сколько точно она уехала? Какой поезд?
- Хочешь её перехватить? - совершенно спокойно перейдя на 'ты', Карина волнительно перегородила Тимуру дорогу. - Не надо, дай ей время, она сама всё поймёт. Я уверенна, она даже сейчас...
- Время? Сколько ещё ей нужно времени? Подождать пока опять восемь лет пройдёт? Нет, я больше не дам этой сумасшедшей ни единой секунды!
- Сумасшедшей? Может ты прав. Может она действительно не в себе, но беременные девушки часто совершают неадекватные поступки, - эти слова перехватили мужчину уже у самых дверей, когда он собирался выйти и, несмотря на то, что его изнутри колотила адская волна дрожи, Тимур всё-таки замер на месте. - Понимаю, что я вовсе не тот человек, который должен был тебе это сообщить, но...Рита ждёт ребёнка.
Эпилог- Что ты сказала?
В одну секунду у Тимура сел голос. Замерев на месте, он пригвоздил к девушке ошеломлённый взгляд.
- Я сказала, что Рита беременна, - не сдержав тяжелого вздоха, Карина опустилась обратно в кресло. - И я точно знаю, что это твой ребёнок. С Алексом у неё уже чёрт знает сколько ничего не было, и ты единственный мужчина, с которым она...была близка.
- Почему она мне ничего не сказала?
Лишь спустя несколько минут вернув себе возможность говорить, мужчина медленно подошёл обратно к Карине, которая всё это время невольно прятала от него взгляд.
- Я думаю, решив, что ты вернулся в семью, она не хотела снова ставить тебя перед выбором. Не хотела, чтобы ты разрывался между двух огней.
Нельзя точно сказать, сколько Тимур метался из одного конца кабинета в другой, нервно измеряя шагами комнату, но хватило всего какой-то доли секунды, чтобы мужчина резко подорвался с места и побагровев от злости, процедил сквозь стиснутые зубы:
- Я убью её!
- И тебя посадят за двойное убийство. Или ты забыл, что она носит под сердцем твоего малыша? - эти слова поймали мужчину, когда он уже вцепился в ручку двери. Вздрогнув, как от удара, он медленно обернулся, подняв на Карину совершенно растерянный взгляд. Он словно просил у неё помощи, совета, которых не пришлось долго ждать. - Тебе не нужно сейчас срываться и сломя голову лететь к ней, выяснять отношения. Она вся дёрганная и ты на нервах, в таком состоянии вы можете только больше дров наломать.
- И что же мне делать? - вконец растерявшись, тихо спросил Вербицкий.
- Дай ей время. Хоть совсем чуточку. Мне кажется, хватит даже нескольких дней, которые она проведёт без лишнего давления со стороны, только наедине с собой.
- И с мужем, - ядовито усмехнувшись, Тимур даже побледнел от такой мысли.
- С бывшим мужем. И я уверенна, что здесь не за что беспокоиться. Она не смогла его полюбить за все годы брака, думаешь, сейчас что-то изменится?
- Не знаю, - тяжело вздохнув, мужчина опустился обратно в кресло, запрокинув голову и устремив в потолок пустой взгляд. - Зачем-то ведь она с ним поехала.
- Просто в какой-то мере чувствует свою вину, не хочет бросать в трудную минуту и...она сбежала. По-моему, ей было важно именно уехать куда-нибудь подальше от Москвы, от тебя, от всех проблем. Рита трусиха. К сожалению, это так, но...трусость для девушки не такая уж ужасная черта, гораздо страшнее, когда ей подвластен мужчина, - хоть Карина никого конкретно не подразумевала под своими словами, последняя фраза прозвучала очень недвусмысленно. Встав с кресла, девушка прошла к самому концу кабинета и прежде чем выйти, уже в дверях произнесла, - что делать, конечно, решай сам. С кем тебе будет лучше, только ты сам можешь понять, но мне просто хотелось бы, чтобы ты знал: Рита любит тебя. Пускай некоторые её поступки могут заставить думать об обратном, но ей просто нужна поддержка. Одна она не справится.
Прошло, наверное, уже не меньше получаса с тех пор как Вербицкий остался один в своём кабинете, запретив к себе кого-нибудь впускать. Откинувшись на спинку кресла, запрокинув голову кверху и прикрыв глаза, он производил впечатление спящего человека, но всё это время, не пропуская ни секунды, мужчина напряженно думал, что ему делать дальше. Хотелось просто до какого-то чертового безумия хотелось сорваться с места и уехать за ней, немедленно требовать всех объяснений. Сам факт того, что она не просто сбежала со своим мужем, пускай даже и бывшим, но не удосужилась обмолвиться с ним хоть парой слов, выводил Тимура из себя. Он совершено не понимал, чего ему хочется больше: придушить её собственными руками или немедленно вернуть, чтобы больше никогда, НИКОГДА в жизни не отпустить? Но помимо бешеного острейшего желания мчаться за поездом, перехватив его хотя бы на полпути, были события, которые просто не могли позволить Тимуру пойти на поводу у своих эмоций. Во-первых, отлёт в Париж был неизбежен. Чтобы заключить сделку, требовалось личное присутствие Вербицкого и тут уж переиграть ничего невозможно. А он всё-таки не маленький мальчик, который может подвести десятки людей, для которых также важна эта сделка, из-за своих личных проблем. Но, всё-таки если это событие пускай и теоретически, но как-нибудь можно было уладить, то вот новость о ребёнке парализовала мужчину, причём буквально в полном смысле этого слова. Вербицкий уже сам не помнил, сколько вот так неподвижно сидел в своём кресле, прокручивая в голове свалившуюся, словно с небес новость, которая до сих пор толком не могла до него дойти. Ребёнок...у них с Ритой будет ребёнок. По-правде, с появлением Сашки Тимур не хотел больше детей. Он даже не задумывался, что когда-нибудь снова может стать отцом и если уж быть до конца честным, не особо обрадовался, узнав о беременности Карины. Они не планировали заводить ребёнка, хотя когда узнали о его существовании, ни у кого не возникло даже мысли избавить от него. Да и по мере того, как время родов приближалось, Тимур чувствовал, как с каждым днём в душе разгорается какое-то тёплое, очень сильное, затмевающее всё на своём фоне чувство. А уж когда он впервые взял на руки этот маленький, тихо попискивающий комочек...трудно описать все чувства, которые овладели им в тот момент. Единственное, что можно сказать наверняка - это то, что никогда, никогда за всю свою жизнь Тимур не был так счастлив, как в тот момент. Вот и сейчас происходило нечто подобное. Можно даже сказать, что ситуация повторялась. Они с Ритой совершенно не думали о ребёнке, по крайне мере никогда не поднимали разговор на эту тему и вот сейчас выясняется, что скоро они станут родителями. У него будет ещё один ребёнок. Пока в эту новость даже поверить трудно, не то, что уж понять, какие именно чувства, она вызывает. Но сам факт, что у него и Риты будет общая, уже навсегда связывающая их вместе ниточка, которую никто не сможет разорваться...если только...