Обмануть красиво, или Когда слетает чешуя
– Ты что, не мог добавки у И-зи попросить? – буркнула я, теряясь в догадках, почему законник так странно повел себя.
– Ну, во-первых, гостям не положено просить, – лукаво усмехнулся мужчина, поднимаясь из-за стола. – А во-вторых, тебе надо было помочь, иначе так и чахла за столом. У хозяев уже сердце кровью обливается, глядя на тебя.
– Это почему же? – ахнула я и слегка поморщилась от собственной громкости.
– Ну как, – пожал плечами Хат, посматривая на дверь, за которой скрылась И-зи с грязной посудой. – Изначально появилась из ниоткуда, раздетая и замороженная, как сосулька. Сразу видно, у тебя беда. Марэ-до не мог оставить бедняжку в лесу, потому что сам пережил подобное.
– Да? – сел у меня голос. В памяти вспыхнули осколки тех событий, и мое сердце окатила волна бесконечной благодарности к семье Котико: если б не они, я была уже мертва.
И если Марэ-до сам оказывался в подобной ситуации… Хорошо, что и на него нашлись добрые люди.
– Потом глава семьи сделал вывод, что ты лишилась голоса из-за какой-то травмы или шока. А мое прибытие его пробудило. Пока не узнали правды, жалели тебя до безобразия. – В словах Хата звучала неприкрытая ирония.
Я на мгновение порадовалась, что семейство не задавило меня своей жалостливой заботой. Знаете, есть такие, которые считают, что тебе не хватило любви, так что на, получай сейчас, давись, но радуйся!
А Котико адекватные, приятные люди, которые не навязывают свою точку зрения и не надоедают своим вниманием. Вот бы всем иметь таких родственников или хотя бы друзей!
– Но жалеть они тебя не перестали. Ведь потом мы нашли тебя, запертую в туалете, – продолжал Хат, но уже серьезнее. – Пришлось выломать дверь. – «Ага, вот что за треск был!» – Ты была вся холодная и постоянно повторяла…
Мужчина замолчал и стиснул челюсти. Я уже догадывалась, что могла лепетать, и по коже прошел мороз.
– Что я говорила? – прошептали помертвевшие губы. Я обхватила себя руками и, отвернувшись, напряженно ждала ответа.
– Что Ви – предательница, – опустошенно проговорил, наконец, Хат. И скупо поинтересовался. – Почему ты так решила?
«Я еще не решила, надо ли тебе вообще это знать! – орало мое сознание. – Ты должен быть счастлив!»
Но, если все именно так, как я подозреваю… Если Ви – предательница… Значит ли это, что у нас с Хатом все-таки есть возможность быть счастливыми?
Друг с другом?..
Прощание с котиками– Ви рассказывала Тану о том, чего знать не могла, – решилась я, до боли впиваясь в свои плечи. Шерстяная рубашка, одолженная И-зи, спасала от холода, но не грела сердце.
– О чем? – продолжал собирать информацию Хат, снова присаживаясь около меня. Как раз в этот момент послышался звук открываемой двери. Появилась необходимость говорить тихо.
– В нашем мире есть колдуны – злодеи, использующие магию, – шепотом начала я. – Ты, может, помнишь, что я использовала эту самую магию – свою силу – чтобы перемещаться в пространстве и времени.
– Помню, но не все еще окончательно понял. В любом случае, продолжай.
– О колдунах можно узнать только там, где они есть. Как Ви, жительница Соло-рана, узнала о магии, которой здесь никогда не было? Кстати, это ее знание объясняет то, что она тогда спокойно восприняла пришелицу из другого мира!
– Ну, она могла услышать о колдунах от кого-нибудь, – попытался рассуждать Хат, но мне казалось, что он просто убеждает сам себя. Фигура властного, сильного мужчины как-то съежилась, стала меньше. Я сглотнула, не в силах порадоваться тому, что у меня появился шанс на счастье с Хатом.
– Может быть… – ободряюще проговорила я, не веря в это ни на грамм. Слишком много совпадений.
– Ладно, – наконец, встал Хат, и я за ним. – Собирай вещи, завтра отправляемся с рассветом.
– Да собирать-то и нечего, – грустно хмыкнула, разведя руки. – Я снова бедна и гола, как младенец.
– Реши этот вопрос с И-зи, – нахмурился Хат и пошел на выход. – Я займусь поисками лошади для тебя.
– О нет! – вырвалось паническое. – Только не в седло!
***
На рассвете встали все, даже Марэ-до, который любил поспать. Я вообще удивляюсь этим селянам! Знаете же, как пишут в книгах: в деревне все вставали с первыми петухами и шли работать. Котико ломают мне все стереотипы о внегородской жизни! Неужели зимой им нечем утром заняться, кроме как спать?!
Везучие ж!..
Прощание вышло трогательным. Дети заобнимали меня, даже Со-фи, которая не отличалась особой эмоциональностью. Она обняла меня всего один раз, зато так крепко, что мои глаза грозили вывалиться на пол.
– Полегче, малышка, – задыхаясь, попросила я.
– Возвращайся, – попросила Со в ответ.
Я вдохнула запах ее волос и вдруг осознала, что буду скучать. Где в последние месяцы, если не здесь, я чувствовала себя, как дома?
О боже! Совсем забыла! Надо срочно навестить маму и перенести ее в безопасное место! Кор и Мик могут нагрянуть в любой момент!
Мгновенно вспыхнувшая паника так же быстро и исчезла. Ничего, в дороге у меня будет возможность отточить навыки телепортации. Мама, я не дам тебе попасть в лапы к этим грязным интриганам!
И-зи обнимала так по-матерински, что у меня защемило сердце, и слезы навернулись на глаза. Забавно: в фильмах я обожаю эти «сопливые» сцены, а здесь, в настоящем, не хочу демонстрировать всю силу своих чувств.
Марэ-до, обняв, прошептал на ухо:
– Береги себя, девочка. Ты сильная, ты со всем справишься. Ну а если чего понадобится, то всегда можешь на нас положиться. Поможем.
Как мне порой не хватает этих слов! Как важно их услышать!..
– Хе-хе, – прозвучало в сенях. Я зажала рот рукой и замотала головой. Из глаз брызнули так яростно сдерживаемые слезы, и жуткие звуки продолжили выходить из моего горла вперемешку с извинениями.
– Насколько я понимаю, – проговорил стоящий тут же Хат, – это всего лишь истерика.
Я закивала, как очумелая, но не смела оторвать руки от лица.
Чьи-то руки обняли меня снизу. Я смогла сквозь щелочку в слипшихся ресницах разглядеть озабоченного Тана.
– Трина, не плачь, – попросил пятилетний мальчуган, вызывая во мне новый поток добрых слез. – Зачем плакать, если скоро опять увидимся? Просто решай там свои дела поскорее, и приезжай. Весной можно кораблики запускать, а летом на речку ходить или в прятки играть. Нам будет весело, Трина! Ну, не плачь!..
Я плакала и улыбалась. По щекам текли слезы, но я, уже не стесняясь, присела и от всей души обняла Тана. Через тройку секунд нас обняла Со, а сверху навалилось греко-римское товарищество. Я закачалась от тяжести и завопила: