Отбор в академии стихий. Принцесса для высшего
- Учись, Огонёк, это поможет тебе на тренировках.
- Чему учиться, - негодую я.
- Поддаваться, чтобы побеждать, - нагло ухмыляется он, - До завтра, малышка, утром тебя ждёт сюрприз.
И это невыносимое чудовище разворачивается и уходит. Спокойненько так. А я не могу не залюбоваться делом рук своих: рубашка Румера разорвана по диагонали, обнажая крепкие мышцы, и вдоль всего разрыва четыре красных полосы от моих когтей. Знай наших.
- Мерзавец, - шиплю ему в спину, а взгляд невольно скользит ниже на туго обтянутую штанами задницу.
- Ты восхитительна, - отвечает он, на мгновение повернувшись и, поймав мой взгляд. Вот гад!
Осталось только провалиться от стыда сквозь землю.
Вдох, выдох. Пытаюсь прийти в себя. Невольно облизываю губы. На них вкус недавнего поцелуя, горчинка можжевельника и ещё что -то. Приводит в чувство меня неожиданный звук.
- Мррр, - слышу у своих ног, и тёплый бок трётся о мою ногу.
- Нессичка, - подхватываю её на руки, - Где же ты была, моя бродяжка?
- Мррр, - загадочно отвечает она, - и я замечаю, изо рта у неё что-то торчит. И на этот раз это не крыса.
Глава 21. Кулон- Несси, что это, отдай.
Несси рычит так, словно я отбираю у неё еду. Кстати, еда - это выход. Кора уже спит, развалившись на нашей кровати. Но мне незачем её будить. Она очень любит Несси и не могла о ней забыть. Так и есть, на подоконнике мисочка с рыбными остатками. Кора каждый вечер наведывается на кухню за кормом для кошки. А по утрам Несси договаривается с кухарками сама, принося им на порог тушки серых грызунов.
- Кис, кис! - зову я, ставя мисочку на пол.
Хитрость удалась. Прежде чем пойти к миске, Несси аккуратно закапывает в кресло свою добычу, и только потом направляется к еде. Ну-ка, что там у тебя?
В моих руках идеально круглый кусочек драгоценного янтаря, с золотой петелькой. Это подвеска, и стоит она, я даже представить не могу сколько. Солнечный камень огненных магов. Сжимаю его в ладони, и волна тепла разливается по всему телу. Значит, мне не померещилось, кошка действительно поохотилась во дворце. Куда мне теперь с этим бежать? Единственная здравая мысль - всё рассказать Инспектору. Драгоценность надо вернуть. Кошка не человек, вряд ли её накажут за кражу. А сейчас надо спрятать так, чтобы никто не увидел. Под подушку, а ещё лучше в наволочку, чтоб не выскользнула.
- Тея, вставай, опоздаешь!
- Отстань!
- Не отстану, я отвечаю за твой распорядок дня.
- Ну минуточку дай полежать.
- Если только минуточку, я пока умоюсь.
Что же мне снилось? Пытаюсь вернуться, ухватить за хвостик ускользающее видение. Удивительно, но мне почти сразу удаётся схватить последнюю сцену. Передо мной темноволосый мужчина, с надменным выражением на красивом лице. Внешность портит свежий шрам, пересекающий всю правую половину лица. Я его где-то видела и мужчину, и шрам. Не может быть! Именно шрам помогает вспомнить события вчерашнего вечера. Это он, мой отец в молодости. Он что-то коротко и насмешливо говорит, замахиваясь мечом, но я не успеваю разобрать.
- Тея, минута прошла.
Видение исчезает.
Ханг побери, такой жутковатый и интересный сон. Что ж ты так не вовремя, Кора? А подруга уже продолжает меня тормошить.
- Ну что вчера было, расскажи.
Ничего не сказать, опять пойдут слухи о связи с Инспектором. Но может сойдёт полуправда?
- Инспектор познакомил меня с моим отцом.
- Ух ты! И как он?
- Знаешь, как тебе сказать. Ничего, что могло бы обрадовать. Я, действительно, ему не нужна, Лера в этом права,
- Ну он хоть богатый?
- Не знаю, и вряд ли на мне это как -то отразится.
- Я-то думала, - огорчённо тянет Кора.
Неприятное чувство шевельнулось у меня в груди. А собственно, чего я ожидала? Кора при первой встрече честно и прямо сказала, почему хочет быть рядом со мной.
Торопливо одеваюсь, а в голове крутятся события вчерашнего вечера. Слова отца:
- Удивительная девочка! Более двухсот лет я пытался создать такую, как ты. Получилось.
Он не человек, он Бог, значит, всё правильно. Но почему же так больно? Нет не от его рук, от его холодности. А сначала было тепло, и ожидание чуда было.
Он положил руку мне на голову. Рука властная, тяжёлая и очень горячая.
- Потерпи, будет неприятно.
Все попытки магов залезть в мою голову до сих пор были ерундой, даже когда я чувствовала, что они могут сломать и смять мою защиту. Теперь же речь не шла о сопротивлении. Мощь Огня легко затопила мою голову, но не сожгла. Мягкое тёплое пламя заполнило все уголочки моей души.
- Сильная, - одобрительно сказал он, - но против любой силы найдётся большая. Попробуй сопротивляться.
Я послушно попыталась выдавить из себя чужую мощь. Отец отступил, давая мне возможность почувствовать границы.
- Умница, а теперь запомни: это хорошо против слабого противника, сильный тебя сломает. Если ты не можешь противостоять, пропускай чужую силу сквозь себя. Как сквозняк. Открой двери на вход и одновременно на выход. Поняла? Ну давай, убери защиту, резко.
В этот момент мне стало страшно. Как перестать защищаться, если на тебя давят? Он уловил моё колебание и сказал без улыбки с лёгким раздражением:
- Ты ведь понимаешь, что защититься от меня всё равно не сможешь? Либо ты сейчас погибнешь, либо доверишься. Я должен знать, на что ты способна. Главное открой дверь на выход, - и рявкнул: - Убирай!
И я послушно обрушила стены, растворяясь в потоке, льющемся сквозь меня. Я словно исчезла, а потом снова себя обрела. Удивительное состояние. Открываю глаза и вижу его удовлетворённую улыбку.
- Неплохо. Запомни: нельзя разрушить то, что не сопротивляется. А ещё лучше, - Отец наклонился ко мне, - сделать это неожиданно, чтобы противнику показалось, что он проломил. Давай попробуем ещё раз. Создай иллюзию сопротивления, и как только почувствуешь, что враг давит на слом, мягко постепенно отступая пропусти сквозь себя. Пусть думает, что продавил. И едва сила пройдёт насквозь, бей.
Не с первого раза, но у меня получилось. Разумеется, мои ответные удары могли только насмешить сильного мага. Но на лице Отца появилось довольное выражение. Вот тогда он и сказал: «Удивительная девочка! Более двухсот лет я пытался создать такую, как ты. Получилось.»
В этот миг я поняла, что ни за что не скажу ему ни слова о маме, не спрошу, почему он избавился от нас. Я выведенный телёночек. Самый удачный по сравнению со всеми предыдущими... случками. Как же это... тяжело.