Свободный танец в России. История и философия

Ч. 3. Исследования физической работоспособности и компенсация труда материальным эквивалентом. Калорийность труда [1926]
Ч. 4. Биомеханика ударных и нажимных работ по ЦИТу [не вышел]
Т. III. Основы биомеханики физических увечий
Ч. 1. Строительная биомеханика [1926]
Ч. 2. Основы биокинетики рабочей животной машины [не вышел]
Ч. 3 и 4. Травматология и травматическая инвалидность в трудовой экспертизе [не вышел]
Т. IV. Научно-художественная биомеханика. Курс, читанный в Гос. хореографическом техникуме в 1922–1925 гг. [не вышел]
Т. V. Основы биомеханики органов растительной жизни человеческого организма [не вышел].
 
Первый том посвящался «трудовому народу», «его священным храмам труда» и «всем русским лаборологам» [686]. Однако московские «лаборологи» не спешили признавать работы Когана. Здесь были свои авторитеты — и, прежде всего, Бернштейн. В июле-августе 1925 года он читает лекции по биомеханике на курсах инструкторов Москпрофобра (на следующий год лекции вышли отдельным изданием) и завершает работу над книгой «Общая биомеханика» [687]. В предисловии он сетует на отсутствие руководств по этой дисциплине: труд Лесгафта завершен не был, а работу Когана Бернштейн считает «очень поверхностной» [688]. Критический отзыв был, видимо, продиктован тем, что земский врач Коган собственных экспериментов не проводил, пользуясь результатами чужих исследований. Десятью годами позже — когда тот сошел со сцены или вовсе ушел из жизни, — Бернштейн его имени вообще не упоминает. Эту область до момента появления собственных работ он изображает как terra incognita.
В дореволюционной России исследование движений проводилось мало. Замечательные и во многом оригинальные работы П. Ф. Лесгафта по динамической анатомии, несмотря на их большой интерес, все же непосредственно не связаны с физиологией движений. Если назвать еще полный наблюдательности и остроумия, но, к сожалению, не подкреплявшийся экспериментами «Очерк рабочих движений человека» И. М. Сеченова, то этим исчерпывается все, что имелось в этом направлении до Октябрьской социалистической революции [689].
Ничего не пишет Бернштейн и о происхождении термина «биомеханика». Так как в дальнейшем отцом-основателем научной биомеханики будет считаться именно он, то постепенно утвердится мнение, что ему принадлежит и сам термин.
    
Биомеханика приходит в театр
Весной 1918 года Мейерхольд выступил с проектом Экспериментального театрального института, в учебной программе которого среди вспомогательных предметов значилась и анатомия [690]. А уже в августе он и Леонид Вивьен создали первый театральный вуз нового типа — Курмасцеп. В первом варианте учебной программы Курмасцепа значатся гимнастика, фехтование и сценическое движение. Инженер по первоначальному образованию, Вивьен с 1913 года вел драматический кружок на Курсах Лесгафта, где мог познакомиться с биомеханикой и «естественной гимнастикой» [691]. Возможно, по его инициативе в Курмасцеп и был приглашен некий доктор Петров (в ноябре 1918 года рассматривались три кандидатуры на должность преподавателя гимнастики и спорта). По-видимому, речь идет об А. П. Петрове — последователе Лесгафта, авторе первой «программы-минимум по физическому воспитанию» для советских школ. В 1919 году он был сотрудником Лаборатории труда, организованной Институтом мозга на Точном машиностроительном заводе, но лаборатория вскоре закрылась [692]. В Школе актерского мастерства (ШАМ) Петров «преподавал гимнастику по какой-то новой системе» — скорее всего, это был вариант «естественной гимнастики» Лесгафта — и «биомеханику», как вспомогательную дисциплину наряду с анатомией и физиологией [693]. Если все обстояло так, как можно предположить на основе уцелевших свидетельств, биомеханика впервые появилась в театре (театральной школе) как медицинская дисциплина с прикладным значением. А в марте 1919 года был утвержден второй вариант «Положения о Курсах мастерства сценических постановок» [694]. Там биомеханика значилась уже как практическая дисциплина — в разделе сценического движения, вместе с фехтованием, танцами и пантомимой, которую преподавал Мейерхольд [695]. В 1919–1920 годах слушатели Курсов вели театральные кружки на Балтийском флоте, ставили «массовые действа» на улицах и площадях города. Передвижные уличные представления на трамвайных площадках или грузовиках требовали от актеров усиленной физической подготовки. Мейерхольд, по-видимому, тогда же оценил и возможности той гимнастики, которую преподавал Петров, и термин «биомеханика». Переехав в Москву, режиссер ввел собственные занятия «биомеханикой», состоявшие в тренировке сценического движения с помощью определенных этюдов-упражнений. Так возникла «театральная биомеханика», во многом связанная с новой для Мейерхольда эстетикой конструктивизма. При постановке им «Великодушного рогоносца» в полной мере проявилась и новая концепция актера как акробата и трюкача, в совершенстве владеющего своим телом.