Невеста дракона
Сол тихо шипит.
–Ты так говоришь, будто это не ятут счастливчик.
Ребенок толкается снова. Я морщусь.
–Кстати, о счастье: судя по тому, как малыш пинается, он появится на свет завтра посреди празднества.
–Это и правда к счастью.– Он осторожно меня обнимает.– Ребенок, родившийся в день весеннего равноденствия, появляется как раз во время смены времен года. Это благоприятное появление на свет.
–Как скажешь.– Я выскальзываю из-под его руки и иду вдоль дорожки из фонарей к источнику.
За минувшие пять лет я несколько раз спускалась по этим ступеням. Меня так и манит наклониться и провести пальцами по поверхности, но вмоем нынешнем положении я, скорее всего, полечу головой вперед. Похоже, с беременностью мое равновесие окончательно изменилось. Это был неплохой опыт, но яне стану делать вид, будто не жду с нетерпением, когда мое тело снова станет моим.
–Давай возвращаться. Если хочешь…
–Мне не нужно, чтобы ты меня нес.– Я делаю шаг к нему и замираю, когда что-то теплое и мокрое течет по моим ногам.
Я отчетливо вижу момент, когда Сол понимает, что случилось, и замирает так неподвижно, что я неуверена, дышит ли он. Неподдельный страх выходит на первый план. У меня только что отошли воды. Акушерка-дракон снова и снова рассказывала мне об этом процессе, споря сЛенорой, ведьмой-человеком, с которой однажды заявились Раману. Они не согласны ни вчем, что касается этой беременности и неминуемых родов… кроме того, что ребенок появится на свет в преимущественно человеческом облике и с возрастом приобретет больше драконьих черт. Это должно успокоить, но уже много поколений не было ребенка-дракона, рожденного человеком.
–Сол, мне нужно, чтобы ты отнес меня в крепость. Сейчас же.
Он приходит в движение, осторожно берет меня на руки и бежит обратно к крепости. Схватки, которые мучили меня, кажется, уже несколько дней, внезапно усиливаются.
Сол едва не вышибает дверь ногой, чуть не сбив по пути Ленору. Темноволосая ведьма смотрит на нас широко раскрытыми глазами, а потом рявкает Солу:
–Отнеси ее вродильную комнату.– Она отворачивается и начинает громко звать акушерку.
* * *
Чем меньше мне рассказывают о родах, тем лучше. Временами мне казалось, что это будет длиться вечно, а иногда – будто время летит слишком быстро. В некотором смысле мне было легче, чем Солу, потому что я была так сильно сосредоточена на том, чтобы вытолкнуть из себя нашего ребенка, что даже не могла беспокоиться, что могу не пережить это событие.
Несколько часов спустя Ленора, с темными волосами, прилипшими к ееостро очерченному лицу, прорычала, чтобы я потужилась еще один раз, черт побери. Этого оказалось достаточно. Мой ребенок родился сразу после полуночи в день весеннего равноденствия.
Счастливица.
Через некоторое время Ленора иБирч, драконья акушерка, вышли из комнаты, оставив нас сСолом наедине с нашей дочерью. Она – причудливое маленькое создание, вся в морщинках и плачет с шипением. Как и обещали, в основном она выглядит как человек. Как только я увидела синеватый оттенок, то подумала, что она не дышит. И только когда Сол поднес ребенка ближе к моему лицу, поняла, что синими на самом деле были маленькие мягкие чешуйки. По словам Алдис, синий – счастливый цвет, такой же редкий, как цвет моих волос в мире людей. Наша дочь спит на моей оголенной груди, наконец замолчав.
Я думала, что уже познала, что такое любовь. Страх. Защита. Все это ничто по сравнению с тем, что пробуждается во мне сейчас. Я поднимаю взгляд, смотрю в темные глаза Сола и вижу в них отражение тех же чувств. Из уголка моего глаза течет слеза.
–Слезы предназначены не только для печальных времен, верно?– я всхлипываю. Голос звучит хрипло и еле слышно.– У нас получилось. Она само совершенство.
–Вы обе.– Он гладит меня по виску.– Отдыхай, Брайар. Я пригляжу за тобой.
Веки тяжелеют от усталости, но мне все равно удается подвинуться на большой кровати и похлопать рукой по месту рядом со мной.
–Иди сюда.
Сол устраивается рядом, а потом осторожно притягивает к себе меня и нашу дочь. Его тепло пронизывает мое уставшее тело. Я почти засыпаю. Но осталось последнее дело, которое нужно сделать, прежде чем я смогу отдохнуть.
–Как нам ее назвать?
Нам нравилось спорить об этом с тех пор, как мы узнали, что я беременна. Порой мы горячились, когда обсуждали имена, но так и неостановились на том, которое нравилось бы нам обоим достаточно, чтобы включить его в окончательный список.
–У меня есть мысль.
У меня нет сил напрягаться из-за его дразнящего тона.
–Да?
–Гиацинт.– Он проводит пальцем по голове нашего ребенка.– Это единственный найденный нами цветок, который растет в обоих мирах. Не роза, но…
В груди щемит и становится жарко.
–Мне нравится.– Я быне хотела, чтобы ее назвали Роуз по моей фамилии. Как бы яни была сейчас счастлива, это не меняет того, что я оставила эту часть себя в прошлом, когда покинула мир людей. Это другое имя, лучше. Способ почтить происхождение обоих ее родителей.– Гиацинт,– говорю я шепотом – Мы покажем тебе прекрасный новый мир.