Последняя ведьма Ксенай. Зов крови.

— Свободны, — скомандовал он, когда мне удалось поймать равновесие на стуле.
Охрана тут же вышла, опять оставляя нас наедине. Я чувствовала, как по скуле течет горячая кровь из рассечённой брови, а губы опухли и потрескались, потому что я их прокусила, чтобы не кричать. Голова гудела, затуманенная острой болью.
— Ну-с, продолжим разговор, — спокойно продолжил Грегор де Вардок, довольно улыбаясь.
— О чем, — прошептала я, сглатывая кровавую слюну, — вы и так всё знаете, сами сказали.
— Знаю, но не всё, — заявил он, помешивая жидкость в бокале, — например, мне интересно, как тебе удалось подчинить себе карателя? Насколько я слышал, они не поддаются чарам.
— Я не подчиняла карателя, вы что-то путаете, — произнесла безразлично, отворачиваясь от ехидной улыбки мага.
— Да, тогда почему он тебе помогал? — допытывался Грегор.
— Он помогал не мне, а Марше, потому что она не виновна, — ответила я, вздохнув тяжело.
— Вы же сами знаете это.
— Допустим, а как ты объяснишь связь между вами?
— Какую связь? — удивленно посмотрела на мага, не понимая, что он имеет ввиду.
— Интимную, — прошипел мэр, начиная вновь злиться, и громко поставил стакан на стол, отчего я вздрогнула.
Застыла испуганно, боясь даже шевельнуться. Откуда он это знает? Неужели нас кто — то видел?
Маг смотрел на меня внимательно, считывая эмоции, и ожидал ответа.
— Не было никакой интимной связи, с чего вы взяли, — не выдержав, выпалила я, не желая признаваться.
— Твой названый брат поведал, — ехидно прокомментировал мой вопрос мэр, а у меня даже рот открылся в изумлении. Увидев мой шок, он улыбнулся еще шире, — да-да, именно он донёс, что видел вас вместе на берегу.
— И он видел, чем мы занимались? — после паузы спросила я, всё ещё не веря мэру и закипая от злости на Тавруса. Вот же сволочь, предатель!
— Видел, — кивнув, подтвердил маг, — он следил за тобой всё это время.
Это заявление окончательно добило меня. Всё это время рядом со мной был предатель, притворяясь пушистым зайчиком. Ненавижу! Уничтожу! Если, конечно, выберусь отсюда.
— Он врал, — заявила, вскинув подбородок.
Я поняла, что бы ни сказала, все равно мне не поверят. Так зачем оправдываться и вести глупые диалоги.
— Ну да, ну да, — хмыкнул маг. — Красивая ты баба, жаль, что опасная для магов. Я бы сделал тебя своей любовницей, не будь у тебя столь страшного дара.
От этих слов я скривилась, выражая всем своим видом отвращение к мерзкому мужчине. Это не укрылось от Грегора и изрядно задело его, потому что маг вскочил со своего места и, подойдя ко мне, с силой схватил за волосы, оттягивая их вниз и заставляя откинуть голову.
— Рожу кривишь от меня? Посмотрим, какое лицо у тебя будет, когда я отдам тебя тем морякам, которых ты так нещадно опустила, — и отшвырнул меня с такой силой, что я вновь полетела на пол. — Стража, увести!
В комнату ворвались двое амбалов и, взяв меня под руку, выволокли из кабинета мэра, таща по коридору. Я не сопротивлялась, это бессмысленно и глупо. Дара нет, и я бессильна, а самой идти в тюрьму не было никакого желания, так что пусть тащат, отдохну пока.
    
29 глава
Меня швырнули в камеру прямо спиной на каменный пол. Ударилась и застонала, почувствовав, как хрустнули мои бедные позвонки.
— Сволочи, — выругалась тихо, попыталась перекатиться набок и потом сесть.
— Рхгав, — услышала голос своего зверя и подняла глаза на решетку, где он находился.
Он стоял на ногах и вилял радостно хвостом.
— Мордус, ты поправился, — проговорила я удивленно и, всё-таки встав кое-как, подошла к зверю.
— Ргхав мяв, — ответил он мне, пытаясь протиснуть морду сквозь решётку.
— Тихо, не лезь сюда, а то застрянешь, — сказала, грустно рассмеявшись и поглаживая своего питомца, — дело дрянь, похоже, мы попали, — продолжала я жаловаться Мордусу. — Таврус оказался предателем, представляю, как расстроится Батя, узнав обо всем, так еще и Кайтона подставила, представляешь? Теперь помощи ждать неоткуда, придется самим выбираться, вот только как?
— Про-рррыв, нужен про-рррыв, — услышала у себя в голове рычащий голос и замерла в недоумении.
У меня начались галлюцинации? Я слишком сильно ударилась головой? Непонимающе перевела взгляд на Мордуса, который сидел с высунутым синим языком и пристально смотрел на меня.
— Ну что смотришь, ду-май ррр, — вновь пронеслось в голове, и я изумленно выдохнула, не веря в происходящее.
— Ты со мной говоришь? — спросила зверя вслух, указывая на себя пальцем.
— А ту-ут еще кто-то есть? — прорычал он тихо, вопросительно наклоняя голову набок.
— С ума сойти! — воскликнула я с восторгом и шоком одновременно. — Как это возможно?
— Ты дала мне кррр-овь, — пояснил пес, — тепе-рррь мы связаны.
— О-бал-деть! — только и смогла я выговорить, повторяя говор зверя, изумленно хлопая ресницами.
— Да уж, рхав, — тявкнул Мордус, фыркая, — тепе-рррь пррри-деться слушать твое нытье.
— Что? — возмутилась я. — Когда это я тебе ныла, неблагодарная псина!
— Только что… ррр, — протянул он, довольно при этом виляя хвостом.
Теперь уже фыркнула я и села поудобней, облокачиваясь на прутья.
— Ладно, нужно придумать, как выбраться от сюда, — ответила зверю беззлобно. В сущности, я была рада его компании: не так страшно и одиноко, когда рядом есть друг.
— Надо снять ошейник, — подал идею Мордус.
— Логично, но как? Я не могу применить свою силу, она блокирована.
— Можешь это сделать че-рррез меня, — вновь подал идею зверь.
Заинтересованно уставилась на него, не понимая, о чем он. Увидев мое выражение лица, Мордус фыркнул, оскаливая зубы в улыбке.
— Глу-пая, не знаешь об этом, да?
Я помотала отрицательно головой. Конечно, понятия не имею, откуда бы! Я даже не знала, что могу говорить с животными.
— А ты и не можешь, только со мной, — ответил на мои мысли пес, чем еще больше поверг меня в шок. — Я — твой сосуд тепе-рррь, твоя сила плюс моя сила дают тандем, я гене-ррри-рую и усиливаю твои возможности, только нужно понять, как, — объяснял мне Мордус тоном учёного.
— Хорошо, давай поймем. С чего начать? — согласилась я на эксперимент.
— Не знаю. — протянул он, задумавшись, потом почесал за ухом лапой и встряхнулся. — Думай, ты же ведьма, а не я.
Ответить я не успела, потому что возле решетки показалась мужская фигура, а потом еще одна и еще. В темноте я не могла видеть лиц, но подсознательно чувствовала угрозу. Мордус вдруг зарычал предостерегающе: