Кольт и Стетсон для спецназа
— Ты не иначе как дурак, — задумчиво проговорила она. — Каждый мужчина в этом городе был бы счастлив оказаться на твоём месте. Да и ни один из пришлых ганфайтеров не наслаждался моим обществом больше трёх месяцев.
— Это который в камере сидит?
— Если бы ты не вёл себя как дурак, он завтра бы вышел. Я держу его только до того момента, пока найдётся замена.
— Сеньорита Леоне, хватит заговаривать мне зубы. Нет Амалии, так и скажи.
Лора сделала пару энергичных шагов и оказалась в метре от собеседника. Она наклонилась вперёд и проговорила свистящим шёпотом:
— Я покажу тебе Амалию, дурачок. Но за свою настырность ты будешь жестоко наказан.
Девушка вернулась на место и потянула неприметный широкий шнурок, висящий на стене. За дверью раздался звон, и Джек едва успел отскочить в сторону, как в зал ворвались двое бойцов, размахивая револьверами. К этому моменту Лора оказалась уже вновь в плаще и с каменным лицом приказала:
— Приведите девчонку.
Боевики секунду потоптались, осмысливая приказ, затем молча скрылись за дверью. Пару минут мужчина и женщина смотрели друг на друга. Джек пытался понять, что же представляет из себя хозяйка Монтемальдидо. Она не стремилась избить пленника, не пытала, стараясь дознаться, где он спрятал деньги. Да и вообще, не производила впечатление извращенки. А что любит погрубее, так для века двадцать первого это считается нормой. Сложилось впечатление, что Джек ей симпатичен, вот она и старается ему понравиться, не выходя при этом из привычного для себя образа. Вон и взгляд какой, заинтересованный. Если в первые секунды смотрела на него чуть ли не как на мясо, сейчас явно увидела личность. Если её тягу к грубости обернуть вобра…
Дверь распахнулась, и давешние бойцы ввели в зал Амалию Дуглас. Девушка была абсолютно голая и красная как запрещающий сигнал светофора. Руки её были связаны за спиной, ногами девушка семенила, стараясь держать бёдра вместе. Молодые люди поставили пленницу посреди зала и отошли на шаг назад. Эми первые секунды смотрела в пол перед собой, стесняясь поднять глаза, затем заметила Лору и гордо подняла подбородок. Сейчас она очень напоминала кого-то из Молодой Гвардии. Волосы растрёпаны, глаза горят, щёки, уши, шея, даже спина, красные.
Лора жестом отправила бойцов и вновь скинула плащ, так что Жора невольно обратил внимание на фигуры обеих девушек. Насколько они всё-таки разные. Лора пышная, крутые бёдра поднимают края и без того пышной юбочки, заметный несмотря на корсет животик придаёт определённой пикантности, массивные груди смотрятся как два золочёных купола. Яркие крупные черты лица. А над всем этим волны вьющихся чёрных волос. И стройная без одежды, совсем худенькая Амалия. Спина до половины закрыта волосами с заметной рыжинкой, тонкая шейка, еле торчащие грудки и тонюсенькая талия, которой не нужен никакой корсет. И обе по-своему хороши.
Амалия только сейчас его заметила, взвизгнула на пределе слышимости, переходя в ультразвук, и мгновенно села на пол, стараясь спрятать максимальную поверхность тела. Лора покровительственно улыбнулась и перевела взгляд на молодого человека.
— Вижу, ты правильно оценил женские прелести, — кивнула она и вновь посмотрела на Эми. — Выйди, малышка. Не мешай нам.
— Нет, — Джек вышел почти на середину зала. Теперь он был в шаге от Амалии. — Пусть смотрит.
— Фу! — притворно скривилась Лора. — Какие у тебя неестественные предпочтения, малыш.
Она, похоже, вновь входила в роль хозяйки. Стек красиво летал в её руке.
— Ладно, девочка. Оставайся. Поучишься обращаться с мужчинами. Когда ещё ты увидишь подобное. — и уже Джеку. — А ты за самовольство будешь наказан. Иди сюда!
Джек подошёл, стараясь делать короткие шаги, остановился в полуметре от хозяйки и склонил голову.
— Кланяешься? — удовлетворённо спросила Лора. — Молодец. Но этого мало. Целуй мои туфли!
— Да, госпожа, — покорно проговорил Джек и опустился на колени. Взял обеими руками правую ногу хозяйки, резко дёрнул её вверх с поворотом и тут же вскочил.
Вовремя. Лора лежала, уткнувшись лицом в пол, и из-под её головы растекалась кровавая лужа. Жора переместился к плечам и резким рывком свернул сеньорите Леоне шею. После чего перевернул труп.
— Джек!!! — вскричала Амалия шёпотом, но он в ответ лишь приложил палец к губам.
Личный обыск ничего не дал, нужно было где-то добывать оружие и сваливать из этого излишне гостеприимного дома. Больше пяти минут молчания бойцы, без сомнения дежурящие за дверью, им не дадут. Сицкий подошёл к Амалии и еле слышно спросил:
— Сможешь изобразить Лору?
— Как?! — не поняла девушка.
— Говорить что-то вроде «Да! Ещё! Молодец мальчик» и так далее. Только её голосом.
— Я… — девушка, казалось, забыла о том, что из одежды на ней лишь собственные волосы, поднялась на ноги и повернулась к спутнику спиной, протягивая связанные руки. — Я попробую. Но зачем?
— А затем, что сеньорита Леоне была, как я понимаю, довольно страстной женщиной. И общаться с мужчинами молча просто не могла. Ну-ка!
— Да! — пискнула Амалия, но потом прокашлялась, и сказала почти похоже. — Да! Ещё! — и сразу же своим голосом, — Джек! Как ты можешь?!
Жора показал ей большой палец и открыл первый попавшийся ящик. Обыск сопровождался вскриками девушки и время от времени отвечающего ей Джека, и толком ничего не дал, если не считать голубого платья из хлопка. Кроме того, нашлись почти сотня золотых двадцаток, куча женского барахла вроде заколок, ножничек, и так далее. Ни оружием, ни мужской одеждой разжиться не удалось. В итоге молодой человек подошёл к девушке с недоуменным взглядом и платьем в руках.
— Надевай, — коротко приказал он.
— Руки, — Амалия повернулась спиной, совершенно забыв о том, что надо стесняться.
Через минуту платье было надето, и здесь как раз пригодились шпильки и заколки. Одежду, которая висела на Эми как на вешалке, пришлось подворачивать, защипывать и утягивать. Наконец, Амалия удовлетворённо огладила подол и более уверенно посмотрела на собеседника.
— Джек, а почему ты её убил? Она же женщина.
Жора удивился. Как там говорилось? «Подождите, сейчас я поем, и вы увидите, какая у меня будет истерика». Дождалась, пока её в порядок приведут…
— А что? Надо было ей туфли целовать?
— Нет. Но…
— Эми, эта сеньорита хотела убить тебя, а меня сделать рабом. Нормально? Ты тут ягодицами сверкала перед её ганфайтерами. Это тебя не смущает?
— Ой… А как же я теперь?
— А теперь забудь, милая. Нам сейчас отсюда выбраться надо. А кроме того, забрать кое-кого из подвала.
— Кого забрать? Ещё какую-то дуру? Ты всех встречных женщин решил собрать? И, Джек, ты назвал меня милой. Почему ты так сказал?