Паранормы. Незримая пуля
– Не поверишь. – В душе внезапно созрела решимость поделиться с родным человеком информацией о контакте с плазмиками. – Но опять-таки прошу ни с кем на эту тему не говорить. Ещё упекут в психушку. Я законтачил с инопланетянами.
Евлампий Калистратович недоверчиво поиграл бровями, разглядывая серьёзное лицо сына. Вид у него был растерянный, и Нестор снова засмеялся.
– Не пугайся, я не сбрендил. А с контактом случайно получилось. Я действительно в каком-то смысле экстрасенс и могу внедряться в людей и читать их мысли.
– Как это – внедряться?
– В ментальном плане, виртуально. Ну, это долго объяснять. В один из вечеров я тренировался вселяться в разные предметы и ради смеха решил погулять в космосе. Самое интересное, что я получил ответ! Ближе к центру нашей Галактики Млечный Путь располагается двойная звёздная система, состоящая из обычной звезды – красного гиганта и коричневого карлика. И на этом карлике живут плазменные существа, плазмики. Я установил связь с одним из них. Его зовут Мыследаром.
Евлампий Калистратович сглотнул.
– Ты… пошутил?
– Нет, я же сказал – не поверишь.
Евлампий Калистратович пошевелил губами, покачал головой и поднялся налить кофе.
– Пей и рассказывай.
– Что тебе рассказать?
– Что это за плазмики, как выглядят, как живут, что у них за социальная организация и есть ли она вообще.
– Ещё какая. – Нестор сделал несколько глотков живительной влаги. – Я сам обалдел, когда услышал от Мыследара историю их цивилизации. Сами они представляют собой коллективных существ, ходячие, а точнее, летающие ульи или рои насекомых. Но при этом ячейки эти совсем не насекомые, а устойчивые плазменные образования величиной с ноготь. Я даже не смогу описать их форму, потому что они могут принимать любой геометрический облик в соответствии с задачей, которую выполняют в данный момент.
– То есть у них мыслит всё тело? Рой?
– Можно сказать и так.
– Что за цивилизацию они построили?
– Держись за стул крепче, а то упадёшь. Я долго выспрашивал у моего визави идею социального устройства общества плазмиков и пришёл к выводу, что они создали настоящий коммунизм.
– Да ладно, – отмахнулся Евлампий Калистратович.
– Честно, сам был в шоке. Может, коммунизмом назвать эту конструкцию и нельзя, но по многим параметрам она близка к нашей системе, потерпевшей поражение в двадцатом веке. Однако начну по порядку. Если отвлечься от физического облика плазмиков, считая их в каком-то смысле людьми, то получается такая картина.
У них были города, но потеряли своё значение, поскольку все жители планеты стали работать дома: весь мир стал глобальной деревней.
– Наши социологи тоже трубят о скорой смене образа жизни в связи с переходом на фриланс.
– У плазмиков это произошло легче и быстрей. Мировые столицы опустели, государства практически исчезли, распавшись на мелкие кластеры специализаций. Границы тоже исчезли, а национальные особенности разных народностей переместились в музеи, став артефактами. Началась эра материального процветания, обеспеченная не постоянным потреблением, а, наоборот, его отсутствием. Плазмики научились жить умеренно, потихоньку создав общество всеобщего благоденствия и всемирного изобилия. Продуктов и производимых вещей хватает всем, и никто не дерётся за власть, как у нас на Земле.
– Не может быть.
– Может, па, я не один раз беседовал с Мыследаром на эти темы. У плазмиков всё решается настройкой социальной системы, а не революционным разрушением. Проблемы возникают лишь в связи с бурным развитием новых технологий, причём без негативного господства крупных корпораций и банков. Кстати, банковская система у них вообще отсутствует. Деньги утратили прежнее значение, и на их место пришли знания: добираются до высоких постов только люди… плазмики, обладающие большими знаниями и опытом.
– Кошмар!
Нестор фыркнул:
– Не кошмар, а идеал!
– Я это и имею в виду.
– Чем тебе не коммунизм? Никакой конкуренции, кроме конкуренции знаний! Никаких насильственных свержений власти! Никаких безжалостных и бесчеловечных методов управления! И никакого перехода на цифру! Хотя при этом они пользуются компьютерами.
– Уф! – поднял руки вверх слушатель. – Подожди, не укладывается в голове! Ты хочешь сказать, что плазмики… э-э, так сказать, неолюди, живут так же как и мы? У них есть семьи, всякие производства, заводы, институты, центры развлечений?
– О центрах развлечений речь не шла. Обязательно спрошу. А производства, заводы, институты, конструкторские бюро как отдельные объекты не существуют. Они объединены в единое гибкое целое – от создания идеи до реализации. Во всяком случае я так понял Мыследара. Глубже не копал, но ещё буду выяснять. Зато оценил главное: плазмики живут в справедливом обществе без конкуренции, войн и насилия, как ты его ни назови, и это меня напрягает больше всего. Иногда даже стыдно за то, что у нас творится, и в стране, и вообще на Земле.
– Да уж! – Евлампий Калистратович почесал в затылке. – Есть чего стыдиться. Удивительно, что где-то в космосе кто-то построил общество изобилия. Вот бы нам перенять этот опыт! А почему ты называешь своего информатора Мыследаром? Разве плазмики разговаривают как люди?
– Вовсе нет, они общаются мысленно, и его имя просто подходит по смыслу под слово «мыследар». Кстати, он служит в департаменте контроля космоса, который каким-то образом объединяет астрономов и спасателей.
– Как это?
– Похоже, он следит за приближением к его звезде опасных астероидов и потоков пыли, ликвидирует их или помогает попавшим в беду соотечественникам как спасатель.
– Как же плазмики достигают взаимопонимания в таких больших семьях? У твоего Мыследара семья…
– Из пятнадцати человек.
– Человек! – хмыкнул Безоружный-старший. – Очуметь! И семьи не распадаются?
– Я не спрашивал, но возраст Мыследара соответствует земному сорокалетнему жителю, а в его семье есть родичи чуть ли не вдвое старше.
– Да-а… – Евлампий Калистратович ушёл мыслями в себя.
Нестор вдруг почувствовал, что устал. Захотелось спать.
– Пойду прилягу, пожалуй.
– Подожди, – очнулся хозяин, – у меня остались вопросы…
– Завтра поговорим, если не возражаешь. Суд в котором часу?
– В двенадцать.
– Успеем обсудить все проблемы. Ты где ляжешь?
– На диване в зале.
– Тогда я как белый человек в спальне.
Почистив зубы, Нестор забрался в кровать, но уснуть не успел, услышав звонок.
На дужке очков мигало слово «Полковник».
Сердце сжалось: звонил Ланин. Но отвечать и объяснять, где находится слипер в данный момент, не хотелось. Тем не менее Нестор нацепил очки, сжал зубы, настраиваясь выслушать очередное нравоучение. Но руководитель «Призрака» повёл речь о другом: