Паранормы. Незримая пуля
– Какой ты сегодня сердитый, генерал, – проворчал президент. – Такое впечатление, будто до сих пор живёшь в стране, которой уже нет.
– Так оно и есть. – Директор ФСБ крутанул желваки по щекам. – Я рождён в Советском Союзе и до сих пор жалею, что предатели развалили империю, когда можно было этого избежать. А теперь мы имеем колоссально коррумпированную систему управления государством, готовящую последний смертельный удар уже российской государственности.
– Не преувеличивай, Иван Егорович.
– Нисколько не преувеличиваю. Откройте глаза шире, посмотрите, что делается вокруг. Премьер Хуснулла Маратин предлагает на полном серьёзе превратить Россию в одиннадцать агломераций, а остальную территорию превратить в вахтовый посёлок.
– Стратегия агрессивного развития инфраструктуры…
– Бог ты мой, Анатолий Павлович! Очнитесь! Если вы подпишете эту инициативу, Россия как государство и мы как народ – исчезнем! Неужели не ознакомились с докладами экспертов?
– Мне ежедневно докладывают…
– Поменяйте советников и помощников, срочно! Почти все они предатели и не говорят вам всей правды. Председатель Совбеза Мотузов недавно выступал на совещании в Карачаево-Черкесии по вопросам госбезопасности, признав масштабы информационной войны и льющейся в души россиян грязи с экранов Интернета и ТВ ужасающими. Вы ведь присутствовали.
– Удалённо… да, кажется… помню.
– Вряд ли вы придали словам Мотузова большое значение, а зря. Знаете, как молодёжь реагирует на «подвиги» блогеров и отморозков в соцсетях? Сын известного певца спел матом, будучи в нетрезвом состоянии и абсолютно голым, песню в Интернете и получил двадцать семь миллионов лайков! А известный блогер и полный моральный урод Джо Либер (ник у него такой), имевший более шестисот нарушений ПДД за последние полгода, на шикарной «мазератти» устроил ДТП на Кутузовском проспекте и убил водителя и пассажиров – женщину и ребёнка. Его даже не задержали! Отпустили под подписку о невыезде! И знаете, сколько он получил лайков? Более двадцати миллионов! Это нормально?
Анатолий Павлович пожевал губами, ошарашенный эмоциональной речью директора. Сказал мрачно:
– Мы не можем регулировать Интернет…
– А надо! Надо! Ради сохранения молодых душ! Уже много лет в России идёт грандиозная диверсия по обработке сознания молодёжи и изменению менталитета народа, а также по подготовке молодёжи к участию в антигосударственных демонстрациях в качестве «майданного мяса». И теперь мы вынуждены работать не только против поводырей революций, но и против их молодых пособников. К примеру радикал-либерал и он же известный блогер Илья Варламов выдвинул себя кандидатом в мэры Москвы. Думаете, это такой прикол? Да у него подписчиков больше пяти миллионов! Если молодёжь проголосует за него, он запросто пройдёт в мэры. Вам нужен такой, с позволения сказать, слуга народа?
Президент взопрел.
– Чёрт бы тебя побрал, Иван Егорович! Я вызвал тебя не для того, чтобы ты читал мне мораль.
– А для чего?
– Мы не спим в стойле, а работаем в плане очистки верхнего эшелона власти. Мне нужен компромат на министра просвещения. Скользкий пацан, а главное – под благими намерениями умело прячет мины под образование и воспитание.
– Наконец-то дошло и до вас. Конечно, мы ведём досье. Хотя действовать надо решительнее и быстрее. Вот ещё пример: вы знаете, что высшее руководство Подмосковья – мультимиллионеры? Вас это не беспокоит?
– Вот и подключай свой КЗО. – Президент хлебнул водички, смочил носовой платок и вытер лоб. – Да и «Призрак» не мешало бы направить в нужное русло. А то что-то не видно их работы.
– «Призрак» пашет как раб на галерах, но слиперов у нас мало, не успеваем корректировать всех негодяев, больно их много во власти окопалось. Но если вы дадите отмашку, нам будет намного легче справляться с проблемами.
– Надеюсь, у вас всё под контролем?
Козодоев подумал о возникших проблемах с американским психотронным генератором, но вслух об этом говорить не стал. Ещё оставалась надежда на благополучное завершение работы по изучению и применению этого оружия.
– Буду докладывать вам о каждой проведенной операции.
– Будь добр. Не забудь о компромате.
– Через час получите файл.
– Кого вы корректируете в ближайшее время? Не министра финансов? Настало время заменить его.
– С финансами разберёмся позже. В плане работа с министром Манторовым.
Анатолий Павлович погладил пальцем шрамик над бровью.
– Прошу быть осторожнее.
– В каком смысле?
– По моим данным он начал реструктуризацию машиностроительной отрасли…
– Вот поэтому его и надо умело направить на созидание, а не на планируемое разрушение отрасли.
– Разрушение?
– А вы думали либералы решили усилить позиции России в этой области на мировом рынке?
Президент сделал движение к клавиатуре компьютера.
– Мне тут скинули доклад экспертного совета…
– Забудьте! Намечается сокращение инженерного корпуса и смена площадок, что неминуемо приведёт к падению производства. У главных наших машиностроителей и авиапроизводителей либералы просто отнимают земли, чтобы построить торговые центры под соусом «оптимизации производственного цикла и сокращения численности управляющих кадров». А уволят в первую очередь тех, кто действительно нужен отрасли.
Анатолий Павлович недоверчиво посмотрел на собеседника.
– Откуда тебе это известно?
– Или я не директор Службы безопасности? – усмехнулся Козодоев. – Вы же работали в нашей системе…
– Это было давно и неправда. Кстати, мне хотелось бы побеседовать с вашим координатором.
– С Мараевым?
– Мы встречались на отчётных собраниях Думы, и он произвёл на меня благоприятное впечатление.
– Повремените со встречей.
– Почему?
Козодоев замешкался, не готовый к объяснению причин своих предчувствий. Михаилу Модестовичу он, конечно, доверял всецело, однако в связи с последними событиями: передислокация «Призрака», отказ Ланина сообщить координаты новой штаб-квартиры (адрес базы, принадлежащей ГРУ, разумеется, был липовым), а также заявления полковника о наличии «крота» в рядах КЗО, – рисковать здоровьем, а то и жизнью президента не казалось разумным.
– У нас назревает реформация личного состава и смена приоритетных задач.
– Реформация? – поднял брови Анатолий Павлович. – И вы туда же? Не жизнь, а сплошная оптимизация.
– Комитет – живая система, а не закостенелый чиновничий аппарат. Жизнь меняется быстро, и мы не должны отставать. Тем более имея такое оружие.
Президент ещё раз вытер влажный лоб платком.