Ведьма тебе в помощь
– Не волнуйся, – заметил ее частое дыхание. – Я все время буду рядом.
– Ты, видимо, не понимаешь, о чем говоришь. В отличие от тебя я мертвецов за всю свою жизнь ни разу не видела. А тут предстоит дотронуться. Да мне кошмары будут сниться!
– Не будут. Я знаю парочку эликсиров. Безобидных и безвредных. Если понадобятся, приготовлю для тебя.
– Смотрю, ты любишь решать проблемы с помощью зелий. Так ведь куда проще, чем проникнуться бедой другого.
До чего колючая засранка… Что ей ни скажи, что ни предложи, все не так. В каждом моем действии видит подвох. Притом сама же чуть меня не поцеловала. Одним словом, женщина.
– Григер! – раздался голос за нашими спинами. – Наконец-то!
– Вершталлен, – произнес, поворачиваясь. – Вечер добрый.
– А кто это с тобой? – И чертов вурдалак облизнулся. Вот ведь сукин сын. – Что за прекрасная особа! Бледность вашей кожи, госпожа, – поравнялся кровосос с Эльвет, – точно лунный свет над хлопковым полем.
– Это как? – расплылась в улыбке Вереск.
– Чарующе мягкая…
И вурдалак полез было девчонке руку целовать, но остановился, когда я перехватил его лапу и крепко сжал, очень крепко.
– Нам бы на тело взглянуть, Вершталлен.
– Конечно-конечно, – сразу осекся бледнорылый упырь. – Вы очень вовремя, кстати. Родственники уже негодуют. Единственный вопрос, Тайер.
– Да.
– В итоговом протоколе должны быть указаны все произведенные манипуляции. Поэтому хотелось бы знать, что ты намереваешься делать.
– Ничего, что требовало бы дополнительных чернил в твоем протоколе.
– Ясно, – делано ухмыльнулся упырь. – В таком случае у вас полчаса.
– Нам хватит и десяти минут. Ты, главное, доступ организуй. К телу.
– Уже.
Но стоило нам войти в двери морга, как Эльвет натянула на нос воротник куртки. И, разумеется, позеленела.
– Тошнит?
– Не то слово. Говорю же, – пробубнила, – мертвецы не моя тема.
– Мы быстро, вот увидишь.
Вершталлен меж тем подвел нас к холодильным камерам, открыл дверцу под номером десять и выдвинул из недр поддон с телом.
– Прошу, наслаждайтесь, – а смотреть продолжал на Эльвет. Зря их вывели из сумрака, сидели бы в своем подполье кровососы и от солнышка прятались. – Вы слишком молоды для криминалиста или судмедэксперта, – не сдержался лупоглаз.
– Она моя студентка, – пора пресечь все эти неуместные поползновения. – Сейчас пишет научную работу, для чего мы и здесь.
– Вот как. Очень интересно. На какую тему работа? Процессы гниения? Бактериология? Трупные яды, быть может?
– Трупные эссенции на основе некромеса в патологической анатомии, – протараторила Эльвет быстрее, чем я успел придумать ответ.
– Очень интересная тема, госпожа, – вмиг подобрался вурдалак, одернул свой фартук, поправил воротник рубашки. – Я бы с радостью поделился с вами своим профессиональным мнением.
– Обязательно поделишься, – вмешался я, – когда она сдаст экзамены, окончит университет и устроится на работу. А сейчас дай нам уединиться.
– Хорошо, – скорчил рожу любвеобильный упырь.
Ходят по комиссариату слухи, что этот бес уже не одну сотрудницу зажал в темном углу. Поговаривают, из одной даже крови выпил, но, судя по всему, по обоюдному согласию.
Когда Вершталлен наконец-то оставил нас в покое, я ощутил прямо-таки небывалое облегчение. Интересно: почему? Неужели из-за его внимания к Эльвет?
– Откуда такие познания в патологической анатомии? Мертвецы же не твоя тема, – сложил руки на груди.
– Мой папа алхимик, Тайер. До того как заняться аптечным бизнесом, он работал в лаборатории, где создавал специальные эссенции для моргов. И при случае рассказывал мне о своей работе. Об удачах и неудачах, об экспериментах с новыми веществами, такими как некромес. Было интересно.
– С каждым днем арнийская роза распускается все больше. – Кто бы мог подумать. Ей однозначно надо учиться, а не штопать чужие портки.
– Что за роза такая?
– Этот удивительный сорт был выведен феей Коллитой Арнийской, она вырастила кустовую розу высотой в два с половиной метра и диаметром бутонов семьдесят семь сантиметров. Все ботаническое сообщество ожидало, когда роза зацветет. И в один прекрасный день самый крупный бутон начал раскрываться. На полное раскрытие ему понадобилось три месяца; за это время Коллита успела вывести еще три гибрида, защитить диссертацию, получить премию и увековечить свое имя в истории. Отсюда и поговорка пошла. Другими словами, Эльвет, с каждым днем ты все больше удивляешь меня.
А вот и румянец на бледно-зеленых щеках проступил.
– Было бы здорово услышать эту историю где-нибудь в другом месте.
– Я могу показать тебе арнийскую розу. Она растет в Ксантиппском ботаническом саду. Как и другие творения Коллиты.
– Может быть. А сейчас, – перевела взгляд на труп, – что мне нужно делать?
– Прикоснуться.
– Да уж, – снова позеленела, – проще сказать, чем сделать.
Тогда я взял девчонку за руку, однако она в ту же секунду отстранилась.
– Не надо, Тайер, иначе я не смогу прочувствовать ее, – кивнула на тело, – если вообще смогу хоть что-то почувствовать. Ладно, – и на выдохе накрыла голову убитой ладонью.
На сей раз Эльвет не испугалась, не заплакала, а, наоборот, сосредоточилась. Глаза как всегда закрыла. Но не прошло и минуты, как над головой Вереск появилось облако, скорее туча или тучка. Несмотря на маленькие размеры, из нее слышался рокот грома. Потом и вовсе тучка разродилась дождем, и тогда Эльвет распахнула глаза.
– Ты создаешь паратронимы? – Сегодня прямо-таки день сюрпризов.
– Бывает. Когда на душе темно.
– Значит, почувствовала что-нибудь?
– Энергия ее тела сохранила лишь обрывки последних минут жизни. Темнота, грязь и запах. Я почувствовала аромат сдобы, когда подонок зажал ей рот рукой. Там присутствовали нотки ванили, корицы и чего-то еще. Не знаю этой приправы. Удивительно другое.
– Что?
– Сама смерть. Верно говорят, смерть – это вечный покой. Пусть не души, но тела. Мне казалось, будет страшно, а было просто грустно и очень спокойно.
– Думаю, на сегодня достаточно, ты молодец.
Н-да, ее паратроним успел залить все полы водой. Вершталлену придется поработать шваброй.
– Одну секунду, – и Эльвет разогнала рукой облако, – теперь можем идти.
– Как часто такое случается?
– Последнее время часто.
Ну, раз сама природа приходит к ней на выручку, значит, девчонке действительно тяжело. Пожалуй, до свадьбы не стоит ее привлекать к расследованию. Пусть восстановит душевные силы, позанимается ремонтом, выберет платье и просто погуляет по городу с Сюсанной. Хотя нет, лучше со мной.