Мрачные ноты (ЛП)

— Я вольна сама решать, где мне жить.
— Только не тогда, когда речь идет о твоей безопасности. — Я сворачиваю на Рампарт-стрит и направляюсь в сторону ЛеМойна. — Думаю, мне не стоит объяснять насколько небезопасно твое пребывание в этом доме вместе с Шейном и Лоренцо.
Она обиженно надувает губы.
Я кладу руку ей на бедро.
— Просто перестань грузиться по этому поводу.
— Я твоя ученица. Если кто-то узнает, что я живу у тебя...
— Я загремлю за решетку, а ты будешь свободна от меня и от любых последствий.
— Вот именно! А я не хочу этого!
— Это мои проблемы. — Мой голос звучит властно, чтобы напомнить ей, что здесь я принимаю решения, потому что я главный и контролирую эту ситуацию, в первую очередь, чтобы защитить ее. — Я так решил, и мы больше не будем возвращаться к этой теме.
Когда притормаживаю на светофоре, она отстегивает ремень безопасности и тянется ко мне.
Улыбаясь, Айвори привычно проводит рукой по моим волосам.
— Ты просто восхитителен, когда становишься таким серьезным и властным. — Она опускает подбородок и нарочито понижает голос. — Типа, я мужчина и я устанавливаю законы. Как сказал, так и будет.
Очень мило. Мотаю головой, с трудом сдерживая улыбку.
Ее пальцы погружаются глубже в мои локоны, и она приближается ртом к моему уху.
— Но у меня есть своя голова и право голоса, и тебе придется прислушаться, когда я действительно этого захочу.
Не свожу глаз с ее губ, будучи слегка обескураженным и возбужденным.
— Что еще можно было от вас ожидать, мисс Уэстбрук.
Она точно также понимала, что я не позволю ей перечить моим решениям.
— Вот и славненько. — В ее глазах играет огонек. — Также тебе следует быть готовым, что я не откажусь от Леопольда.
Конечно, она не сделает этого, поэтому мне предстояло подумать, как сделать так, чтобы это обстоятельство работало на меня.
Айвори скользит пальцами по моему подбородку, обхватывая его и целуя меня. Никто из ЛеМойна не сунулся бы в этот район, поэтому можно было не беспокоиться о студентах, глазеющих из проезжающих машин.
Я облизываю ее губы и подаюсь вперед, чтобы проникнуть языком в ее рот. Не требуется ничего, кроме легкого намекающего движения, и она уже стонет, открываясь для более тесного контакта. Боже, ее желание настолько же ошеломительное, как и мое собственное.
Сигнал светофора может смениться в любую секунду. Но мне плевать. Я перехватываю инициативу, сжимая ее бедра и прижимая нас к панели передач. Не убирая ноги с педали тормоза, я продолжаю дразнить ее языком, орудующим между ее губами, в то время как рукой следую ниже, чтобы с силой вцепиться в ее ягодицы.
Позади нас раздается гудок. Мы отстраняемся друг от друга, смеясь и тяжело дыша, подобно школьникам.
Я трогаюсь с места, переводя взгляд с дороги на нее и обратно.
— Каждый раз, когда буду видеть тебя сегодня, я буду вспоминать этот поцелуй.
Айвори заправляет волосы за ухо и смотрит на меня игриво.
— Аналогично.
Пока за окном мелькают кварталы и здания, между нами вибрирует безмолвная связь, закрепленная долгими взглядами и улыбками. Это удивительно комфортное явление, эта связь между нами, словно мы находимся в нашем личном мирке, где не существует никаких ошибок прошлого, планов на колледж и законов, запрещающих связь между учителем и учеником. Здесь в нашем интимном пространстве, нет ничего, что способно разлучить нас.
Я переплетаю пальцы наших рук у нее на коленях.
— Расскажи мне, о чем ты думаешь?
Она нервно облизывает губы.
— Непривычно сейчас ехать в этой машине, одетой в прекрасную одежду, чувствуя себя сытой после плотного завтрака, от которого мой желудок счастлив. — Она закрывает глаза, а затем открывает их и устремляет свой взгляд на меня. — Я счастлива. И напугана. Я чувствую некий страх, потому что такое ощущение счастья... редкость, и я слишком боюсь его потерять.
Наверняка, ее мысли сейчас об отце и чувстве защищенности, которого она лишилась после того, как папы не стало.
Меня подбивает донести до нее, что теперь эти проблемы — моя забота, но это бессмысленно, поэтому предлагаю ей посмотреть на все с другой стороны.
 
— Когда мы вместе, Айвори, только ты и я, как сейчас, счастье только в наших руках. Мы устанавливаем правила и только нам решать, как распорядиться им. Наш мир настолько же реален и безграничен, как и наши чувства друг к другу.
Она поднимает мою руку и касается губами моих пальцев.
— Спасибо тебе.
— За что?
— За то, что ты всегда можешь найти нужные слова. — Она прижимает мою руку к своему подбородку. — За то, что накормил меня. Что дал мне возможность накормить Шуберта. За телефон, одежду и...
— Не нужно благодарностей.
Клянусь, я чувствовал, как ее сердце обнялось с моим, мурлыча и потираясь о мою грудную клетку. То, как стремительно она отыскала место внутри меня, интриговало и вызывало трепет.
Я припарковываюсь на тихой улочке в нескольких кварталах от здания школы.
— Как мне это не нравится.
Она распахивает дверь и одаривает меня добродушной улыбкой.
— Я хожу в школу ежедневно.
— Мне не нравится вся эта секретность.
Я уже проходил это с Джоанной. Айвори заслуживала гораздо большего.
Но если нас раскроют, она вернется в Треме к Лоренцо Гандаре, а, следовательно, и к финансовой пропасти. И только я ответственен за то, чтобы оградить ее от этого.
Хватаю ее за шею сзади и притягиваю к себе, чтобы поцеловать.
— Это не навсегда.
Как только она закончит школу, я перестану быть ее учителем. Наши отношения станут законными, и... она поступит в колледж, в какой ей вздумается. А что потом? Я последую за ней? Захочет ли она этого от меня? У нее просто не будет чертового выбора.
Айвори прижимается лбом к моему лбу.
— Не обещай того, что не сможешь выполнить.
Кровь приливает к моему лицу, ее убежденность пробуждает гнев во мне.
— Я сделаю все, что от меня...
Она нежно касается своими губами моих и мгновенно усмиряет растущую ярость, целуя меня и заставляя мой член набухать.
Затем она поспешно отстраняется.
— Мы обсудим наше будущее после того, как я разберусь с тем, что происходит в настоящем.
На этих словах она выскальзывает из машины. Ее сногсшибательное тело с шикарной задницей и длинными ногами ласкают солнечные лучи. Охренительно красиво.
Закинув на плечо свою новую сумку, она наклоняется и заглядывает в салон. Вырез ее красного платья дарует мне прекрасный обзор на ее упругую молодую грудь, выглядывающую из-под ткани такого же красного шелкового лифчика.
Она ловит мой взгляд и вскидывает бровь.
А что я могу поделать? Это естественно, учитывая, какие у Айвори чертовски классные сиськи.
Уголок ее рта дергается в дерзкой ухмылке.
— Увидимся в классе, мистер Марсо.
Айвори удаляется от машины, лишая меня кислорода. Я опускаю стекло и несколько раз сигналю, чтобы привлечь ее внимание.
Оглянувшись через плечо, она корчит ехидную гримасу.
— Ты так подгоняешь меня или пытаешься произвести впечатление?
Мне просто хотелось еще раз увидеть ее улыбку. Теперь я снова могу дышать.
Глава 30
ЭМЕРИК
Весь день я провел, прислушиваясь к перешептываниям и пристально наблюдая за выражениями лиц. Беверли Ривард встречает меня в учительской с презрительно поджатыми губами. Тут ничего нового. Андреа Огюстен сторонится меня, настороженная и оскорбленная. Она справится с этим. Прескотт избегает меня в коридорах и прячется на своем месте во время занятий. Он — именно тот, кто беспокоит меня больше всех. Вчера вечером я принизил его в глазах Айвори, нанеся сокрушительный удар по его юношескому самолюбию. Но если он только откроет рот, то потеряет куда больше, чем чувство собственного достоинства.