Выбор сердца

А что означает этот выбор в чужом мире? К тому же, этот лук принадлежал какому-то Наргалу. Кто он? Какой-то местный герой?
— Скажи, Эль, а кто такой Наргал?
От моего вопроса мальчик резко остановился и уставился на меня, открыв рот. Сейчас он почему-то выглядел абсолютно на свой возраст, а не так, как тогда, когда успокаивал мою истерику и заставлял принять лук. Да и в глазах больше не поблескивало расплавленное золото.
— Мара Риана, Наргал — это великий дракон, наше верховное божество! Как можно такого не знать?
— Я знаю… — чтобы реабилитировать себя в глазах Эля, немного помедлив, дополнила всплывшими из воспоминаний о разговоре с Мораной деталями. — Есть ещё Инанна. Она сестра Наргала, а Танагр — их отец.
— Да, всё верно. Учитель говорит, что злая сестра пленила Наргала, поэтому у нас на Истрее так опасно. Прямые потомки, оставленные Наргалом править от его имени, без его напутствий разругались вдрызг. И сплотить их может только чудо! Ой! — мальчик испуганно прижал пальчики к губам. — Мара, ты же никому не расскажешь об этом? Я не должен был передавать кому-либо слова магистра Зортуса.
— Обещаю! — я торжественно подняла ладонь вверх. — Но если я тебя кое о чём спрошу, ты тоже никому не рассказывай. Договорились?
— Обещаю! — мальчик повторил мой жест, но зрение меня немного подвело. Мне показалось, что вокруг его руки задрожал воздух. Я устало протёрла глаза, только сейчас осознав, что вымотана. А ведь впереди был неизведанный путь.
Мы с Элем возвращались назад по лесу, продвигаясь в ту сторону, откуда пришли разбойники. Пока направление было понятным. Неуправляемая телега Злотара оставила заметный след из поломанных и помятых веток.
Телега была на том же месте, застрявшая между двумя стволами. Мёртвый староста так и лежал у её колес. Здесь мы ненадолго задержались. Я стала собирать свои вещи, разбросанные по земле. Собирала абы как, лишь бы забрать.
Мальчик тем временем вооружился тонким прутиком и остановился возле мёртвого, с исследовательским интересом рассматривая труп. Меня покоробило от увиденного. Абсолютно ни страха, ни уважения к мёртвому.
— Эль, — позвала ребёнка, — прикрой Злотара рогожкой. Она там, в телеге. Пусть покоится с миром.
— Его дух уже отправился на перерождение, — уверенно сообщил мальчик. — Он достойно жил и шанс родиться снова не упустил. А тело тоже пользу принесёт.
— Вы верите в жизнь после смерти?
— А разве бывает иначе? — мальчик искренне удивился.
— В основном, нет, — я в мыслях перебрала известные мне религиозные учения. Только атеисты это отрицают. — Скажи, Эль, а что значит обращение “мара”?
— Так обращаются к человеческим женщинам. Низшее звено среди рас, живущих на Истрее, но самое распространённое.
Мы двинулись дальше. Теперь направление было приблизительным. Я помнила, откуда доносился крик ребёнка, и шла, крепко держа Эля за руку.
Ребёнок успевал крутить прутик в руке и болтать, бесхитростно рассказывая о разных историях, приключившихся с ним за первый год обучения. Оказывается, он ехал из магистрата (я поняла, что это что-то типа закрытой школы для одарённых детей) вместе со своей кормилицей, которую он не видел целый год, и с одним сопровождающим из охраны.
— …вообще, их было трое. Но на последнем постоялом дворе двое из них заболели животами. Объелись, что ли? Но Кора говорила, что, скорее, обпились, чтоб их поразрывало! Хорошо, что Кора — мара, иначе если бы она была магиссой, то не хотел бы я стоять рядом с ними, когда она это пожелала! — мальчик рассмеялся.
Видимо, то, что он рассказывал, было комичным. Я же слушала его вполуха, прислушиваясь к звукам леса. И поэтому не пропустила момент, когда раздался приближающийся топот копыт.
Первым порывом было спрятаться вместе с ребёнком.
— Тихо! — шикнула на мальчика и, дёрнув его за руку, потянула к ближайшему дереву с низко опущенными ветвями.
С двух сторон от дерева проскакали лошади и затоптались неподалёку. Подъехал ещё один всадник, и наездники стали спешиваться.
«Да проезжайте же!» — мысленно молила, прижимая к себе притихшего мальчика.
До нас долетали приглушённые голоса молодых людей. Двое мужчин и одна женщина перекинулись буквально парой фраз, когда к ним подъехал ещё один всадник.
Если бы я их увидела до всего того, что со мной произошло, то решила бы, что это ролевики, отыгрывающие какой-то исторический фильм или книгу в стиле Толкина*. Все были с холодным оружием.
Я настолько сконцентрировала внимание на гарцующем всаднике, который очень близко подъезжал к нашему укрытию, что не заметила, что мы уже не одни.
Острый холодный кончик меча упёрся мне сбоку в шею.
— Выходи, — раздался мелодичный женский голос.
Мне ничего не оставалось, как последовать приказу.
Осторожно, не делая резких движений, я вышла из-под защиты дерева, стараясь задвинуть Эля себе за спину.
Остальные удивлённо смотрели на приближающуюся меня и не спешили заговорить, а только переглядывались между собой. Первой заговорила женщина рядом.
— Почему на тебе символы правящего рода? Кто ты?
Вопрос поставил меня в тупик. Что она имеет в виду? И вообще, с оружием у шеи разговаривать не очень-то удобно!
— Я не понимаю, о чём речь.
Женщина опустила короткий меч и вытянула Эля у меня из-за спины, как морковку с грядки. Тот только сопел, насупившись, и руку мою не отпускал, судорожно в неё вцепившись.
Воины — на бандитов они не были похожи — стали окружать меня, переглядываясь между собой. Я же озиралась, начиная нервничать. Ну не хватало, чтобы они меня тут прибили. Ещё отведут мне роль какой-нибудь злодейки.
— Ребята, вы, конечно, меня извините. На нас напали бандиты, вот мы с ребёнком и блудим в лесу. Не поможете до города добраться? — я с надеждой смотрела на воинов, переводя взгляд от одного к другому. Всем присутствующим на вид было до тридцати. — Так что, до города далеко?
В этот момент к группе подъехали ещё двое.
Один мужчина был старше других — лет сорока пяти. Длинные платиновые волосы водопадом разливались по плечам. Одежда его была сплошь чёрной, и только ворот стоечкой был украшен голубым неоновым узорным орнаментом. Второй, ехавший рядом, был так же молод, как и те воины, что стояли передо мной. Его тёмно-синие волосы были собраны у висков в косички и открывали высокий умный лоб. Ярко-голубые глаза, настолько нереально яркие, что первой мыслью было — и где он такие классные линзы купил? На скулах у мужчины были татуировки чешуек, которые меняли интенсивность окраски, пока вовсе не поблекли. Я совсем неприлично пялилась на его лицо, пытаясь понять, как такое возможно?
— Лаэрд Номерей, — обратился с поклоном головы воин из первой группы, — мы нашли подозрительную мару. На ней символы правящей семьи. И она вооружена.