Выбор сердца

— Артур?! Артур! — я бросилась вперёд, отчаянно стремясь к своему ребёнку, перепрыгивая через протянутые ноги, брошенные рюкзаки. Вскинула руку, чтоб схватить его, сказать что-то важное… Но поймала только воздух, скользнувший сквозь пальцы. — Нет! Нет!
— Он далеко. Ты видишь моими глазами, Риана та-а Номерей. Для того мира тебя больше нет. Теперь ты есть только для Истреи, — вкрадчиво раздалось у меня над ухом.
Слёзы слепили, но я беспрерывно их вытирала, стараясь ещё хоть немного посмотреть на сына. Он возмужал, отрастил бородку. Выглядел таким счастливым и спокойным. Зазвонил телефон, и он ответил, включая видеосвязь и слушая через беспроводной наушник.
— Да, пап. Встретимся возле дома Елены, — разговор вёлся по-немецки. — Мы зайдём за цветами сами, ты, главное, не забудь то, о чём я тебя просил.
Мой Артур отключился и привлёк девушку к себе, с нежностью целуя в висок.
— Мои родители уже с утра ждут нас, — она смущённо уткнулась носом Артуру в грудь. — Я боюсь.
— Не бойся ничего — я всегда с тобой, даже когда меня нет рядом, — ответил сын моими словами. Так я говорила ему, пока он рос. Его улыбающийся взгляд остановился точно на мне.
— Я с тобой…— прошептала. — И ты в моём сердце навсегда.
 
20. Глава 20. Выбор
Видение исчезло, выбросив меня назад в Храм. Я сидела на полу, упираясь рукой в мраморный пол, с трудом переживая потрясение от встречи с сыном. Пусть односторонней, но я увидела своего мальчика живым, здоровым и счастливым. Сердце в груди билось птицей, попавшей в силки. Дыхание вырывалось с судорожными всхлипами. Хотелось кричать от бессилия и невозможности что либо исправить. 
И всё-таки я собралась морально. Нашла в себе силы улыбнуться и, подняв глаза на Инанну, произнести вслух то, что я видела и чувствовала:
— У сына всё хорошо и будет ещё лучше.
— Да, Риана, — успокаивающе протянула ко мне руку женщина и погладила по голове, как ребёнка. — Можешь о нём не беспокоиться. У него хорошая судьба. Через девять месяцев у тебя родится внучка. Живи с лёгким сердцем здесь. Не трави душу лишними переживаниями. О сыне ты не забудешь. Даже если твоё сердце наполнится новыми чувствами, для твоего первенца место в нём всегда останется.
— Первенца? У меня будет ещё ребёнок? Здесь, на Истрее?
Богиня серьёзно кивнула.
— Ты хочешь ещё о чём-то спросить?
— Вы можете объяснить, как я здесь оказалась?
Она вздохнула тяжело, отводя от меня взгляд, и ответила:
— Зацепил тебя крылом Наргал. Случайно.
— Случайно… — повторила за ней эхом. — Случайно зацепил. Случайно сломал мою судьбу. И нет никакого скрытого смысла в том, что я сюда попала?
— Смысл есть у всего. Даже цветок не распускается просто так. Что до судьбы, то тут я не была бы столь категорична. Положи на чаши весов свою жизнь на Земле и на Истрее. Что перевесит? Где ты чувствуешь себя живой и нужной? Где тебе хочется жить?
— Но там мой сын! — вскрикнула и притихла. Всё верно: на Истрее мне нравилось жить гораздо больше. Если бы не переживания о судьбе моего ребёнка, то и не вспоминала бы свою жизнь там. Сейчас каждый мой день был наполнен событиями, приключениями, друзьями и отношениями с любимым мужчиной.
Инанна точно читала мои мысли, кивая мне и загадочно улыбаясь.   
— Наргал… — я задумчиво посмотрела на драконицу-богиню. — Если я пойду в его Храм, то он ответит на мои вопросы? Почему он не вернул меня назад?
— Это и я могу объяснить: нужна ты ему для… — женщина многозначительно округлила глаза и надула щёки, с шумом выпуская воздух. — Пффф… Нет, не могу... Иначе всё пойдёт не так. Ты должна сама принимать решения, не оглядываясь ни на кого. Слушай себя. Выбирай сердцем.
Я усмехнулась совету. Вчера только Эльвемине советовала «выбирать сердцем» невесту для сына. Для моего дракона.
— А как должно быть так? Какова конечная цель? — я пыталась узнать хоть что-то, но, видимо, не могла она или не хотела толком объяснить, в чём речь, что за решения.
— Просто живи так, как считаешь правильным.
Инанна протянула мне руку и помогла подняться с пола. Вытерла мне слёзы с щёк. Обняла. Погладила по голове. Рядом с ней я оказалась ниже на полголовы, хотя она казалась совсем миниатюрной. От ее тёплых объятий мне стало легче. В голове прояснилось. 
— Когда придет время, найди тёплый источник. Морана — моя верховная жрица, она поможет тебе, но даже она не всесильна. Поможет сила твоего дар-дракона, выпустишь её, а дальше сама поймёшь, что делать. Я в тебе не сомневаюсь, Риана Ашха.
Инанна исчезла внезапно, оставляя меня наедине с ещё большим роем вопросов в голове, чем было до встречи с ней. И почему напоследок она назвала меня Рианой Ашха?
Одно из боковых зеркал вдруг превратилось в дверь. Она открылась, а в комнате Уединения погас свет, вынуждая меня двигаться к выходу.
Вышла я в общий зал, какие бывают и в земных храмах. Посреди зала стояла статуя богини в точно таком же образе, в котором я видела Инанну вживую пару секунд назад.
У подножия статуи находились сферы. Они мне напомнили хрустальные шары прорицательниц. Я подошла ближе, рассматривая лицо богини, молящихся женщин и двух дракониц с охраной.
Одна из человеческих женщин положила раскрытую ладонь на шар, и он засветился ярким белым светом. По залу прошелестел шёпот восхищения:
— Инанна одарила её… Вы видели?… Да-да, будет прибавление в семье.
— Так определяется беременность? — спросила у женщины, которая стояла ближе всего ко мне. Та кивнула. Я сглотнула, с трудом проталкивая слюну по сухому горлу, и решительно направилась к шарам. Они располагались у подножия статуи в виде полукруга. Я пошла к самому крайнему, подальше от глаз основной массы посетителей. Все в основном стояли по центру, перед статуей.
Собралась с духом и положила ладонь на шар, мысленно задавая вопрос. Шар вспыхнул ещё ярче, чем у той женщины. Я испуганно отдёрнула руку и отпрыгнула назад, ошарашенно пялясь на тотчас потухший шар.
— Да ну нет, не может быть!
Мне вдруг стало тесно в помещении и жутко душно. Перед глазами всё расплылось, разбилось на фрагменты калейдоскопа, как вчера в зале, когда я увидела Валарда возле драконицы, не спускающей с него глаз. Вихрем я выбежала из храма, столкнувшись с какими-то драконами в дверях. Остановилась у привязи с лошадьми, отвязала свою и, вцепившись в седло, запрыгнула на лошадь и пришпорила её. Забыв о Наргарде, о том, что без него не доберусь до замка.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍