Отрочество

Колуан прыжком сократил дистанцию и резким движением швырнул в меня мощный файербол, я не успел до конца уклониться, и мой щит частично принял на себя удар.
Бах! – меня слегка повело в сторону, обдав жаром разорвавшегося рядом шара. Бум! – я махнул воздушным кулаком, сбивая формирующего очередной огненный шар Колуана. Он покачнулся, но устоял на ногах, а в это время я бегом несся ему навстречу. Я успел в последний миг, когда он, видя меня, отступил, упершись спиной в защитный купол, и поднял руку, готовый через пару мгновений запустить в меня огненным шаром. Именно в этот момент мой кулак со всей силой врезался ему в челюсть.
Я видел, как резко дернулась его голова, и мгновение спустя Колуан рухнул к моим ногам как подкошенный, потеряв сознание. Я стоял над ним, потирая ноющий кулак. Удар получился выше всяческих похвал.
Я ощутил, как схлопнулся защитный купол, возвращая гул голосов, и в этот момент мою спину обдало невыносимым жаром, краем сознания я услышал крик Никоса «Семи!», и окружающий меня мир исчез.
 
Эпилог
Лучезарная беспокойно ходила по комнате. Вчера она увидела чудо, которого не ожидала. В одной из башен магов на ее родной планете появилось сразу три огонька жизни. Три сознания! Она не понимала, как такое возможно. За ее длинную жизнь она замечала максимум два сознания в одной башне, но чтобы сразу три! «Это хорошее знамение», – решила она.
Стоя на балконе, Лучезарная безуспешно вглядывалась в темноту мира, бывшего ей когда-то родным. Ничего. В паре башен светились одинокие огоньки жизни, но этого мало. К этому она привыкла и не ждала многого от одиноких магов, проникших сознанием в ее мир.
Негромкое покашливание прервало ее думы. Шаркая ногами, усталой походкой к ней приблизился жрец. Оорсана внимательно осмотрела его.
– Ты уже слишком стар, – произнесла богиня, осуждающе констатируя увиденное, – ты не сможешь больше повторить ритуал.
– Прости меня, Лучезарная, – низко поклонившись, старческим голосом произнес жрец, – я не в силах повернуть время вспять. Благодаря тебе я и так слишком долго жил на этом свете.
– Прошло полгода с момента последнего ритуала. Ты отыскал того, кого призвал? Ты поделился с ним знанием? – она с надеждой уставилась на сморщенного старика.
– Нет, Божественная, мне не удалось найти даже его следов. Я просеял все хроники, проверил все несчастные случаи, но не нашел Озаренного, которого призвал в наш мир.
– Кого ты искал? – Оорсана задумчиво прошлась по комнате.
– Ему должно быть лет тридцать-сорок. Это мужчина. Я проверил в Кируне и в области всех подходящих кандидатов, но ни в одном из них не было вашей искры. – Он помолчал, и, не получив никакого ответа, продолжал: – Есть, правда, еще один вариант. Паренек лет четырнадцати. С ним общается моя внучка. Но если это он, ему понадобится как минимум десять лет на то, чтобы освоить магическую медитацию. Я сожалею.
– Десять лет, – тихо произнесла Лучезарная, – десять лет в твоем мире. В моем же пройдет столетие. Это слишком долго, – она задумалась, потом встрепенулась и посмотрела на жреца. – Озаренный точно владеет медитацией! Он смог попасть в мой мир, значит, знания и умения у него есть. Я видела, как засветилось его сознание.
– Как такое может быть? Мальчишке всего четырнадцать лет, и я узнавал – он нолик. Он не может владеть медитацией, я выдернул его из серого мира. В тех мирах не знают магии и не могут проникать в другие слои сознания. – Жрец печально покачал головой, и его усталые плечи опустились еще ниже. – Вряд ли это тот мальчишка.
– Все-таки присмотрись к нему. Чудеса случаются. Я не знаю, откуда нам ждать помощи, и готова хвататься за любую соломинку. Приведи его в мой храм, тем более он дружен с твоей внучкой. И продолжай ее обучать. К сожалению, я не обладаю нужными знаниями, позволяющими повергнуть бога зверей с его стаей. Но жрецы раньше могли намного больше и оказывали существенную помощь. Мы должны начать с моего мира. Надо разжечь алтарь веры в моем храме. Я устала бездействовать, – ее решительное лицо было прекрасно, но никто, кроме жреца, его не видел.
– Я все сделаю, Лучезарная, но моя жизнь на исходе.
Богиня подошла к старцу и опустила руку ему на голову. Ничего не произошло. Она недовольно сжала губы и покачала головой:
– Ты слишком стар. Я ничем не могу тебе помочь. Обратись к другим жрецам. У вас, в Кируне, раньше их было очень много, неужели сейчас нет достойных?
– Нас осталось совсем мало. А новички молоды и глупы. Ими не всегда движет вера, намного чаще – жажда силы. Нужно много лет, чтобы их обучить и воспитать. Сильнейшие жрецы и подающие надежды юноши гибнут на войне, не закончив обучения. А такие древние старики, как я, уже мало на что годны.
– Вас сгубила гордыня, – презрительно произнесла богиня, – зачем вам понадобилась власть над княжеством, когда я могла дать вам власть над всеми мирами?!
– Я не участвовал в заговоре, я тогда еще даже не родился. Но, судя по летописям, власть над княжеством была рядом – только протяни руку, а власть над мирами давалась тяжело, потом и кровью. Многие решили выбрать более легкий способ и поплатились за это.
– Глупцы! Они даже не посоветовались со мной. Я могла бы им помочь, но именно в то время была слишком ослаблена противостоянием в другом мире. Какие глупцы, – тихо произнесла она.
Было видно, что богиня потеряла интерес к разговору, задумавшись о чем-то своем. Жрец постоял еще немного и, с трудом перебирая ногами, покинул залу.